Петля - Сергей Павлович Бакшеев

Пока Груздев пил чай, Петелина пролистала показания полицейских, прибывших к лимузину первыми, и протокол допроса свидетеля.

Груздев заметил собственную подпись и подтвердил:

— Я уже все рассказал, честно. Я простой водитель, а мне задают такие вопросы, будто я замешан в этом кошмаре.

— Я вам верю, Иван Ильич.

— Отпустите. Не спал, давление подскочило.

— Вы хотите домой, а мы должны найти убийцу. Это и в ваших интересах. Поймите, здесь вы в безопасности, а дома я это не гарантирую.

Петелина убедительно посмотрела на Груздева. Тот нахмурил лоб, но бессонная ночь не позволяла ему соображать быстро.

Следователю пришлось сказать прямо:

— Вчера вы столкнулись с жестоким убийцей. Это не первое его преступление. Вы утверждаете, что не разглядели его, но если преступник думает иначе? Существует вероятность, большая вероятность, что убийца захочет избавиться от свидетеля.

— Избавиться? — пролепетал Груздев. Такая мысль его посетила впервые.

— Так бывает. И, к сожалению, не редко, — усилила давление Петелина и тут же бросила «спасательный круг»: — Напрягите память и припомните, как он выглядел? Если мы поймаем убийцу, вам не о чем будет беспокоиться.

— Поймаете?

— С вашей помощью, конечно. Первые дни у вашего дома будут дежурить патрульные.

Груздев тяжело вздохнул. Говорил он медленно:

— Мы остановились у ресторана «Гончаров», что в торговых рядах. Ресторан обеспечивает наших клиентов стандартным набором: алкоголь, фрукты, канапе, тарталетки. Был дождь, я не выходил, официант — не клиент, зачем ему помогать.

— Вы утверждаете, что к машине подошел официант? — уточнила Петелина.

— Я видел в боковое зеркало фигуру под большим черным зонтом. Такие в отелях для гостей держат. А кто под ним… — Водитель беспомощно пожал плечами.

— В чем он был одет? Куртку и брюки вы должны были разглядеть.

Груздев потер лоб, силясь вспомнить, но в конце концов помотал головой:

— Нет. Я посмотрел в зеркало, когда уже открылась дверца. Она широкая, человек стоял за ней, а сверху зонт.

— Что было дальше?

— Зонт исчез, дверца захлопнулась, и я поехал.

— Вас не удивило, что официант сел в машину?

— Понимаете, наша компания называется «Дольче Вита», это означает…

— Я знаю перевод.

— Так вот, наши клиенты иногда заказывают эскорт-услуги. Вчерашний клиент был один, я подумал, к нему подсела девушка.

— Вы уверены, что это была девушка?

Болезненная гримаса перекосила лицо Груздева, он мотнул головой:

— Вначале я предположил, потому что это естественно, но… Разве девушка в силах устроить такое?

— Если женщина способна разделать курицу, то и с рукой справится.

— Верно, — закивал головой водитель, окончательно запутавшись.

— Иван Ильич, сосредоточьтесь и попробуйте вспомнить: кто, все-таки, сел в машину — мужчина или женщина?

Груздев сжал губы, обхватил голову, но спустя минуту беспомощно опустил руки:

— Вот раньше был порядок — мужик с бабой, парень с девкой, а сейчас — тьфу, глаза б не видели! Я и не смотрю, чем клиенты занимаются. Да пусть хоть… — Он брезгливо пошевелил ладонью, словно отгонял неприятный запах. — Мне на дорогу смотреть надо. Плавный ход и все такое — в этом моя обязанность. У меня сорок лет стажа, кому попало дорогой лимузин не доверят. Спросите у начальства.

Свидетель упомянул о своих достоинствах, как поступают большинство подозреваемых, но вместо ответного комплимента, следователь подчеркнула официальный характер допроса. Елена проверила индикатор на диктофоне, который автоматически включала при любой беседе, связанной с расследованием, и демонстративно положила его между собой и Груздевым:

— Итак, продолжим, Иван Ильич. Около ресторана «Гончаров» неизвестный человек сел в салон вашего автомобиля. Когда он вышел?

— Где-то через час. Место я уже указал на карте.

— Кто вас попросил остановиться? Голос был мужским или женским?

— Не было никакого голоса. Я получил сигнал об остановке, в салоне есть специальная кнопка.

— Что вы в этот раз заметили?

— В том месте узкая улица и нет места для парковки. Я прижался наискосок к обочине и смотрел в левое зеркало, чтобы меня не зацепили.

— А в правое совсем не смотрели?

— Услышал, как дверца закрылась. Подождал немного — и поехал. Вы поймите, я же думал, что клиент девицу снял на час. Время вышло — она упорхнула.

— Не лимузин, а бордель на колесах.

Груздев ответил, словно выругался:

— Дольче Вита.

Петелина задумалась: отпустить шофера или нет? Если бы она руководила следствием, то решение было бы однозначным: выпустить свидетеля под подписку о невыезде. Но сейчас ситуация иная — придется держать отчет перед Куликом, реакцию которого пока ей трудно прогнозировать. Выпустишь — не одобрит. Не даром поручил ей повторный допрос. Вот так всегда: чем выше начальник, тем хуже приходится подследственным.

Елена решила подстраховаться и набрала телефон Миши Устинова:

— Привет, Миша. Освоился на новом месте?

Головастик был явно не в духе. Он отвечал вполголоса, чтобы его не слышали коллеги:

— Новое — это давно забытое старое. Я уже забыл, что бывают такие приборы.

— Давай без ворчания. Шерлок Холмс и без этого работал. Лучше скажи, вы сравнили ДНК Груздева с образцом Живореза?

— Елена Павловна, здесь допотопное оборудование. К вечеру управимся.

Ну что ж, вот и решилась ближайшая судьба важного свидетеля. До вечера с освобождением торопиться не следует.

Петелина вернулась за стол, от которого отошла во время телефонного разговора. Она вспомнила про убийство в Собинке, о котором так красочно поведал Кулик. Пока с Груздева не снято подозрение, она обязана проверить его алиби по предыдущим случаям.

— Иван Ильич, у вас есть личный автомобиль?

— Да, а что?

— В прошлую среду вы не работали. Чем вы занимались в тот вечер?

— Вы на что намекаете? — насторожился водитель.

— Возможно выезжали из Владимира в соседний райцентр? В тот вечер тоже шел дождь.

Груздев отшатнулся на спинку стула, раздул ноздри:

— Я понял к чему вы клоните. Вы сказали, не первый случай.

— Вы были в среду в Собинке? — продолжала давить следователь.

— Баста, теперь без адвоката ничего не скажу. Не дождетесь!

— Тогда вы останетесь здесь. Мы имеем право задержать вас на двое суток.

— Двое суток! — вышел из себя Груздев.

— Здесь вам будет безопаснее. А мы пока проведем обыск в вашей квартире.

— Да что ж это такое…

Петелина покинула кабинет и объяснила местному следователю свое решение. Тот одобрительно кивал, а Елену мучили угрызения совести. Так всегда: очаровать, пообещать, вселить надежду, однако выполнение обещаний зависит не от ее воли, а от интересов следствия. Дерьмовая работенка.

Она вышла на свежий воздух. После неудачного допроса ей не терпелось заняться чем-то другим. Она понимала, что расстраиваться глупо, следствие — это не прямая дорожка к цели и не метания в