Негр Артур Иванович - Лариса Соболева

– Она милая, обаятельная. Мерс попросил проколоть ее, у меня же рука легкая, это все говорят. Старпер ее навещает, представьте: даже коробку конфет принес, это жмот-то наш! С Мерсом ее связывает многолетняя дружба...

– Красивая? – поинтересовалась Ольга, искоса изучая Женьку.

– Красота понятие растяжимое, – уклончиво ответила Валя. – Мне лично она понравилась.

– Ну, у тебя специфический вкус, – вставила Женька, рассматривая журнал.

– Да, сейчас иду к ней на очередные уколы, – якобы не заметила колкости Валя. – Пошли со мной? Сами посмотрите на нее.

Женя сначала отказывалась под предлогом, что дама из НЗ ее не интересует, однако уговорить себя позволила, нехотя, с недовольной миной последовала за девчонками. На самом деле внешние проявления Женьки были показухой. Самое большое зло на свете – некрасивые женщины. Евгении хотелось стукнуть Валюшку, чтоб ротик закрыла навсегда, ведь весь треск о пациентке выдавался для нее, Женьки. Внутреннее бабье чутье толкало в палату взглянуть на ту, которая пользуется повышенным вниманием Артура. После поездки к друзьям он стал неузнаваемым, будто настоящего Артура подменили, будто ничего между ними не было. Да и была ли поездка – Женька сильно сомневалась. В течение трех дней Артура видели по утрам с цветами, которые исчезали в стенах клиники, не попадая к Женьке. На виду у всех разгорался их роман, теперь на виду он рушится. Унизительно!

Первое, что хлестнуло и обожгло в НЗ, – букет на столе. Не свадебно-торжественный, а простые цветы из палисадников у частных домов. Букет, казалось, спрыгнул со старинной картины фламандского живописца. Женя задохнулась: на подоконнике красовалось еще два, менее свежих и непохожих на первый, букета. Она осталась у порога, мысленно приказывая Валентине отойти в сторону (та спиной загораживала пациентку). Но вот Валентина повернулась наполнить шприц, и Женька увидела... ничего стоящего не увидела. Так, серая мышка с серыми глазами и серыми волосами. Моль – вот подходящее определение. И Артур увлекся молью? Никогда не поверит. Девчонки догнали Женьку в коридоре, Ольга довольно бестактно спросила:

– Ну, как она тебе?

– Никак, – пожала плечами Женя, мол, о чем тут говорить.

– Ты не права, – с наивно-правдивым выражением начала Валюшка, дрянь. – Даша очень привлекательная женщина. А голосок какой нежный? Просто как...

– ...колокольчик, – подсказала с сарказмом Женя. – Или ручеек.

– А чего ты ерничаешь? – изумилась «ничего не понимающая» Валя. – Я стараюсь честно смотреть на вещи. С Дашей приятно общаться, она не высокомерная (это булыжник в огород Женьки, дескать, а ты высокомерная), много знает... А глаза какие – чудо! Огромные, серые, ясные.

– И конопатая, – дополнила Женя, посмотрев на Валю сверху вниз с тем самым выражением превосходства, от которого подружка столбенеет.

– Зато в цветах! – прорвало Валентину. – И каждый день!

Женька добавила к высокомерию ядовитую улыбку Кобры Кобрянской и хотела сказать... Впрочем, завистливая и закомплексованная Валька и без того страдает: у мамаши-природы не хватило материала, когда она делала это недоразумение в очках. У таких, как Валюшка, красотки типа Женьки вызывают каждодневный стресс. Да она жалости достойна, сочувствия. Ольга попыталась разрядить обстановку:

– Бросьте, девчонки. Мой дедулька своей Бабетточке тоже цветочки носит, небось делает налет на клумбы в соседних дворах, он у нас жмот, копейки не потратит на такую ерунду. (Женя отвернулась; еще одна кретинка, обязательно о цветочках надо говорить!) Вчера я ему: «Пап, у меня выходной в воскресенье, я хочу с друзьями посидеть. Вы бы с Бабетточкой часика два-три поиграли в лото у соседей?» Так он так наехал на меня... «Что?! – раскричался. – Никуда не пойду. Из собственного дома просят... Мать, слышишь? Это наша дочь!» Ужас.

Точно: ужас. Валентина и Евгения грозно шагали по коридору, нахмурившись и не разговаривая, не реагируя на рассказ Ольги. Значит, конец миру.

На следующий день Женя «почистила перышки» и прямиком направилась к Артуру. Поход практически ничего не дал, кроме того, что постели Артур избежал, нашел объективные причины. Пила она кофе до появления Ивана, а увидев того, многое поняла, но до конца верить в разрыв отказывалась. Артур может поступать по-свински с кем угодно, только не с ней. Сидя в такси, оплаченном Артуром, Евгения обдумывала дальнейшие свои действия.

– Какого черта? – накинулся на Артура Иван после ухода длинноногой красавицы. – Ты меня используешь! Как будто я твоя собственность!

– Клянусь, это последний раз.

– Ха! Ха! Ха! – саркастически произнес каждое «ха» в отдельности Иван. – Никакой жизни от тебя. Свои проблемы решаешь за мой счет, выставляешь меня монстром перед посторонними. Надоело.

– Сначала выслушай, черт тебя дери!

Паспорт Гарелина, водительские права Цинцаля и пистолет легли перед Иваном на стол. Он слушал Артура молча, иногда пожимая недоверчиво плечами, иногда вставлял междометия, присматривался к брату с прищуром, словно сомневался в правдивости рассказа. Но вот Артур закончил.

– Так твоя Даша совсем ничего не помнит о пожаре? – спросил Иван через длинную паузу, вертя пистолет Гарелина.

– Совсем. Но! Ее ударили по голове, рана на бедре похожа на ножевую, а из горящего дома вытащили Дашку без сознания уже с этими ранениями. Дом был закрыт, следовательно, что-то произошло внутри дома.

– Послушай, а не мог Игорь учинить скандал, он же человек необузданный, и натворить в доме массу безобразий. Например, пырнуть жену ножом, огреть тещу по голове?.. Чего по пьяни не бывает... Кстати, Игорь большой любитель выпить, я так понял по твоим описаниям.

– Не думаю. Он сроду на Дашку руку не поднимал. Попробовал бы только... А как ты объяснишь нападение на нас на дороге? Происшествия в больнице? Случайностью? Нет логики, друг мой. Вон прописка в паспорте – факт.

– Мда... Надо бы Дашу заставить вспомнить... Не сразу же ее стукнули, должна же она хоть что-то знать? Вы же врачи, сделайте что-нибудь.

– Умные вы все. Ты попутал врача с господом богом.

– А гипноз? Или это только сказки о великой силе гипноза?

– Почему сказки? – пожал Артур плечами и вдруг оживился: – Слушай, а я не додумался до гипноза. Можно попробовать.

– Эх ты, знаменитый хирург! Телик чаще смотри, приобретешь жизненный опыт. Сейчас кино дает рецепты на все случаи жизни.

– Я на тебя надеюсь. Поможешь?

– Тоже попробую.

– Елки-палки, попробует он! Да это твоя работа! Ты же следователь прокуратуры! Звучит угрожающе и обнадеживающе.

– Ну, даешь, братец! – рассмеялся Иван. – Да ты у меня совсем того... Попутал, брат, сыщика со следователем, очень распространенное заблуждение. Так вот, скажу по секрету, следователь – самая паразитическая профессия. Это сыщики делают грязную работу: ловят, выслеживают, внедряются и так далее, а мы, следователи, сидим в кабинетах и копаемся в бумажках. Понял?