Формула одиночества - Ирина Мельникова

– Понятно, – Антон сплюнул себе под ноги и сердито прищурился. – Только мой тебе совет: не раздавай авансы, а то ведь по полной спросить могут. – И, резко развернувшись, направился в обратную сторону.

Марина проводила его взглядом и озадаченно хмыкнула. Надо же! Не раздавай авансы! Как все здесь легко и однозначно воспринимается! Прошли только сутки после ее приезда, а она уже дважды успела проколоться. Не учла особенности мужской психологии. Под южным солнцем у них развиваются просто непомерные комплексы полноценности и собственной исключительности.

Она хмыкнула и пожала плечами. Что ж, это тоже какой-никакой, но житейский опыт. Впрочем, у нее осталось не слишком много времени, чтобы раздавать кому-то авансы. Теперь она будет осторожнее и не станет поддаваться даже на самый лучезарный взгляд и ослепительную улыбку.

Анжела встретила ее традиционным вопросом:

– Ну, как искупалась?

– Отлично! – весело ответила она. – Вода теплая и чистая, правда, на пляже ногой ступить некуда, но мне одной местечка немного надо!

– Прости, конечно, а что это за парень тебя провожал?

– Да так. – Марина пожала плечами. – На пляже познакомились. Поиграли в волейбол, поплавали в море, а потом он меня пригласил вечером сходить в кафе.

– Пойдешь? – Анжела как-то странно посмотрела на нее, а может, Марине просто показалось.

– Нет, не пойду. Честно сказать, я не любительница шляться по кафе.

– И не ходи. – Анжела подошла к ней вплотную и посмотрела ей в глаза. – Арсен о тебе спрашивал. – Она оглянулась на его комнату и понизила голос: – Где-то с час назад прибежал с пляжа как ошпаренный, закрылся в своей келье, а минут десять назад спросил, не появлялась ли ты.

– Что ему нужно? – спросила Марина. И тоже посмотрела на окна его комнаты. – Игорь согласился поехать с ним в Кодоры?

– Какое там! – махнула рукой Анжела. – Там сейчас такое творится! Утром сообщили и наше телевидение, и российское, что в верхнюю часть Кодорского ущелья вошли грузинские полицейские и военные. Наши мужчины сегодня чистят оружие. Вдруг Грузия снова спровоцирует конфликт. – Анжела поморщилась. – Как всегда, в самый разгар сезона обязательно подложат нам свинью.

– Но там же стоят российские миротворцы? Как они могли пропустить грузин?

– Вынуждены были пропустить. Как объяснил ваш министр обороны: чтобы избежать кровопролития. Грузины заявили, что это полицейская операция. Дескать, выловят сторонников Квициани, схватят его самого и – звездец! Уберутся восвояси!

– А чем им Квициани не угодил?

– Кто их знает. Вроде ему приказали распустить его отряд, а он отказался, боится, мол, что абхазы тогда захватят ущелье.

– Но это же ваша земля?

– То-то и оно, – вздохнула Анжела. – Наш президент тоже выступил. Заявил, что грузины готовят новый плацдарм для наступления на Абхазию, но армия наша в полной боевой готовности, и опасаться вроде нечего.

– Я тоже так думаю, – кивнула Марина. – В Абхазии проживают российские граждане, и их никто в обиду не даст. Сейчас не те времена, и Россия может диктовать свои условия.

– Хорошо бы. – Анжела нахмурилась. – Говорят, русские казаки уже в Сухуме. Их атаман обещал выставить тысяч пятнадцать казаков. Осетины, кабардинцы, черкесы тоже заявили о своей поддержке. Русским не нужна новая кавказская война. Ваш президент – мудрый человек. Не допустит этого. Да и мы кое-чему научились. Арсен, – она кивнула в сторону «кельи», – утром по спутниковому телефону с кем-то разговаривал...

– У него есть спутниковый телефон? – поразилась Марина и покачала головой. Вот тебе и «горец»! Надо же, как бывает обманчиво первое впечатление!

– Ну да, есть, – ответила Анжела. – Кажется, он знает гораздо больше о Кодорах, чем мы все, вместе взятые. Но молчит, паразит! А ведь все утро о чем-то разговаривал с Игорем и Виталиком!

– А Сабрина вернулась?

– Нет пока. – Анжела с видом заговорщика огляделась по сторонам и взяла ее за руку. – Пойдем в кафе, я тебе что-то расскажу.

Марина с покорным видом последовала за ней, но улучила момент и бросила быстрый взгляд в сторону комнаты Арсена. Ей показалось, что на одном из окон дрогнула занавеска. Но солнце светило ей прямо в глаза, и, скорее всего, это ей просто почудилось.

В кафе было намного прохладнее, чем на улице. Тихо играла музыка, свежий ветерок насквозь продувал помещение.

Черноволосая голубоглазая девочка лет десяти-одиннадцати с тонкими чертами лица и милыми ямочками на щеках расставляла на столах пепельницы и вазочки с цветами.

– Сабу, – попросила Анжела, – принеси нам сок из холодильника и два стакана. – И пояснила, когда девочка выбежала из кафе: – Это моя старшая. Альбина на год младше.

– У тебя трое детей? – поразилась Марина. – Прости за любопытство, но сколько же тебе лет?

– Тридцать, – улыбнулась Анжела. – В восемнадцать лет вышла замуж. Виталий украл меня сразу после войны.

– Украл? – еще больше удивилась Марина. – У вас до сих пор крадут женщин?

– Ну да, украл. – Анжела пожала плечами. – Обычай такой. Но воруют чаще по согласию. А Виталий меня не спрашивал. Правда, я немного знала его еще до войны. Он в ОМОНе служил. Знаешь, – она засмеялась, – я никогда не хотела усатого мужа. А вышло все наоборот. Конечно, я могла уйти... Но время такое было... А сейчас я ни на кого его не променяю, да и он, думаю, меня тоже...

В кафе снова появилась Сабу с двумя стаканами и трехлитровой банкой мандаринового сока. Молча разлила его по стаканам и улыбнулась одними глазами:

– Пейте на здоровье!

– Спасибо! – Марина отхлебнула ледяной сок и зажмурилась от удовольствия. – Как вкусно!

– Еще бы! – с довольным видом отозвалась Анжела. – Стакан сока выпьешь, все равно что десятка два мандаринов съешь. Тут у нас один профессор отдыхал в прошлом году, так он ничего, кроме вина и мандаринового сока, не пил. За две недели десять килограммов сбросил, только, чуть что, смотрю, а он рысью в туалет. Шлаки выводил. – Она расхохоталась. – Помолодел, постройнел, а приехал пень пнем. Здесь болит, там болит, за сердце все хватался, а потом к Гегскому водопаду и к монастырю в Новом Афоне бегом поднимался. Ей-богу, не вру, Игорь сам рассказывал... – Она покачала головой. – Профессор вчера звонил, обещает в августе уже с женой приехать. – Она приблизила голову к Марине и, улыбаясь, подмигнула ей. – Зимой женился на своей студентке. Вот видишь, какие чудеса наш климат творит! Да, ты знаешь, зачем я тебя позвала?

– Не знаю, – улыбнулась Марина, – но очень хочу узнать.

– Сабрина эта, – она кивнула на дом, – вчера утром в самый дождь к Арсену в келью ломилась. А он ее не пустил. Точнее, его вовсе не было...

– А мне до них нет никакого дела. – Марина отставила пустой стакан и поднялась из-за стола. – Сабрина мне не подруга, а Арсен – твой приятель.