Музыка под занавес - Иэн Рэнкин

— Я заметила экземпляр ресторанного меню на столике швейцара в отеле.

Ребус прикурил и выпустил в ночное небо тонкую струйку дыма.

— Действительно, любопытно. И как ты думаешь, почему оно там оказалась?

— Да просто потому, что ресторан «Помпадур» находится в отеле «Каледониан».

Несколько мгновений Ребус молча смотрел на нее, потом в два прыжка подскочил к двери и несколько раз ударил в нее кулаком. Мистер Андерсон, открывший на стук, выглядел крайне недовольным, но Ребус не дал ему возможности выразить свои чувства вслух.

— Перед тем, как на него напали, — сказал он, — Александр Федоров пил в баре «Каледониан».

— Ну и что?

— А вы были в ресторане отеля примерно в это же время. Вы, случайно, его не видели?

— Мы с Элизабет даже не приближались к бару. «Каледониан» — довольно большой отель, инспектор… — Он стал закрывать дверь, и Ребусу на мгновение захотелось выставить ногу, чтобы ему помешать. Ничего подобного ему не случалось проделывать уже очень давно.

Увы, он не мог придумать ни одного дельного вопроса и только пристально смотрел на Роджера Андерсона, пока тяжелая дубовая дверь не захлопнулась перед самым его носом. Даже после этого Ребус некоторое время стоял неподвижно, надеясь, что хозяин передумает и откроет, но Андерсон, по-видимому, ушел есть свой подгоревший ужин или подкрепляться джином.

Повернувшись, Ребус снова пошел по дорожке.

— Ну, есть какие-нибудь идеи? — спросила Шивон.

— Давай сначала побеседуем со второй свидетельницей, — ответил Ребус. — А потом я расскажу тебе, что я думаю.

Нэнси Зиверайт жила на четвертом этаже многоквартирного дома на Блэр-стрит. Окаймленное пыльными лампочками объявление в доме напротив извещало о наличии в полуподвальном помещении сауны. Чуть дальше по улице кучковались у дверей бара курильщики, а со стороны Хантер-сквер доносились вопли и пьяные выкрики: там вопреки всем усилиям полиции часто собирались городские бездомные.

Подъезд дома был почти не освещен, и Ребус поднес к домофону зажигалку, чтобы Шивон смогла прочесть список жильцов. Большая часть квартир в доме сдавалась; люди приезжали и уезжали, поэтому возле каждой кнопки было налеплено сразу по нескольку желтых или розовых офисных стикеров с именами обитателей. С трудом разобрав на одной такой бумажке фамилию Зиверайт, Шивон нажала кнопку вызова, и замок почти сразу щелкнул, открываясь. О том, кто и к кому идет, никто так и не спросил.

Лестничная клетка была освещена сравнительно неплохо, но внизу стояли мешки с мусором и лежала целая стопка ненужных телефонных справочников за несколько лет.

— Кто-то здесь держит кошку, — сказал Ребус, потянув носом.

— Или страдает недержанием мочи, — заметила Шивон.

И они стали подниматься. На каждой площадке Ребус останавливался, делая вид, будто изучает таблички с фамилиями на дверях, но на самом деле ему просто нужно было отдышаться. Когда он, наконец, добрался до четвертого этажа, Шивон уже звонила в квартиру.

На звонок открыл взъерошенный юноша с недельной щетиной на щеках, красной банданой на голове и подведенными карандашом глазами.

— Эй, ты же не Келли! — воскликнул он.

— Ты совершенно прав, — сказала Шивон, предъявляя удостоверение. — Извини, не хотела тебя разочаровывать. Нам нужна Нэнси.

— Ее нет, — неприветливо буркнул юноша, мгновенно насторожившись.

— Она говорила тебе, что нашла труп?

— Что-о?! — Рот парня сам собой широко открылся от удивления.

— Ты ее приятель?

— Мы вместе снимаем квартиру.

— Значит, она тебе ничего не рассказывала? — Шивон ждала ответа, но его не последовало. — Мы просто опрашиваем свидетелей. Нэнси ничего плохого не сделала…

— Поэтому, если ты будешь так добр, что впустишь нас внутрь, — подхватил Ребус, — мы сделаем вид, будто не замечаем, что твоя квартира насквозь провоняла дурью. — И он примирительно улыбнулся, от души надеясь, что не слишком пугает парня.

— Конечно.

Парень открыл входную дверь чуть шире. Почти в тот же самый момент в коридор выглянула Нэнси Зиверайт.

— А вот и Нэнси!.. — сказала Шивон, решительно входя в прихожую, заставленную разнокалиберными коробками. Здесь были коробки с пищевыми отбросами, коробки с ненужной рухлядью, коробки с посудой и вещами, которые не поместились в буфет и шкафы. — Ты-то нам и нужна. Нам необходимо кое-что у тебя уточнить.

Нэнси вышла в коридор, плотно прикрыв за собой дверь спальни. На ней была короткая черная юбка, черные легинсы в обтяжку и короткая майка, не прикрывавшая живот. В пупке красовались несколько колец и «гвоздиков».

— Я как раз собиралась уходить, — агрессивно сказала она.

— Я бы на твоем месте сначала оделся, — посоветовал Ребус. — На улице адский холод.

— Это не займет много времени, — сказала Шивон, стараясь успокоить девушку. — Где нам лучше поговорить?

— На кухне, — заявила Нэнси. Ее выбор показался детективам логичным, поскольку из-под второй выходящей в коридор двери — вероятно, гостиной — сочился сладковатый запах конопли и раздавалась громкая электронная музыка. Исполнителя Ребус определить не смог, хотя мелодия весьма отдаленно напоминала ему «Танжерин дримз».

В маленькой, как и коридор заваленной всяким барахлом кухне, похоже, никогда ничего не готовили, и Ребус решил, что обитатели квартиры питаются главным образом готовыми блюдами из ближайших забегаловок. Грязное окно было приоткрыто на несколько дюймов, однако это ничуть не ослабляло вони, идущей из стока раковины.

— Уборкой здесь, похоже, не занимаются, — заметил Ребус.

Нэнси никак не отреагировала. Сложив руки на груди, она ожидала вопросов. Шивон полезла в папку, достала образцово-показательный протокол Тодда Гудира и еще одну рабочую визитку.

— В ближайшее время тебе необходимо явиться в участок на Гейфилд-сквер и подписать твои официальные показания, — начала она. — Спроси кого-нибудь из этих сотрудников… — Она передала карточку Нэнси. — А сейчас нам нужно кое-что проверить. В тот день, когда ты обнаружила труп, ты возвращалась домой от подруги?

— Да.

— Твоя подруга живет… — Шивон сделала вид, будто читает протокол. На самом деле она ждала, что Нэнси закончит предложение, но та как будто забыла, что она говорила в первый раз.

— На Грейт-Стюарт-стрит, — напомнила Шивон, и Нэнси согласно кивнула.

— Как зовут твою подругу?

— Зачем вам это?

— Для успешного расследования нам нужно знать как можно больше подробностей.

— Джилл. Ее зовут Джилл.

Шивон записала имя в блокнот.

— А фамилия?