Договор на одну тайну - Ольга Володарская

— Обалдеть, — выдохнул Олег, когда Оля подошла к нему. — Ты просто фантастически выглядишь.

— Спасибо. Ты тоже ничего.

На самом деле он выглядел отлично. Не фантастически, он же не Джордж Клуни в свои лучшие годы, но и не ничего.

Причесанный, побритый, приятно пахнущий, одетый в легкий бежевый костюм и розовую рубашку.

— На зефирку похож, — не унималась Оля. — Кремово-ягодную.

— А ты на богиню.

— Богини, знаешь ли, тоже разными бывают.

— Знаю. Есть, к примеру, кельтская богиня плодородия Керидвен. Она мать уродливых сыновей Афагдду и Морфана. С последним рыцари даже в бой вступать боялись, потому что считали, что таким страшилой может быть только сатана.

— А при чем тут их матушка?

— Так от осинки не родятся апельсинки.

— Ладно, пока ты меня не заболтал, принимаю комплимент.

— Давно бы так. — Олег выставил согнутый локоть, предлагая Оле за него зацепиться. Когда она это сделала, он сказал: — А теперь проследуйте за мной, леди… — И повел ее к выходу.

— А мы не тут будем ужинать?

— Нет, есть места поприятнее. Неужели тебе не надоела «Приморская»?

— Есть немного.

— Я так и думал, поэтому заказал столик в ресторане с самой изумительной кухней на всем побережье.

— И где же это чудо-заведение находится?

— Не так далеко, как ты думаешь. Полчаса езды. А пока едем, будем наслаждаться шампанским. Я понял, ты любишь брют.

— Да, но… Мы на такси?

— Нет, у нас сегодня личный шофер.

И указал на шикарный черный автомобиль, стоящий у крыльца. Оля не разбиралась в машинах такого класса, поэтому не смогла определить марку.

— Устинов одолжил?

— А кто же? У меня самого обычный «Ниссан», и тот в Ростове, так что если ты со мной из-за денег, то вынужден огорчить, я не богат.

— А я думала подцепить в поезде олигарха, — в тон ему ответила Оля.

— Да, я слышал, многие девчонки берут билеты в плацкарт, чтобы там найти для себя богатых мужей.

С Олегом было легко. Он постоянно шутил, подтрунивал, ерничал, и все это без напряга. Да, немного по-детски. Легкомысленно. Но Оле именно этого не хватало на данном этапе жизни…

Легкости, детскости и легкомыслия.

Водитель, важный дядя в униформе, открыл перед ними дверь.

Забравшись в салон, Оля обалдела. Да в этой машине жить можно! Тут и бар, и телевизоры, и откидывающиеся столики, и встроенные в кресла массажеры.

— Пьер, поехали, — сказал водителю Олег, когда они разместились.

— Его реально зовут Пьер? — шепотом спросила Оля.

— Да, он родом из Франции. Как и бутылка шампанского, которую я сейчас распечатаю.

Олег открыл бар и достал «Дом Пиреньон». А что же еще могло быть в этой элит-машине?

Оля пробовала это шампанское. И оно ей нравилось. Но по ее неискушенному мнению, итальянское «Просеко», что стоило минимум в десять раз дешевле, было не хуже.

— Ты как будто чувствуешь себя неловко, — проговорил Олег, разлив шампанское по фужерам.

— Честно признаться, да.

— Почему?

— Вся эта роскошь… Это не для меня.

— То есть я должен был приехать за тобой на мопеде?

— А что? Мне бы понравилось.

— И как бы ты на него села в своем воздушном платье?

— В нем мне тоже не очень комфортно.

— Почему? Ты такая изумительная в нем.

— Я знаю. Но я давно не ношу подобные вещи. Эту купила, повинуясь порыву. Дело в том, что мое выпускное платье было очень похоже на это…

— Эх, жаль, что я не надел сегодня брюки в рубчик и жилет с атласной спиной. Ведь именно в таком виде я явился на выпускной.

— Сегодня ты в костюме зефирки, это круче, чем нарядиться лохом, — подхватила его настроение Оля.

— Какая ты язвительная женщина, — цокнул языком Олег. — Надеюсь, подобреешь, когда выпьешь?

— Можно проверить.

— Тогда давай за это.

— За доброту?

— Именно.

Они чокнулись и сделали по глотку.

— Как тебе? — спросил Олег.

— Я уже пила «Дом Периньон».

— И?

— Мне нравится.

— То есть я правильно сделал, что наклеил фальшивые этикетки на российское игристое?

Оля показала ему язык и повернулась к окну, чтобы понять, куда они едут.

— Я надоел тебе со своими шуточками? — услышала она.

— Нет. Мне они нравятся.

— Оль, если я как-то неправильно себя веду, ты скажи мне. Я растерян.

Она отвернулась от окна и посмотрела на Олега. Сейчас ему можно было дать и двадцать три.

— Я женился в девятнадцать. В двадцать восемь развелся. Пять лет я жил работой, не отвлекаясь на личное.

— Монашествовал? — скептически хмыкнула Оля, хотя могла бы промолчать.

— Конечно, нет, но ты сама понимаешь, наверное… Секс найти не трудно. Но я ни за кем не ухаживал и отвык от этого. Не знаю, как правильно себя подать. Вот и решил пыль в глаза пустить.

— Да я тоже хороша. Вырядилась, как на выпускной бал.

— Нет, ты это не зря сделала.

— Олег, а давай не поедем в шикарный ресторан? Пока далеко не отъехали, вернемся, я переоденусь, и мы отправимся на пляж. Шампанское у нас есть, шашлык в армянском ресторане, что напротив «Приморской», возьмем, и по-простому посидим.

— Ты правда этого хочешь?

— Сейчас понимаю, что да.

— Хорошо. Пьер, разверни, пожалуйста, машину. Мы возвращаемся.

Водитель медленно повернул голову и густым басом проговорил на чистом русском:

— Не глупите. Шанса побывать в «Парадизе» у вас больше может не быть. А по-плебейски вы всегда успеете попировать.

Выдав эту фразу, Пьер снова обратил свой взор на дорогу и покатил дальше.

— Это какое-то особенное место? — поинтересовалась Оля. — И туда, как и в рай, не всякого пускают?

— Вообще-то да, — ответил ей Олег. — Ресторан находится на территории закрытого клуба. Туда вход только для его членов и их гостей. Насчет нас договорился мой работодатель.

— Вот как! Тогда в «Парадиз». — Она залпом опустошила фужер. — И, Олег, налей даме еще шампанского.

Мужчина бежал по берегу моря. Волны лизали его ноги, брызги летели в лицо. Вода была теплой, но его тело покрыли мурашки.