Кровь Троянского коня - Антон Леонтьев

Ирина чувствовала, что готова заплакать. Ей никто не верит! Следователь наверняка думает, что это выходка глупой и ревнивой женщины с разыгравшимся писательским воображением. Но она ведь не сошла с ума, она убеждена – Олег, застреленный кем-то, притаившимся тогда тут же, в доме, лежал на ковре под письменным столом.

– Ну не надо плакать, – поморщился Илья Евгеньевич, заметив слезы в глазах у Татищевой. – Ирина Вениаминовна, я вас понимаю – разрыв отношений в результате грязного скандала, душевный кризис, вы натура утонченная, воображение у вас так и работает. Признайтесь, что вы решили таким образом отомстить вашему мужу. Готов поспорить, что вы не задумывали это заранее, это был секундный импульс.

– Пусть эксперт внимательно осмотрит пол под ковром, – упрямо настаивала Ирина. – Кровь там наверняка осталась, пусть применят современные реактивы, они выявляют даже молекулы крови по прошествии десятилетий.

– Ирина Вениаминовна, – почти нежно, словно беседуя с разбушевавшимся ребенком, сказал Татарчук. – Наш эксперт все осмотрел и заверил, что никакого убийства здесь не было. Давайте прекратим эту глупую комедию, прошу вас, а то некоторые настаивают на том, чтобы вы понесли заслуженное наказание и из своего кармана оплатили приезд следственной бригады и «Скорой помощи».

Ирина промолчала. Наверняка, не обнаружив труп, милиционеры сделали вывод о том, что звонок был ложным, и не стали дотошно осматривать кабинет. И теперь никто не будет заниматься этим делом. Но ведь Олега убили! Она уверена в этом!

– Тогда где мой муж? – спросила она. – Его нет в особняке, где он?

Ирина схватила трубку телефона и набрала номер мобильного Олега. Компьютерный голос сообщил ей, что абонент временно недоступен.

– Это вы у меня спрашиваете, где ваш экс-супруг? – усмехнулся Татарчук. – Извините, но вы были замужем за Олегом Михайловичем Татищевым, а не я, Ирина Вениаминовна, вам лучше знать привычки бывшего мужа! Насколько я понимаю, он человек занятой и, несмотря на скандал, все еще пользуется известным влиянием. Он вряд ли будет в восторге, узнав, что по вашей наводке, Ирина Вениаминовна, его дом обшарила милиция.

Ирина поняла, что никто не собирается ничего предпринимать. Извинившись перед оперативниками, она проводила взглядом отъезжающие машины. Она отказалась от приглашения Ильи Татарчука отвезти ее обратно.

– Ну как знаете, – сказал тот. – И прошу вас, уважаемая писательница Ирина Татищева, в следующий раз, когда вы будете отвлекать меня в выходной день, задумайтесь хотя бы на мгновение над последствиями. Я уверен, что Олег Михайлович разыщется – не сегодня, так на днях. Он ведь мог, в конце концов, уехать в незапланированный отпуск, тем более что он, как я понимаю, человек, теперь не обремененный семейными узами, у него могла появиться новая любовь…

Ирина осталась одна в огромном особняке. Когда-то она называла его домом, теперь же ей было все чуждо в этом страшном месте. Убийца был хитер – вместе с Олегом исчезло два чемодана и его одежда. Наверняка чтобы создать видимость поспешного отъезда. Но Олег никуда не собирался, она в этом уверена. Какой может быть отдых во время дикого скандала в Госдуме? Но кто-то пытается во что бы то ни стало создать такую видимость.

Ирина, отогнув темно-синий ковер под столом в кабинете, внимательно исследовала паркет. Пол идеально чист, это и настораживает. Она приподняла другой ковер, лежавший рядом, сплошная пыль! Почему же ее нет под этим ковриком? Только потому, что его заменили всего несколько часов назад!

