Любовное зелье колдуна-болтуна - Дарья Донцова

— Я стер ее, — поморщился Иван. — Идиотство полное! Тупое издание. Мне предложили каждые пятнадцать минут делать упражнение «Разбей проблему».

— Любопытно, — заинтересовалась я, — впервые о нем слышу.

— Безвольные люди начинают безудержно жрать конфеты, — мирным тоном стал объяснять шеф, — или пытаются скандалить, придираются к окружающим, злятся. И тогда им предписывается принять позу «спокойствие». Сейчас покажу.

Иван поджал одну ногу, развел руки в стороны, закрыл глаза и загудел:

— Я расслаблен… Мне хорошо, тепло… С неба льется солнечный свет, он окутывает тело… Оммм…

Шеф пошатнулся, я кинулась к нему и помогла устоять на ногах.

— И так каждую четверть часа, читая мантру, представляешь? — заорал Тарасов. — Мне ни разу не удалось договорить текст до конца, я равновесие терял. Зачем дурацкая, тупая, отвратительная, мерзкая, идиотская книжонка велит совершать дурацкое, тупое, отвратительное, мерзкое, кретинское упражнение? Отвечай!

— Ты ужинал? — спросила я.

— Нет! — гаркнул Иван. — Купил бутерброд, так он оказался с табачным маслом. Кто мог додуматься ароматизировать продукты никотином, а? Отвечай!

Я улыбнулась.

— Давай попьем вместе чаю, поедим, поболтаем. Помнишь, как мы проводили вечера, когда были мужем и женой по легенде?

На лице Ивана Никифоровича появилось обычное приветливое выражение.

— Хорошая идея! Куда пойдем?

— Попросим еду в номер, — прощебетала я и схватила телефонную трубку.

— Что ты заказала? — спросил Иван, садясь в кресло, накрытое накидкой из ковровой ткани.

— У них нет выбора, — ответила я. — Зато ужин и завтрак входят в стоимость номера. Извини, я оставлю тебя на пять минут, руки помою.

— Конечно, — кивнул шеф и закрыл глаза.

Я схватила сумку и ринулась в санузел.

Осматривать ванную комнату времени не было, но краем глаза я заметила, что умывальник эмалированный, а краны точь-в?точь как те, что были когда-то в моей школе, — круглые, белые, с надписью «хол.» и «гор.».

Руки мыть я не собиралась, вытащила полученный от аптекаря «Антиникотиновый набор» и принялась его изучать. Первым попался пакет с надписью «Свечи, облегчающие отвыкание от курения. Быстро тают, имеют приятный аромат ванили». Я вскрыла упаковку и увидела десять штук белых столбиков чуть меньше обычных свечек. Из их заостренных концов не торчало ничего похожего на фитиль, наверное, это новомодный вариант, который горит безо всяких веревок. Я понюхала одну свечку, от нее действительно веяло ароматом кондитерской специи. Так, если я зажгу ее, шеф ничего дурного не заподозрит, многие женщины обожают живой огонь. Отлично. Что там еще?

Я вытащила сверток с этикеткой «Штоки со вкусом перца. Избавляют от агрессивности, вспышек ярости, успокаивают, обеспечивают хороший сон». Ну просто то, что доктор прописал! В свертке из плотной бумаги оказалось нечто, смахивающее на сладкую соломку: темно-коричневые твердые круглые палочки. Я осторожно отгрызла от одной небольшой кусочек и тщательно его разжевала. Вкус перца ощущался слабо, еда была пропитана каким-то растительным маслом. Никогда не пробовала ничего подобного, но слопать можно. Надеюсь, мне удастся убедить Ивана схарчить пару этих штоков. Интересно, почему они так называются?

Неожиданно в ушах зазвенел сердитый голос моей учительницы немецкого языка Ядвиги Стефановны:

— Сергеева, ленивее тебя только мыши в подвале! Опять не выполнила задание! Останешься после уроков и напишешь сто раз слово «шток». Для твоего сведения, «шток» — это палка. И нечего губы кривить, не вздумай плакать. Потом, во взрослой жизни, спасибо мне скажешь за то, что я безалаберную девчонку заставила существительное «шток» выучить. Оно тебе в жизни понадобится.

Спасибо, Ядвига Стефановна, наконец-то мне пригодился ваш урок! Пусть кто-нибудь теперь объяснит, по какой причине товар, который, если верить информации на упаковке, производит Нижнебаландинский комбинат химической промышленности, носит название «шток». Почему не написать просто: «Палочки со вкусом перца»? Мы ведь живем в России!

Танюша, не отвлекайся, сейчас принесут ужин, нужно быть во всеоружии. Что еще есть в наборе? Ага, пластиковая бутылочка с надписью «Соль Живительная. Используйте по мере необходимости». Ну с этой специей просто, ее надо подсыпать в еду. А еще у меня есть ириски, предложу их Ивану на десерт.

Навесив на лицо улыбку, я выскочила из ванной, и в ту же секунду раздался стук в дверь.

— Кто там? — спросил Иван.

— Ужин, — ответили из коридора.

Босс вскочил с кресла и открыл створку.

— Добрый вечер, товарищи и самураи, — произнес одетый в черный фрак мужчина, — ваша вечерняя трапеза доставлена. Где желаете ее сервировать? Здесь или в номере «Япония»?

— Тут, — ответила я.

— Предполагаете вкушать еду за столом или в постели? — продолжал официант. — В ванной?

— За столом, — выпалила я.

Лакей исчез в коридоре.

— А где еда? — заморгал Иван.

Из коридора донесся грохот и тихий вскрик. Мы с шефом бросились на звук. Мужчина во фраке держал в одной руке складной столик, а в другой поднос с тарелками, накрытыми никелированными крышками, рядом стояла каталка.

— Прошу меня извинить, — загудел официант, — я палец прищемил. Сейчас разложу обеденную мебель, которая вносится в номер «СССР» для подачи еды.

— Просто вкатите тележку, — попросила я.

— Вы уверены? — удивился работник ресторана.

— Да, — кивнула я. — Запаркуйте ее между креслами.

— Как пожелаете, — согласился лакей, прислонил стол к стене, поставил поднос на каталку и ловко втолкнул ее в мой номер. — Плиз! Ужин для дамы из «СССР»…

Парень сделал многозначительную паузу и поднял крышку одной тарелки.

— Сосиски с зеленым горошком. А также по два куска белого и черного хлеба, порция сливочного масла, чай грузинский тридцать восьмой номер с сахаром, булочка с корицей.

— Обалдеть! — выпалила я.

— Вы сразу заметили фишку, — улыбнулся официант, — а ведь не все ее распознают. Мы скрупулезно придерживаемся концепции номера, еда соответствует эпохе и стране. Ужин у вас прямо как в СССР. И обратите внимание на столовые приборы.

— Гнутые алюминиевые вилки, чайные ложки и никакого ножа, — усмехнулась я, — сосиски придется рвать зубами, а горошек закатывать на вилку пальцем или корочкой хлеба.

— О! Вы забыли! — расстроился официант. — Как в советских столовых можно было получить ножик?

— Его следовало попросить на кассе! — воскликнул Иван.

— Плиз… — расплылся в улыбке лакей и протянул мне нож. — Мы за аутентичность. А для вас, самурай, традиционный ужин японца.