Ведьмы тоже имеют хобби - Ольга Баскова

– В Винницкой области! В могиле лежит! Как я понял, он умер от раны во время побега. – Семенов вздохнул. – Нужно сообщить коллегам, чтобы они поискали его могилу.

– Ну, тогда вообще все ясно. – Григорий медленно пошел по лунной дорожке, лежавшей на траве. – Гена, ты вызвал санитаров? Похоже, наш клиент уже не дышит.

– Я вызвал «Скорую», – отозвался эксперт.

– Ну, ладно. Занимайтесь своим делом.

Иванов вновь пощупал артерию Мальчика. Под головой раненого уже образовалась огромная лужа крови.

– Конец, – прошептал он.

Семенов застонал и до крови закусил губу. Он отчетливо почувствовал: оборвался след, который мог вывести их на настоящих преступников.

Оперативной группе Опарина так и не удалось поспать. Сначала все собирали улики до третьего часа ночи, а потом сидели в кабинете капитана и, борясь со сном, пили уже по четвертой чашке кофе. Григорий постоянно то выходил, то возвращался; звонил куда-то по телефону и делал пометки в блокноте. Полковник любил быстрые отчеты, и полицейские готовились представить ему данные на планерке. Григорий что-то отпечатал на компьютере.

– Ну, ребята, поздравляю, – устало сказал он. – Дело наконец закрыто.

– Закрыто?! – поразился Семенов.

– Конечно. А ты чего ожидал?

Лейтенант побагровел:

– Этого нельзя делать, Гриша!

– Да? А почему?

– Потому что главные виновники не найдены. – Василий продолжал гнуть свою линию.

– Главный виновник был застрелен вчера вечером, – мягко сказал Опарин.

– Вот и первая нестыковка, – заметил подчиненный. – Кто этот убийца и за что он пристрелил Мальчика?

– Вот тут как раз нет ничего странного, – заверил его капитан. – Вы сами нашли документы в его внутреннем кармане, а я пробил личность. Этот Владимир служил в «горячих точках», и там ему снесло башню. Его постоянно увольняли с работы, жена ушла к другому, и малый озлобился на весь мир. Где он достал такое оружие – нам уже не узнать. Решеткин стал его первой жертвой, а вы с Генкой вполне могли пополнить этот список. Поэтому поставь сегодня в церкви свечку. Тебе крупно повезло!

На лице Василия отразилось сомнение:

– Но почему он сидел в таком месте? Этот человек явно следил за Тарасом. Он вел себя, как наемный убийца.

– Если человек психически болен, он ведет себя непредсказуемо, – отчеканил Опарин.

Осознав, что спорить с ним по данному вопросу бесполезно, лейтенант попытался возразить по другому поводу:

– Вряд ли Решеткин соврал бы перед смертью. Он сказал правду о Косяке. Тебе же уже позвонили из тюрьмы?

– Позвонили, – подтвердил Григорий. – И что дальше?

– А дальше мы должны найти человека, который подставил Косяка и убил Шиманского и Милу.

– Шиманского и Милу убил Мальчик, – твердо сказал капитан. – И заруби себе это на своем облупленном носу! Я объявил: дело закрыто. Мы нашли убийцу.

– Но перед смертью…

– Это ты знаешь, что перед смертью, – буркнул капитан. – А парень-то этого не понимал! Сработал инстинкт самосохранения. Он думал – выживет, и направил нас по ложному следу.

– Не согласен…

– Твое дело. – Григорий встал и потянулся. – Сегодня полковник наверняка разрешит нам смотаться пораньше. Хоть выспимся!

– Я намерен доложить ему, что ты совершаешь ошибку, – упрямо повторил Василий. – Мы не учли золото Еликов. А ведь незнакомец, уходя от Шиманского, потерял кольцо!

Григорий заскрипел узбами:

– Ты дурак или прикидываешься?! У тебя, дорогой, напрочь отсутствует логическое мышление! Ты уперся в одну версию. Послушай-ка другую. – Он снова сел на стул и посмотрел на часы. – Потрачу на тебя пять минут, зато ты не сделаешь глупость. Итак, Косяк и Мальчик вместе бежали из тюрьмы. По дороге вор скончался от ранения, но успел рассказать все Тарасу и попросить его отомстить Шиманскому, который не смог – или не захотел – отмазать его от тюрьмы. Решеткин добрался до Одессы и разыскал свою бывшую подельницу – Милу. Без нее он и не подступился бы к адвокату. Девушка познакомилась с ним, проникла в квартиру и, подсыпав адвокату снотворного, украла ключи. Мальчик проводил ее до проходного двора и там свел с ней счеты. Лишние свидетели беглому преступнику были ни к чему. Потом он отправился к Шиманскому, придушил его и ограбил. Вот и вся история.

– А третий? – возразил Василий. – Кто был в квартире адвоката после Мальчика? За кем парень шел следом?

– А никого и ни за кем, – отозвался капитан. – Кто твои свидетели? Полоумная старушка, следящая, чтобы из подъезда не сперли железную дверь с кодовым замком? Да она уже путает явь и сон!

– И все же я скажу Богомолову…

Григорий сплюнул прямо на пол:

– Давай! Позорься! Я тебе мешать не собираюсь!

Семенов встал, подошел к нему и коснулся его локтя:

– Гриша! Прошу тебя, дай мне недельку. Я раскручу это дело. Вы же мне еще и спасибо скажете. И потом… Все списать на мертвого – это подло!

Опарин оттолкнул его:

– Пошел вон, кретин! Мои уроки проходят для тебя даром. Ни часа не дам, слышишь?

Он вышел из кабинета и бодрым шагом направился к полковнику. Семенов вздохнул и поплелся следом за капитаном.

– Таким образом, дело можно закрывать, – закончил Опарин свою длинную речь.

Константин Юрьевич довольно улыбался:

– Ай, молодцы! Быстро же вы справились. По два дня отпуска вам! А в выходные я договорюсь и возьму катер. Махнем на рыбалку! Берите своих девушек. А я возьму жену и дочь. А то супруга уже плешь мне проела. Видите ли, давно я ее никуда не вывозил! Не понимают бабы нашей работы. Заканчивайте с документами и можете уйти пораньше, если опять кого-нибудь не грохнут.

Семенов посмотрел на Опарина. В темных глазах Григория таилась насмешка. Капитан опять подтвердил свое умение раскрывать дела за короткое время. Посадил одного невиновного – пусть даже бомжа, – повесил пару убийств на мертвеца, который уже не может за себя постоять… А потом о полицейских ходят гадкие слухи… Нет, Василий не собирался сдаваться! Он открыл было рот, чтобы высказать полковнику свои соображения, но передумал. Григорий забросает Богомолова фактами.

А у самого Василия – только предположения и ни одного доказательства. Вот почему он молча вышел из кабинета начальника.

Опарин похлопал его по плечу:

– Не понимаю, отчего ты унываешь? Раскрыть такие дела – да тут танцевать от радости надо!

Семенов отбросил его руку:

– Ты все понимаешь!

Капитан недобро усмехнулся:

– Опять за свое? Ну, давай! Я считал, ты успокоился.