Клубничка по-шведски - Дарья Калинина

— Постой!

— Подожди!

— Ты что же, выходит, знал свою будущую жертву?

— Да! Конечно! О чем и речь! — горячо заговорил Арнольд. — Будь это какой-нибудь незнакомый мне человек, то, может быть… Хотя нет! И незнакомого я бы все равно не смог убить. Но все же убить незнакомого как-то легче. А когда лично знаешь человека и этот человек не сделал тебе ничего плохого… Ох, как это трудно! На одной чаше весов лежит твоя жизнь, а на другой — его.

— Тяжелый выбор, — согласилась с Арнольдом Леся.

— И как имя того, которого магистры приговорили к смерти?

— Я так понял, вы его тоже знаете.

— Знаем?

Кира ощутила неприятный холодок под ложечкой. Неужели речь идет о ее драгоценном Вовике? Но нет, оказалось, не о нем. Милейший толстяк господин Петрушкин — любитель рыбалки и прекрасных женщин, вот кто был намечен магистрами тайного «Союза Четырех» для полного физического устранения!

Когда подруги осмыслили услышанное, они покрылись холодным потом. До чего же все оказалось запутанным и странным. Арнольду поручают устранить его соседа. И добро бы этим соседом оказался противный Валера, можно почти с уверенностью предположить, что в этой ситуации Арнольд выполнил бы задание и прошел Посвящение в «союзники». Так нет же! Бедняге не повезло. Ему поручили устранить добродушного толстяка.

— Слушайте, а может быть, ограбление загородного дома Петрушкина тоже дело рук этих «союзников»?

В самом деле, дом господина Петрушкина подвергся нападению грабителей. Правда, их спугнула сигнализация. Но сам факт уже настораживал. Сначала Петрушкина хотят убить. А когда это не получается, его сейф пытаются ограбить. И грабят. Не важно, что там не было денег, одни бумаги. Бумаги ведь тоже могут чего-то стоить.

— Сдается мне, что тут дело не столько в самом Петрушкине, — сказала Кира. — Обманули тебя, Арнольдик.

— Ага! Кто в наше время мстит за поруганную честь. В наше время иные мотивы для убийства!

— Деньги!

— Ценные сведения, которыми жертва не хочет поделиться!

— Но в конечном счете все равно деньги!

— А денег у господина Петрушкина много.

Арнольд молчал. Да и что он мог сказать? Неудачник! Малодушный киллер! Недотепа! Даже в «Союз Четырех» его не приняли. И за что только такое недоразумение любит Галочка?

Однако, что бы там ни думали подруги про Арнольда, он мог им еще здорово пригодиться. И в первую очередь для того, чтобы поближе подобраться к этим «союзникам», а следовательно, и к Вовику, и к Петрарке. Ведь еще не факт, что тот мертв. Но прежде Арнольда следовало накормить, напоить и согреть, потому что голодный мужчина ни на что не годен.

И потом, после захода солнца поднялся ветер. И если разгоряченные подруги его просто не замечали, то их единственный мужчина буквально посинел. То ли от переживаний, то ли от холода. Во всяком случае, ничего внятного он теперь не говорил. А только клацал зубами и трясся словно в ознобе.

С целью привести мужика в приемлемое для допроса состояние подруги вернулись в гостиницу.

— В номере сидеть не буду, — капризничал Арнольд. — Хочу к людям. Что я как загнанный зверь?

К людям так к людям. Подруги и не возражали. Тем более что при гостинице имелся совсем неплохой ресторанчик. Выбор блюд тут был ограничен, но зато каждое из них готовилось тщательно и без обвеса. Подруги заказали сытный ужин на всех четверых и большой, очень даже большой графинчик водки, которую щедро влили в Арнольда. Почти целиком.

— А после первой не закусывают, — сообщила Арнольду Леся, ловко отнимая у него с вилки маринованный грибок.

— Между первой и второй — перерывчик небольшой, — добавила Кира и предложила в качестве закуски стакан томатного сока с солью, с черным и красным перцем.

И напрасно бедный исстрадавшийся мужик отбивался и возражал, что он не пьет, а тем более водку.

— Все не пьют! — целеустремленно подливая ему новую порцию, говорила Леся.

— Но все напиваются, — поддакивала Кира, подкладывая наконец Арнольду свиную котлетку, на которую тот радостно набросился.

Галочка ничего не говорила. Она только задумчиво гладила своего мужчину по голове, словно он был несмышленым мальчишечкой, попавшим в передрягу, и нуждался теперь в мудром совете своей мамочки. Молчаливо поощряя тем самым действия подруг по подпаиванию и подкармливанию Арнольда. В результате Арнольд наелся и напился. И язык у него действительно развязался.

Правда, сначала он принялся было снова жаловаться на свою участь и стонать, но Кира живо пресекла это безобразие.

— Арнольдик, а как ты сам узнал про этот «Союз Четырех»?

Арнольд поперхнулся рюмкой водки, которую опрокидывал в этот момент в себя. У него уже давно покраснели белки глаз. А слетающие с губ слова становились все злее и злее. Похоже, Арнольд принадлежал к той категории людей, кого спиртное делает агрессивным. Галочка пыталась его успокоить, поглаживая по плечу. Но Арнольд с раздражением сбросил ее руку с себя.

— Чтобы ему сгореть! — пожелал он неведомому недоброжелателю. — Я думал, вот повезло! А он втравил меня в такую дикую историю! И добро бы меня одного. А то и брат пострадал. И Вовка!

Оказалось, что предложение вступить в общество «союзников» поступило Арнольду от одного друга их семьи. Очень положительного товарища. Ректора одного из санкт-петербургских высших учебных заведений. Человека во всех смыслах преуспевающего. Такому не захочешь, да поверишь. А тем более, что Арнольд хотел верить.

Честолюбивый молодой человек мигом просек выгоду, которую сулит ему это предложение. Стать «своим» для целой кучи полезных людей! Об этом можно только мечтать.

— Ну и что с того, что от меня они тоже потребуют взамен помощи, — разумно рассуждал он. — Ничего страшного. Никто не потребует от меня больше, чем я в состоянии предложить. Но моя жизнь будет гарантирована, застрахована от больших и малых неприятностей.

В устах друга их семьи все звучало очень привлекательно. Так что Петрарка, который получил это предложение первым, принял его, не колеблясь. Добрый друг семьи пообещал, что Петрарке и его растущей семье помогут купить по ипотеке именно ту квартиру, на которую они положили глаз. Петрарка снял с их общего с женой счета пять тысяч и…

— И пропал!

— Ну да.

Встревоженный Арнольд кинулся к сановитому другу их семьи. Но тот лишь пристыдил его за панические настроения.

— Мальчишка! Что ты можешь знать?

— Но Петрарка пропал! — растерянно повторял Арнольд. — Совсем пропал! Семья с ума сходит. Жена в милицию побежала!

— Все бабы — дуры! — презрительно отозвался друг семьи. — Если Петя не появляется, значит, ему поручили нечто необыкновенно важное. Ты можешь гордиться своим братом!