Ничто не вечно под луной - Галина Владимировна Романова

— Телефон?! — фальцетом закричал он, бросаясь ничком на кожаный диван.

— Нет-нет, — она поспешила его успокоить. — У меня была сестра. Есть новости…

— Зайди.

Та вошла, неся на подносе дымящийся кофейник, пару чашечек и тарелку с бисквитом.

Без лишних слов поставила все это на стол, разлила кофе по чашкам и, присев в кресло, загадочно произнесла:

— У тебя есть выход…

— Оставь, дорогая, — отмахнулся он от нее, словно от назойливой мухи, и протянул руку. — Дай кофе.

— Леночка забегала ко мне после смены. На ней лица не было, — не обращая внимания на его сморщенное, словно от зубной боли, лицо, продолжила между тем она. — У них ЧП…

Сергей Олегович отхлебнул из предложенной чашки, опустил лицо и молча кивнул, предлагая ей продолжать. Ему было хорошо известно, что Леночка, родная сестра его супруги, работала сиделкой в больнице. Сколько раз он пытался ее трудоустроить попрестижнее, но та стояла на своем. Несколько месяцев назад она как-то обмолвилась, что ей поручено ухаживать за новым пациентом, очень влиятельным человеком их города. Он тогда мало обращал внимания на все сплетни, будучи по уши поглощенным работой. Но после случившегося с Виктором начал живо всем интересоваться. Так вот Он узнал тогда, что Леночка ухаживает за не кем иным, как хозяином конкурирующей фирмы. Небезынтересной ему показалась и та информация, что Алевтина, проходящая подозреваемой по делу об этом страшном убийстве, частенько навещает своего наставника. Они подолгу разговаривают, совещаются и что-то решают. Конечно же, подслушивать Леночка отказалась наотрез, но вот сообщать об остальных его посетителях не сочла аморальным.

— Так что там стряслось? — поторопил он супругу, слишком уж затянувшую вступительную часть.

— Он умер! — торжественно изрекла она.

— Кто?! — подскочил Сергей Олегович и расплескал себе на колени горячий кофе. — О черт! Кто умер?!

— Ее пациент! Этот Иван, не знаю как его там. Ну тот, что так тебя интересовал.

— Как умер?! Он же поправлялся! Ленка сама говорила, что еще неделя-другая — и он выпишется! — Он погрузился в размышления и через несколько минут поднял на супругу просветленные глаза. — Думаю, что это не все новости, припасенные тобой…

— Да, — она понизила голос почти до шепота и, озираясь по сторонам, словно их кто-то мог подслушать в собственной квартире, продолжила:

— Ленка говорит, что вскрытие показало странные вещи… Удушье…

— А это с его болезнью не вяжется?!

— Вроде нет. Эта его девка была там спустя минут десять после смерти. Кричала на них. Ленкин главный трусит и приказал всем держать язык за зубами. Мол, престиж клиники пострадает и все такое. Пусть все думают, что старик умер своей смертью. А Ленке страшно!..

— Почему? — быстро среагировал Сергей Олегович.

— Она видела убийцу… — Тут уж его супруга совсем осипла. — Она сказала, что видела рыжего парня, но это не он! После него был еще кто-то. Она видела его спину.

— И?!

— По описаниям он очень похож на эту мразь — Широухова… — Жена прокашлялась, прочищая горло, и с надеждой спросила:

— Как ты думаешь, это сможет нам помочь?

Сергей Олегович задумался. Он, конечно же, ни минуты не верил в то, что Генка сам решится среди бела дня совершить подобное, не такой он идиот, чтобы идти на риск в больнице, полной больных и персонала. Даже если это кто-то из его людей, то почерк непонятный. Сильно уж отличается от прежних его деяний…

История казалась все больше и больше занимательной. Ведь та сумасшедшая баба предлагала ему принести в жертву мести совсем другого человека. При чем же здесь Иван?

Кому понадобилась его смерть? Может быть, некто, остающийся до времени в тени, очень усиленно сталкивает конкурентов лбами с тем, чтобы развязать войну? Если они начнут убивать друг друга, то со временем сфера влияния будет утрачена как одними, так и другими, и город будет почти чист…

Почувствовав, что после недельного торможения к нему возвращается способность мыслить и анализировать, Сергей Олегович заметно повеселел. Сделав знак супруге выйти, он подскочил к столу. Включил компьютер и, набрав пароль, открыл совершенно чистый файл. Недолго подумав, он застучал клавишами клавиатуры, и вскоре белое поле первой страницы перечеркнул заголовок:

«НЕКТО».

Утро понедельника выдалось на редкость плодотворным. Аля не успевала отвечать на телефонные звонки. То один, то другой партнер звонил с тем, чтобы выразить соболезнование и принести извинения за отсутствие на похоронах Ивана. Следом начинались интересные разговоры. Поначалу, утомленная предыдущим днем, она не сразу поняла подтекст этих туманных речей. Но опрокинув в себя пару чашек наикрепчайшего кофе, смогла наконец сосредоточиться.

Господи, боже мой! Каждый второй начинал с придыханием в голосе восторгаться их долгосрочным деловым партнерством. Предлагал новые, далеко идущие перспективные планы. Наговорили кучу комплиментов ей, как умелому руководителю. И как завершение — просьба забыть о трудностях и трениях, возникших когда-то между ними. Один до того договорился, что пообещал уволить секретаршу, якобы по ошибке отправившую факс о прекращении договорных обязательств, предназначенный другой фирме.

Алевтина едва не скрипела зубами, соглашаясь с ними и принимая весь это словесный мусор. Мерзавцы! Они что, все с ума посходили?! Действительно думают, что она убирает все препятствия на своем пути, будь то строптивый конкурент или неугодный партнер?!

— Не бери в голову, — отечески посоветовал Скоропупов, когда она разрыдалась ему в телефонную трубку. — Пусть думают, что хотят. Главное сейчас другое…

— Что? — всхлипнула Аля и утерла глаза концом черного шарфа, накинутого на плечи.

— Уберечь тебя от беды, девочка моя.

Я по-настоящему боюсь. Кстати, почему не было на похоронах этой женщины, Веры, кажется?

— Я не знаю. Такое ощущение, что она избегает встречи со мной. Телефон не отвечает.

Окна плотно завешены. На двери замок.

— Не могла она с муженьком быть в сговоре?

— С которым? — выпалила, не подумав, Аля и от неожиданно посетившей ее мысли вдруг похолодела. — Слушай, Валентин Иванович, а ты не допускаешь такой возможности…

— Что они с Сенькой мстят тебе за что-то свое, потаенное?

— Д-да, наверное… — промямлила она, почувствовав легкое раздражение от того, что он не понял ее. — Действительно, слишком много совпадений: что ни место преступления, то его рыжая башка там светится.

— Тихо-тихо-тихо. Остановись. — Скоропупов легонько рассмеялся:

— Давай, Пинкертоном буду я?

— Давай. А кем буду я?