Татищева прошла в ванную, обнаружила небольшое пластмассовое ведерко, на донышке которого плескалась вода. Кто-то вполне мог использовать его, чтобы быстро отмыть залитый кровью паркет. Ирина вернулась в кабинет, включила мощную лампу и стала исследовать щели между пластинами паркета. Или у нее видения, или она на самом деле видит нечто, что вполне может оказаться кровью, забившейся в пазы. Эксперт, сделавший поверхностный осмотр, не заметил этого. И что же дальше – звонить Татарчуку и говорить, чтобы он снова приехал? Илья Евгеньевич и не подумает! Он уверен, что имеет дело с истеричной особой, которая или мстит бросившему ее мужу, или живет в мире своих фантазий, изобретая очередной роман наяву.

Но почему убийца позаботился о том, чтобы тело Олега исчезло, а вместе с ним и всяческие следы убийства? Она не может пока найти ответ на этот вопрос. Скорее всего, кто-то по какой-то причине не хочет, чтобы о смерти Олега стало известно. Кто-то, подготовивший его убийство.

На Ирину вновь навалился удушливый страх. А что, если убийца вернется сегодня вечером в особняк, чтобы окончательно уничтожить улики? Она вполне может столкнуться с ним… Ирина прислушалась – нет, ей показалось, шагов не слышно. Или все же до нее доносятся тихие шаги поднимающегося по лестнице киллера с пистолетом?

Или это не киллер, а мерзкое чудовище с перепончатыми лапами, усеянной острыми, кривыми зубами пастью и крокодильим хвостом, который мерно бьется о ступеньки. Да нет же, так и с ума можно сойти!

Она выскочила из кабинета, уверенная, что столкнется лицом к лицу с дольмекским монстром. Но коридор был пуст, а на лестнице никого не оказалось – ни киллера с пистолетом, ни образины из кошмарных снов.

Ирина спустилась вниз, подошла к двери. Уже начинало темнеть, день пронесся, как скорый курьерский поезд. Ее внимание вдруг привлекло пятнышко на двери. Ирина включила свет и нагнулась. Кровь. Вот она, еще одна улика. Это наверняка кровь Олега. Убийца выносил его во двор, задел о дверь…

Но никто ей теперь не поверит, все сочтут, что она снова развлекается. Заявят, что кровавое пятнышко она сама посадила, чтобы сделать свою выдумку о трупе Олега правдоподобной. Что ж, остается только ждать. Когда минет неделя, а Олег по-прежнему будет отсутствовать, Татарчук вспомнит о ее словах. А через месяц он и сам поймет, что она была права. Если к тому времени, конечно, не обнаружат тело Олега.

Ирина побрела прочь от особняка. Она была в последнее время зла на мужа, может быть, в сердцах желала ему смерти, но ни за что бы не хотела, чтобы он стал жертвой убийства. Может, Татарчук прав – и Олег на самом деле отдыхает где-нибудь на Канарах или в Италии? Но тогда кого она видела на ковре с простреленной головой?

Олег мертв, и придется с этим смириться. Она и так проявила слишком большое любопытство. Возможно, те, кто убил Олега, заметили это. И тогда они попытаются избавиться и от нее.

Вернувшись домой, она обнаружила на автоответчике сообщение от профессора Иваницкого. Тот сообщал ей, что примерно через три недели можно будет вылетать в Париж и необходимо постепенно готовить документы для получения визы. Ярослав Мефодьевич интересовался, не передумала ли она сопровождать его.

Нет, она не передумала. Ирина чувствовала, что ей необходимо как можно быстрее уехать из столицы. Она словно находилась в поле совершенно одна, а небо затягивалось черными грозовыми тучами и недалеко сверкали молнии. Грядет что-то страшное, но что именно? Она не знала…

– Ира, прошу вас, расслабьтесь, не нужно воспринимать мои вопросы в штыки, – мягко проговорил Андрей Самуилович Кирьянов. Ирина, вытянувшись на кожаной кушетке, пыталась рассказать психотерапевту о своих страхах.