Незнакомец - Харлан Кобен

– Могу я на минутку войти?

Кунц предъявил удостоверение. Неопытному глазу Хейди оно показалось подлинным.

– А в чем дело?

– Думаю, у вас есть на этот счет кое-какие соображения. – Кунц кивком указал на дверь. – Можно?

Хейди отступила:

– У меня нет.

– Чего нет?

– Никаких соображений.

Кунц вошел в дом и огляделся, как будто собирался покупать жилье. Он пригладил несколько непослушных волосин из зачеса, которые стронулись с места от статического электричества.

– Что ж, вчера вы звонили дочери? Я прав?

Хейди засомневалась, как лучше ответить. Не важно. Кунц продолжил вспахивать почву, не дожидаясь реакции.

– Нам известно, что ваша дочь занималась деятельностью, которая не одобряется законом.

– Что вы имеете в виду?

Детектив сел на диван. Хейди опустилась на стул напротив.

– Могу я просить вас об одолжении, миссис Данн?

– О каком?

– Одолжение небольшое, но, думаю, это упростит разговор и для вас, и для меня. Перестаньте притворяться, ладно? Это напрасная трата времени. Ваша дочь Кимберли занималась проституцией в Сети.

Хейди сидела без движения.

– Миссис Данн?

– Думаю, вам лучше уйти.

– Я пытаюсь помочь.

– А звучит так, будто выдвигаете обвинения. Я, пожалуй, сперва посоветуюсь с адвокатом.

Кунц снова прибил непокорные пряди.

– Вы меня не так поняли.

– Как это?

– Нас не интересует, чем занималась или не занималась ваша дочь. Это мелочи, и это ваше дело: когда речь идет об онлайне, грань между деловыми отношениями и проституцией очень тонка. А может, она и всегда была такой. Мы не заинтересованы в том, чтобы докучать вам и вашей дочери.

– Тогда что вам нужно? – спросила Хейди.

– Содействие. Ничего больше. Если вы и Кимберли согласитесь на сотрудничество, то не останется никаких причин, чтобы мы вспоминали о ее роли в этой истории.

– Ее роли в чем?

– Давайте двигаться шаг за шагом, хорошо? – Кунц запустил руку в карман и вынул маленький блокнот. Потом извлек из него крошечный карандаш, какими игроки в гольф записывают очки. Детектив лизнул грифель и снова обратил внимательный взгляд на Хейди. – Прежде всего: как вы узнали о том, что ваша дочь связана с сайтом сладких крошек?

– Какая разница?

Кунц пожал плечами:

– Дежурный вопрос.

Хейди ничего не сказала. Легкая дрожь, возникшая глубоко в горле, начала усиливаться.

– Миссис Данн?

– Пожалуй, я все-таки посоветуюсь с адвокатом.

– Ох, – вздохнул Кунц. Он сделал разочарованное лицо, с каким учитель смотрит на своего лучшего ученика, не оправдавшего надежд. – Значит, ваша дочь солгала нам. Это не слишком здорово в такой ситуации, я вам честно скажу.

Хейди понимала: он хочет, чтобы она разозлилась. Тишина повисла жуткая, Хейди едва дышала. Она не могла этого вынести, а потому спросила:

– Почему вы думаете, что моя дочь солгала?

– Все просто. Кимберли сказала, что вы узнали о сайте совершенно законным способом. Она сообщила, что два человека – мужчина и женщина – остановили вас на выходе из ресторана и проинформировали о происходящем. Но если это так, то я не понимаю, почему вы сами нам этого не скажете. В таком поступке нет ничего противозаконного.

У Хейди закружилась голова.

– Я ничего не понимаю. Зачем вы вообще сюда пришли?

– Полагаю, это резонный вопрос. – Кунц вздохнул и сел поудобнее. – Вы знаете, что такое отдел по борьбе с киберпреступностью?

– Наверное, он имеет какое-то отношение к преступлениям в Интернете.

– Именно. Я работаю в ОКП – Отделе по борьбе с киберпреступностью, который является совершенно новым подразделением департамента полиции Нью-Йорка. Мы ловим преступников, которые используют Интернет в неблаговидных целях, – хакеров, разных мошенников и прочий сброд. И мы подозреваем, что человек или люди, подходившие к вам у ресторана, являются частью синдиката неуловимых киберпреступников, за которыми мы охотимся уже очень давно.

Хейди сглотнула:

– Я понимаю.

– И мы бы хотели, чтобы вы оказали нам помощь в розыске и идентификации людей, которые могут быть причастны к таким преступлениям. Это для вас что-то значит? Тогда давайте вернемся к сути дела. Подходили к вам двое на парковке у ресторана – да или нет?

Дрожь не унималась, но Хейди выдавила:

– Да.

– Отлично. – Кунц улыбнулся своей редкозубой улыбкой, что-то записал и снова посмотрел на Хейди. – Какой это был ресторан?

Она колебалась.

– Миссис Данн?

– Я кое-чего не понимаю, – медленно произнесла она.

– Чего именно, мэм?

– Я беседовала с дочерью только вчера вечером.

– Да.

– Когда вы успели поговорить с ней?

– Ночью.

– А как вы так быстро добрались сюда?

– Для нас это дело огромной важности. Я прилетел утром.

– Но как вы вообще об этом узнали?

– Простите?

– Моя дочь не собиралась звонить в полицию. Так откуда вы знаете?.. – Она остановилась. Вырисовывалось несколько вариантов. И каждый был не слишком светлым.

– Миссис Данн?

– Думаю, вам лучше уйти.

Кунц кивнул. Он снова занялся непослушными волосами, перекидывая их с одного уха на другое. Потом произнес:

– Сожалею, но я не могу этого сделать.

Хейди встала и пошла к двери:

– Я не собираюсь продолжать этот разговор.

– Нет, вы его продолжите.

Не поднимаясь с дивана и делал вид, будто сейчас тяжело вздохнет, Кунц вынул пистолет, нацелил его точно в коленную чашечку Хейди и нажал на спуск. Выстрел прозвучал тише, чем она ожидала, но его воздействие оказалось неизмеримо большим, чем можно было представить. Хейди рухнула на пол, как сломанный складной стул. Кунц подскочил и зажал ей рот, чтобы заглушить крик. Он приблизил губы к ее уху и прошептал:

– Будешь орать, я прикончу тебя медленно, а потом примусь за твою дочурку. Поняла?

Боль накатывала волнами, и Хейди рисковала потерять сознание. Кунц приставил дуло пистолета к другому колену:

– До вас дошло, миссис Данн?

Она кивнула.

– Жуть какая-то. Давайте начнем заново. Как назывался ресторан?