Убийство по графику - Алена Николаевна Егорова

дверь ночью могло открыть сквозняком, она подперла небольшим, но тяжелым камнем, который нашла неподалеку. Проверив, что дверь легко не откроется, ушла. Время было к девяти вечера. Серега позвонил и обрадовал ее, что завтра приедет. Едет он по работе, но так получилось, что это недалеко от нее. И поэтому сможет заехать навестить. А сейчас она шла смотреть кино. Раз в неделю приезжал в дом отдыха небольшой фургон, который привозил кино. Как раньше. Когда-то по деревням ездил такой фургон и привозил фильмы. В селе это было событием, люди ходили на сеанс как на праздник. Сейчас мы избалованные цивилизацией и мало кто вспоминает об этом. Маша решила, что с огромным удовольствием посмотрит фильм на большом экране. Белое, большое полотно, кинопроектор. Как это все знакомо ей. Она вспомнила как весь детдом, по выходным, вывозили в кинотеатр. Они группами шли в ряд. У каждого в руке стаканчик пломбира. В кинозал с мороженым нельзя, но работники клуба, видимо, жалели детей и не хотели омрачать им праздник от похода. Перед входом в кинозал все терпеливо ждали, когда воспитатель с билетером посчитают билеты. Потом дружно проходили и рассаживались на деревянные сиденья. А когда начинался фильм, Маша растворялась в нем. Она представляла себя на месте героинь, ей казалось, что это она играет роль в этом фильме. Какое-то время она даже мечтала, что поступит в театральный, станет знаменитой актрисой. Но с возрастом желание это исчезло, но тяга к творчеству у нее осталась. Она стала ювелиром. Ей нравилась ее работа. Опыта у нее еще мало. Но она с удовольствием занималась самосовершенствованием, активно перенимала знания от более опытных сотрудников в их фирме. И очень надеялась, что когда-нибудь она откроет свой салон-мастерскую. Где по собственным эскизам будет создавать ювелирные шедевры на заказ. К одиннадцати сеанс закончился. Маша ушла в номер, сходила в душ, включила телевизор, выбрала передачу, начала сушиться. Открыла шкаф, достала халатик. Какое-то неприятное ощущение, липкое и мелко колющее, она почувствовала на своей спине. Где-то между лопатками жгло. Кожа на спине покрылась холодным потом. Ее стало неприятно подташнивать. Она резко обернулась. Маша увидела за окном силуэт, и, как ей казалось, она даже рассмотрела некоторые черты лица. Душа от осознания того, что за ней подглядывали, провалилась куда-то в пятки. Силуэт быстро и бесшумно скрылся из виду. Все это длилось не более трех-пяти секунд. Когда оцепенение прошло, она быстро подбежала к окну и, сильно прижав лицо к стеклу, пыталась увидеть убегающего. Но бесполезно. Зимняя ночь поглотила в темноте то, что было под окном. Свет фонарей, что горели на террасе здания, не дотянулся до территории под ее окном. Ей стало страшно. Хоть все произошло очень быстро, она была уверена, что не ошиблась, за ней следили. Она схватила телефон и лихорадочно стала набирать номер мужа, передумала. Она надеялась, что ему удалось уснуть, и не хотела тревожить его сон. Ничего же не случилось. Она решила, что это подождет до завтра. Приедет — она все ему расскажет. Было слышно, как в домике Люси затявкал щенок, через секунду он успокоился. Неприятное событие не давало ей уснуть. Она изредка поглядывала на окно. Ей казалось, что она снова увидит темный силуэт. Но за окном была только ночная мгла, и это ее успокаивало. Часы показывали четыре утра. Она встала, вновь вгляделась в темноту за окном. Ничего. В домике Люси за плотными шторами мелькал свет. «Наверное, проснулась» — подумала Маша. И немного успокоилась. Она плотно задернула шторы, легла и наконец уснула.

* * *

Утром Сергей быстро позавтракал, оделся и уже был на пороге, когда позвонил Кирилл.

— Привет, Кирюх, ты меня хочешь чем-то порадовать?

— Нашел немного. Я на почту тебе скинул.

— Я сейчас по этому делу еду. Уже у порога стою. Может, кратенько расскажешь. Мне сейчас любая информация пригодится.

— Да я мало что нашел. Зовут ее, удивись, Царицына Анна Иоановна. С юмором ее родители были, — хохотнул в трубку Кирилл.

— Да, интересное сочетание.

— На ее имя зарегистрирована некоммерческая организация «Источник счастья».

По их Уставу это общество, которое стремится к обретению гармонии в жизни и к познанию счастья в духовности и…

— Послушай, пожалей мои уши.

— Понял, ну всякое тут бла-бла-бла. Короче, про общество потом почитаешь. Анна из-под Тулы. Окончила юрфак, между прочим, с отличием. Есть сын.

— Уже что-то. Спасибо.

— Да не за что. Я еще покопаюсь. Позвоню тебе, если найду еще информацию.

— Спасибо, ты настоящий друг.

— Спасибо не отделаешься, с тебя пиво, — пошутил Кирилл.

— Да помню я, помню, — посмеялся Сергей.

Сергей был уже на пол пути к Маше, когда она позвонила ему. Он улыбнулся, увидев звонок от нее.

— Привет, милая!

Но вместо звонкого голоса жены он услышал, как та тихо плачет трубку телефона.

— Что случилось?

— Беда у нас, — ответила Мария, хлюпая носом.

— Уже в пути. Скоро буду. Не плачь, разберемся. Слышишь меня?

— Угу.

Он занервничал, не зная, какой новости ожидать. Он подумал о жене, ее беременности, о долгожданном ребенке. Он боялся его потерять. Сергей взял себя в руки, задавил в себе мрачные мысли. Он утешил себя тем, что скоро приедет на место и узнает, что произошло на самом деле. Маша беременна, она стала очень чувствительной. Возможно, она вновь преувеличивает. Успокоив немного себя, он отогнал дурные мысли.

Ленка стояла рядом с плачущей Марией и пыталась успокоить ее как умела.

— Слышишь, родная, хватит реветь! Да ничего тебе не будет, у тебя муж следователь, отмажет!

— Лен, да о чем ты говоришь! Я знаю, что мне ничего не будет! Я ничего не делала! Я не об этом плачу! Я о Люсе! — кричала Мария.

— Тю! О ней?! Да она больная была! Туда ей и дорога. Может, это благо для неё. Чем такой всю жизнь. Вон старикашку доктора наверняка посадят. Он же укол делал. Не отвертится, наверно, дед. Посадят за халатность. А может, он так избавился от нее? Ну, чтобы хлопот с ней не иметь больше, — хохотнула Ленка.

— Да как ты можешь так?! Ленка, ты, блин… — от возмущения Маша не могла сразу подобрать слова, но в итоге выдавила: — Чудовище!!! Они все любили Люсю. Если бы она не нужна была, ее бы давно в психушку отправили. А доктор просто не мог ошибиться. Такой огромный опыт у человека! Год за Люсей наблюдал! Я знаю, кто ее убил, я видела убийцу.

— Да ладно. И кто? — с сарказмом спросила