Оладья гнева - Сара Фокс

– Удалось поспать? – спросил Бретт, присаживаясь ко мне за стол с миской хлопьев.

– Немного, – ответила я. – Меня это все выбило из колеи.

– Я понимаю, – сказал Бретт, зачерпнув ложку хлопьев. – Оставайся у нас сколько хочешь.

Я благодарно улыбнулась:

– Спасибо. Но в доме Джимми будет нормально. Я сегодня же вызову слесаря.

– Со слесарем я тебе помогу, но ты уверена, что хочешь оставаться там одна?

– Со мной все будет нормально, – сказала я, стараясь звучать уверенно. – Обещаю.

Бретта, судя по всему, мои слова не слишком убедили, но он не спорил. Пару минут мы занимались нашими завтраками, а затем Бретт спросил, какие у меня планы после работы. Я ответила, что у меня назначено несколько собеседований с кандидатами на должность помощника Ивана, а еще надо было заехать в похоронное бюро.

– Потом, думаю, буду убираться в доме Джимми, разберу его вещи. Наверняка что-то можно отдать на благотворительность.

Мне не особенно хотелось разбирать вещи Джимми, но кто-то должен был этим заняться. Мама, наверное, захочет помочь, когда приедет в Уайлдвуд-Ков, но я решила, что, по крайней мере, могу начать.

– Ты говори, если тебе понадобится помощь, – сказал Бретт. – Я буду рад помочь.

– Я очень тебе признательна. Как только пойму, что именно надо сделать, я скажу.

Мы позавтракали, и я вернулась в гостевую спальню, чтобы собрать вещи. Я спустилась вниз – Бретт ждал меня в прихожей.

– Вот номер местного слесаря, – сказал он, вручая мне визитку. – Знаю его со средней школы. Хороший парень.

Я взяла визитку и сунула в карман.

– Спасибо. За все.

– Не за что. Ты сейчас во «Флип Сайд»?

– Да, – сказала я. – Не люблю приезжать туда после шести.

Бретт придержал для меня входную дверь.

– Я с тобой.

– Мне не хотелось бы тратить твое время.

– У меня этим утром никаких дел.

Он закрыл дверь, и мы спустились по ступенькам.

– И мне нравится проводить с тобой время.

Я улыбнулась, и щеки немного покраснели. Хорошо, что на улице еще слишком темно и он ничего не заметил. Мне пока не хотелось, чтобы он знал, как влияет на меня. Учитывая, что скоро я уеду в Сиэтл, может, я вообще не захочу, чтобы он знал.

Мы говорили о какой-то ерунде, пока шли к закусочной. И мне было радостно, как легко складывается наше общение. Все же удивительно, как естественно я себя чувствовала с Бреттом, и я это очень ценила.

Мы дошли до закусочной, и Бретт оставил меня заниматься работой. Я закрыла за ним дверь. Жаль, что он ушел, но у меня много дел, с которыми нужно разобраться до семи, то есть до открытия «Флип Сайд».

Иван уже работал на кухне, но я решила отложить рассказ о моих ночных приключениях, пока не приедет Ли, чтобы мне не пришлось пересказывать эту историю дважды.

Я приступила к работе, готовя зал к открытию. Увидев Ли через окно, я встретила ее у двери и позвала на кухню, где Иван заканчивал свои подготовительные работы. Когда я рассказала им о взломщике, Ли ахнула, а Иван оторвался от своей работы, лицо его стало еще более угрюмым.

– Тебе не стоит оставаться здесь ночью одной, – сказал Иван, возвращаясь к работе.

– Иван прав, – согласилась Ли. – Сейчас это слишком опасно.

– Да я и не собиралась. Даже после того как поменяют замки. – Кстати говоря, – сказала я, – у взломщика был ключ. Никто из вас никому не давал свои ключи или не делал копий?

Оба ответили отрицательно.

– Иван, ты, наверное, открывал дверь своим ключом сегодня утром.

Иван кратко кивнул.

Я повернулась к Ли:

– А твои ключи не пропадали?

– Нет, кажется, но я проверю.

Ли исчезла из кухни и вернулась через мгновение.

– Ничего не понимаю, – пробормотала она. Поиски в ее сумочке становились все более неистовыми. Она снова вышла через кухонную дверь, и на этот раз мы с Иваном последовали за ней.

Она перевернула сумочку и положила содержимое на стол рядом с кассой. Хотя среди кучи предметов было серебряное кольцо для ключей, ярко-красного брелока с логотипом «Флип Сайд», на котором был ключ от закусочной, нигде не было видно.

– Не понимаю, – повторила Ли, как только все перебрала. У нее побледнело лицо, и я заметила страх в ее глазах. – Ключа нет.

– Когда ты в последний раз его видела? – спросил Иван, прежде чем у меня появилась такая возможность.

– Вчера утром, когда я поправляла макияж, прежде чем мы открылись. Я заметила его в сумочке, когда искала тушь. – Ли сглотнула. – Дела плохи, да?

Я знала, что она имеет в виду. Она уже и так главный подозреваемый у шерифа. Он наверняка подумает, что Ли воспользовалась ключом, чтобы забраться в закусочную, а потом солгала, что он пропал, чтобы отвести от себя подозрения.

– Да уж, – сказала я, серьезность ситуации отягощала мои слова. – Дела плохи.

Несмотря на мои опасения по поводу выводов, которые шериф может сделать из сложившейся ситуации, я приложила все усилия, чтобы заверить Ли, что мы найдем способ доказать ее невиновность. На ее лицо вернулись краски, но морщинки на лбу не исчезли.

– Не понимаю, почему все это происходит, – сказала она после того, как Иван вернулся на кухню. Она убрала свои вещи обратно в сумочку. – По городу ходят слухи, что это я убила Джимми. Детей дразнят в школе, и люди переходят на другую сторону улицы, чтобы не столкнуться со мной.

– Мне очень жаль, – сказала я Ли, когда мы направились в комнату отдыха. – Мы во всем разберемся. Во-первых, надо понять, у кого был доступ к твоему ключу.

Она открыла свой шкафчик и повесила сумочку на крючок внутри.

– Я никогда не запираю здесь свои вещи. Я думала, в Уайлдвуд-Ков это не нужно.

– Думаешь, кто-то украл твой ключ отсюда, пока ты работала?

Она опустилась на один из пластиковых стульев.

– А откуда еще? Ума не приложу.

– Хорошо.

Я прошагала по маленькой комнате, а затем задумалась.

– Значит, это кто-то, кто приходил вчера поесть. Кто-то, кто якобы пошел в туалет, а сам пошел сюда.

Плечи Ли опустились.

– Много кто ходит у нас в туалет.

– Да, – сказала я, роясь в своей памяти, – но я помню двух людей, которых я видела в этом районе своими глазами, двух людей, которым я не доверяю. Джона Крантц и Ида Уинклер.

– Ида. – Ли почти выплюнула это имя. – Держу пари, что это была она.