Добрая самаритянка - Джон Маррс

– Думаешь, «пожалуйста» поможет выкрутиться? Ты никуда не уйдешь отсюда, Лора.

Я еще сильнее вытянула руку вперед и махнула ножом в его сторону. Но он лишь шагнул ближе и теперь находился в паре футов. Я снова отступила назад и уперлась спиной в стену.

– Давай, Лора, делай что можешь. Мне нечего терять, потому что ты уже отобрала все, что у меня было.

Казалось, в этот момент кто-то нажал кнопку «пауза». Никто из нас не двинулся с места, не шевельнул рукой. Потом Стивен неожиданно рванулся и схватил меня за запястье; его пальцы вдавились в мою плоть с такой силой, что показалось, будто кости вот-вот хрустнут. Я закричала, а он развернул меня, заломил вторую руку за спину и толкнул туда, где с балки свисала веревка. Я пыталась освободиться, но он держал меня крепко; мои пальцы разжались, и нож упал на пол.

– Не бойся, Лора, это будет недолго. Петля завязана именно так, как ты мне говорила, на правильной высоте, чтобы смерть была быстрой.

– Пожалуйста, Стивен, – умоляла я. – Что бы я тебе ни сделала, прошу прощения.

– Слишком поздно раскаиваться.

– У меня дети… я мать…

– И им будет лучше без тебя.

Он ухватил веревку другой рукой и начал натягивать петлю мне через голову. Я воспользовалась этой возможностью, чтобы ударить его локтем в живот и с силой пнуть в голень. Шок заставил его ослабить хватку, и этого хватило, чтобы высвободиться. Я наклонилась, схватила нож, повернулась к Стивену и вслепую нанесла удар куда-то прямо перед собой. Тут я ощутила, как его рука снова сжимается у меня на запястье, и что нож дальше не идет. Но когда уже собиралась ударить свободной рукой, он вдруг рухнул на колени. Поднял взгляд на меня, потом посмотрел на живот, из которого торчал нож.

Я замерла. Только что я пырнула человека, на чью смерть пришла посмотреть. Но все пошло не так, как должно было, и не было ни малейшего желания оставаться здесь дольше или даже слышать его последний вздох. А что, если он здесь не один? Что, если в доме притаился кто-то еще? Нужно защитить себя.

Стивен так и стоял на коленях, издавая стоны боли. Я наклонилась и, прежде чем он успел меня остановить, выдернула нож из живота. Стивен закричал и повалился на бок, что-то шипя в мой адрес, но я не могла расслышать ни слова.

Собрав все оставшиеся силы, я выскочила из комнаты на площадку. Но без фонаря, в темноте, в панике оступилась на верхней ступеньке и споткнулась о вторую, затем упала лицом вниз, ударившись скулой о балясину. Потом кувырком полетела по лестничному пролету, зацепила перила лбом и рухнула к подножию лестницы, свернувшись калачиком. Некоторое время лежала неподвижно, оглушенная, с кружащейся головой, и смогла пошевельнуться только тогда, когда услышала, как Стивен наверху со стоном ползет по полу.

Кое-как я поднялась на ноги, обеими руками вцепилась в перила и заковыляла к выходу – так быстро, как только могла. Ввалившись в свою машину, заперла все двери и заставила себя повернуть ключ в зажигании. Мотор включился, и я помчалась прочь со всей скоростью, на которую был способен мой «Мини».

Я постукивал пальцами по рулю в такт ударным и во весь голос подпевал песне по радио. Я был доволен тем, что все еще помню все слова «SexyBack» Джастина Тимберлейка – хотя прошло больше десяти лет с тех пор, как эта песня играла в баре студенческого союза в тот вечер, когда я встретил Шарлотту.

Когда я увидел ее, она танцевала с подругами, потом затеяла пьяный разговор. В последующие годы, если она впадала в один из приступов уныния, я все равно мог заставить ее улыбнуться, танцуя голым в нашей спальне и изображая все, о чем пелось в песне, хотя, как это ни иронично, в этот момент я вовсе не думал о сексуальности и соблазнении, – совсем наоборот.

Я помнил, как на одном из наших первых свиданий Шарлотта призналась, что была влюблена в Джастина еще с тех пор, как он выступал в группе «*NSYNC». А после нескольких «Ягербомб»[8] рассказала, что в юности похищала у мамы журналы со сплетнями о знаменитостях и замазывала ручкой на всех фотографиях лицо тогдашней подруги Джастина, Бритни Спирс. Шарлотта воображала в эти моменты, что это она, а не Бритни, встречается с ним. Я надеялся, что ее юное эго не было слишком разочаровано тем, что в итоге она стала миссис Смит, а не миссис Тимберлейк.

Я остановил машину на светофоре и бросил взгляд выше по склону, где на фоне неба выделялся недавно построенный район офисных зданий и жилых высоток. Я родился и вырос здесь, в Нортхэмптоне, и помнил, как мне хотелось вырваться отсюда, когда город казался мне слишком маленьким и тесным. Понадобилась всего пара семестров в Университете Сандерленда, чтобы понять: если убрать внешний лоск, то под ним все города совершенно одинаковы.

Готовность Шарлотты посмеяться над своими недостатками была редкостью среди девушек, с кем я встречался в ту пору. Как и ее внешний вид. Тонкие черты лица, каштановые вьющиеся волосы, небесно-синие глаза, одежда в стиле унисекс – я почти сразу понял, что она особенная. Прошло одиннадцать лет, и я по-прежнему знал, что это так.

В последний год обучения в университете мы решили попытаться закрепиться в Лондоне. Были полны сил и энтузиазма, и ничто не могло удержать нас от покорения столицы. Но когда попали туда, столкнулись с реальностью: оказались всего лишь двумя безымянными рыбками в огромном грязном пруду. Снимали нелепо дорогую квартиру над китайским кафе в часе езды от всех крутых местечек, которые хотели посетить, и нам едва хватало денег на жизнь в городе, о котором так мечталось. Но мы шли к своей цели; спустя год стажировки я начал подниматься по карьерной лестнице, и мы принимали эту жизнь без жалоб.

Когда поженились и решили, что самое время завести ребенка, я твердо настоял на том, что не хочу делать этого в Лондоне. Нашел работу в родном городе даже раньше, чем это сделала Шарлотта – она была не так уж уверена, что место нам подходит. Однако все же решила попробовать и начала работать графическим дизайнером в агентстве неподалеку от купленной нами квартиры…

На светофоре зажегся зеленый свет, на город опускались ранние январские сумерки. Я проехал мимо Беккет-парка, где у пристани были пришвартованы яхты, украшенные разноцветными огнями. Миновав родильный дом «Барратт», не смог удержаться от улыбки: через два с небольшим месяца Шарлотте предстояло на несколько дней отправиться сюда. Это было нелегко: из-за сочетания поликистоза яичников у нее и низкой активности спермы у меня пришлось прибегнуть к искусственному оплодотворению за счет государства. И на втором цикле получилось! Нам предстояло стать родителями.

Я очень ждал, когда в палате роддома впервые смогу увидеть своего ребенка. И, честно говоря, даже немного завидовал тому, чего смогла добиться Шарлотта и ее тело – тогда как мое даже не смогло выполнить свою часть без помощи собственной руки и шприца специалистов по оплодотворению.