Работа над ошибками - Питер Лавси

В девяноста девяти процентах случаев беседы с потенциальными свидетелями не дают какого‑либо результата, но в подобных делах необходимо быть настойчивым. Так утешал себя Питер, покидая бутик и отправляясь в галерею «Трим‑Бридж», расположенную в конце улицы.

— Все бесполезно, — сообщил он Джули, вернувшись в отделение полиции на Манверс‑стрит. — Поначалу я возлагал кое‑какие надежды на фитнес‑клуб, но потом сообразил, что он появился уже после убийства. Никто на Трим‑стрит убитую не помнит.

— Все‑таки это было давно, — заметила инспектор Харгривз.

— В любом случае прогулка пошла мне на пользу. Ну, что там с дневником?

Джули выписала все имена и названия, которые ей удалось обнаружить в заметках Бритт Стрэнд, на отдельный лист бумаги с левой стороны, а с правой — соответствующие даты с января по декабрь. Таким образом, неоднократные, а тем более регулярные упоминания сразу бросались в глаза.

Питер молча разглядывал результаты трудов своей помощницы, после чего сказал:

— Скорее всего это дни, когда она вносила плату за квартиру. Это — ее посещения школы верховой езды. Здесь мы видим даты ее встреч с Маркусом Мартином. Кстати, в списке есть кое‑какие женские имена. Кто такая Мэй? Она упоминается довольно часто.

— Мэй Тан, парикмахерша.

— Ясно. Бритт тщательно следила за своей внешностью.

— А Хилари Мадд…

— …ее косметолог. Догадаться об этом не так уж трудно. — Питер провел указательным пальцем вниз по списку. — Соответственно Прю Шортер, наверное, маникюрша.

В тех редких случаях, когда Даймонд пытался шутить, пусть даже не слишком удачно, ему требовалось одобрение собеседника. Однако на сей раз он его не получил: Джули болезненно сморщилась:

— Вообще‑то Прю Шортер была профессиональным фотографом, снимавшим для прессы. Бритт Стрэнд иногда сотрудничала с ней.

Лицо Даймонда стало серьезным.

— Значит, они в каком‑то смысле были коллегами? Вероятно, ее в свое время допросили. Пожалуйста, Джули, постарайтесь ее разыскать. Мне бы хотелось знать, над какими еще статьями в свое время работала Бритт Стрэнд. Я полагаю, у человека, занимавшегося журналистскими расследованиями, имелось немало врагов. Наверняка у Бритт были недоброжелатели еще до того, как она познакомилась с Маунтджоем.

— Я проверю, нет ли адреса мисс Шортер в телефонном справочнике.

— Если есть, она ваша. Я хочу, чтобы вы сегодня же вечером встретились и поговорили с ней. А я подумаю, что можно выжать из этого рок‑музыканта.

Джули Харгривз не стала возражать — знала, что пока будет действовать под началом Даймонда, ее рабочий день будет ненормированным. Правда, Джули предпочла бы, чтобы Даймонд отправил ее побеседовать со звездой рок‑музыки, а сам отправился к женщине‑фоторепортеру. Но сказать об этом Питеру она не решилась.

Что же касается Даймонда, то он быстро вошел во вкус, снова почувствовав себя детективом, и радовался возможности хотя бы на время вернуться к прежней работе. Правда, его радость была бы более полной, если бы начальство выделило ему и Джули не крохотный «Эскорт», а автомобиль попросторнее. К счастью, до Монктон‑Кумбе было всего пятнадцать минут езды. Если данные досье не устарели, Джейк Пинкертон проживал в коттедже неподалеку от частной школы.

Как только Даймонд подошел к крыльцу коттеджа, автоматически зажегся уличный фонарь, освещающий пространство у входа. Тщательно подстриженная лужайка и ухоженные фруктовые деревья на участке совершенно не вязались со сложившимся в воображении Питера образом одуревшего от наркотиков сумасшедшего, сочиняющего и исполняющего музыку в стиле хэви‑метал. Ничего общего не имел с этим образом и тот, кто открыл Питеру дверь. Это был мужчина в пурпурной дизайнерской рубашке, застегнутой на все пуговицы, тщательно отутюженных кофейного цвета брюках и легких туфлях из мягкой кожи. На вид ему было лет сорок. Высокий, стройный, с чуть редеющими волосами, он, похоже, не удивился неожиданному визитеру.

— Мистер Джейк Пинкертон? — осведомился Даймонд.

Мужчина неохотно кивнул.

— Четыре года назад вы помогли полиции в расследовании одного убийства. Если помните, его жертвой стала женщина, шведка. Ее зарезали. Мы проводим дополнительное расследование и повторно опрашиваем основных свидетелей.

Даймонд представился таким образом, чтобы Пинкертон не догадался о том, что по своему статусу он не полицейский, а гражданское лицо. Лицо хозяина коттеджа приобрело такое выражение, словно перед ним стоял один из назойливых проповедников‑евангелистов.

— Разумеется, — продолжил Питер, — вы скажете, что преступника уже давно арестовали, осудили и мне следовало бы знать об этом. Тем более что именно я, Питер Даймонд, занимался данным делом. Насколько я помню, мы с вами не знакомы.

— Он сбежал из тюрьмы, — произнес Пинкертон. — Об этом написали все газеты.

— Могу вам сказать, мистер Пинкертон, разумеется, конфиденциально, что, по нашему мнению, этот человек сейчас находится где‑то неподалеку. — Даймонд повел глазами слева направо и обратно, словно ожидал, что Маунтджой вот‑вот покажется из‑за угла коттеджа с кувалдой в руках. — Не возражаете, если я войду?

Интерьер дома вполне годился для того, чтобы его снимки были помещены в каталоге недвижимости класса люкс. На поиск старинной мебели, которой было обставлено жилище Джейка Пинкертона, наверняка потребовалось немало времени — как и денег на ее покупку. Три золотых диска, взятых в рамки, висели на стене в специальной нише. Странно, подумал Даймонд. На полированных поверхностях не было ни следов от сигарет, ни винных пятен. Ничто не указывало на то, что хозяин — наркоман со стажем и устраивает в доме безумные вечеринки с приятелями.

Пинкертон усадил Питера на белый кожаный диван и расположился на другом напротив окна.

— Итак, вы снова открываете дело об убийстве Бритт Стрэнд, и именно поэтому вы тут. Я вас правильно понял? — спросил хозяин.

— Я бы обрисовал ситуацию иначе. Речь идет всего лишь о рутинном мероприятии. Оно проводится на случай, если Маунтджой решит вступить в контакт с кем‑нибудь из свидетелей, фигурировавших в его деле. Он утверждает, что был осужден несправедливо.

— Сейчас кто только этого не утверждает.

— Я не хочу, чтобы у вас сложилось впечатление, будто есть причины для паники, — сказал Даймонд, хотя внешне его собеседник демонстрировал полное самообладание. — Вы знакомы с Маунтджоем?

— Никогда с ним не встречался.

— Однако вы были близким другом его жертвы.

Этого Пинкертон отрицать не стал, но по его тону стало понятно, что, будь у него такая возможность, он с удовольствием бы это сделал.

— Да, одно время мы с Бритт были довольно близки. Но к тому времени, когда ее убили, все это уже было в прошлом. Она погибла через пару лет после того, как мы с ней расстались.