Грабеж – дело тонкое - Вячеслав Денисов

Два дня Струге наблюдал, как из соседней квартиры съезжает Витя со Светкой и въезжает новая семья. Новый жилец оказался с невероятно активной жизненной позицией. Это и неудивительно, так как новый сосед Антона Павловича в поте лица трудился на поприще защиты права. Не успев въехать, он решил сразу расставить все точки над «i»: набрав полные карманы визиток, пошел по квартирам. Стучался в каждую дверь и, когда на пороге возникали хмурые хозяева, говорил:

– Здравствуйте, я ваш новый сосед, адвокат Терновской юридической адвокатской конторы Игорь Олегович Савойский. В минуты, когда вам покажется, что ваши права безжалостно попираются властями или судейским произволом, обращайтесь ко мне. Наши ставки невелики, а качество работы отменно. Очень многих людей мне удалось уберечь от милицейского беспредела, и в Иркутске знали меня как грамотного юриста. В любое время дня и ночи я к вашим услугам, поэтому можете не стесняться. Кстати, ничего страшного, если мы тут недельку молоточком постучим? Евроремонт – вещь трудоемкая и длительная, но я думаю, за неделю моя бригада управится.

Появился он и у Струге. Антон как раз заканчивал ужин и, услышав звонок, направился к двери щелкать замками. С минуты на минуту должен был прийти Пащенко, и именно его ожидал увидеть в дверях Струге, а не этого типа в очках с золотой оправой и белой рубашке. Именно потому, что Струге ждал Вадима, а не нового соседа, он вышел открывать дверь в майке-безрукавке, старательно пережевывая котлету. Он ее только что засунул в рот, поэтому, увидев незнакомого человека, постарался проглотить как можно незаметнее для гостя. Адвокат, скосив взгляд на наколку – «Голова тигра» и малопонятная аббревиатура «ПВ», растолковал ситуацию неверно и выпалил:

– Я адвокат Савойский. Если в суде защита нужна будет, я живу рядом. Или же менты хамить начнут. И тех и других в стойло мы поставим быстро.

Антон Павлович качнул головой:

– Базара нет. Только до этого момента я почему-то ничего не слышал об адвокате по фамилии Савойский.

– Ну, я работаю по сложным делам, – пояснил мэтр. – Бытовые распри – не моя стихия. Впрочем, есть еще одно объяснение. В Тернове я всего полгода. Но определенным авторитетом уже пользуюсь.

– Правда? А каким таким – определенным?

Вдаваться в подробности правозащитник не стал, а Струге и не настаивал. Савойский лишь отметил, что, несмотря на занятость в работе среди высокооплачиваемых клиентов, он всегда готов помочь людям, живущим рядом. Заодно пожаловался на проблемы, с которыми постоянно приходится сталкиваться грамотному правозащитнику в процессах, ведомых безграмотными судьями.

– Знаете, сейчас в судах стало хуже, чем было раньше...

– Это точно, – перебил Струге.

– Вы не дослушали, – по-адвокатски тактично перебил сосед. – Сейчас судьи вслух запрашивают такие суммы, какие раньше боялись называть даже про себя. Работа адвоката осложняется, потому что не каждый клиент в состоянии удовлетворить запросы того или иного судьи. Для многих проще сесть, нежели расстаться с огромной суммой. Однако я умею убеждать.

– Кого?

– Судей, конечно, – быстро ответил адвокат, подумав о том, что этот татуированный малый не промах. – Одним словом, моя дверь рядом. Стоит только постучать.

– Я обязательно постучу, – пообещал Струге. – Потом. Слушай, юрист, ты куда моего корешка Витю переселил?

О Вите адвокат знал, но только лишь как о старом хозяине квартиры. Юшкин со Светкой съехали вчера, а новый квартиросъемщик въехал сегодня. Впрочем, Струге это было безразлично. Новый адрес ему дважды назвал сам Юшкин, а сейчас этот же адрес прозвучал снова. Банальная перепроверка. Въедливые привычки бывшего следователя прокуратуры в урну не выкинешь.

Услышав в третий раз подряд один и тот же адрес, Антон успокоился. В настоящее время Юшкин пребывал в пятидесятой квартире дома восемнадцать по проспекту Ломоносова. Не самое худшее место в городе, однако, если учесть, что Витя из двухкомнатной переехал в однокомнатную, поведение адвоката понятно. Дом Струге – почти в центре города, и его месторасположение ничуть не хуже, чем новый адрес Вити.

– Сашенька, я пойду с Рольфом часок погуляю! – крикнул Антон в спальную и вынул из шкафа свитер.

Пятидесятый дом он нашел очень быстро. Поднявшись с псом на пятый этаж, он уверенно подошел к металлической двери и нажал кнопку. В том, что Витя дома, он был уверен. Однако Антону Павловичу нужен был не сам Юшкин, а его блудная дочь. Услышав легкие шаги, он догадался, что Светка уже вернулась с «ночной» и сейчас наводит дома порядок. Скарба было немного, однако помощник из Вити плохой – в последний раз Антон видел его трезвым лет пять назад.

– Антон Павлович?..

Девчонка настолько опешила, что шагнула назад.

– Я могу поговорить с тобой, Света? – Услышать отказ он и не рассчитывал. – Где отец?

– В магазине, – ответила девушка, распахивая дверь в комнату. – Где ему еще быть?

– А ты пробовала не давать ему денег?

– Да какие там деньги! – Девчонка махнула рукой. – Что я там зарабатываю, в больничке?

– Брось. – Распахнув форточку, Струге показал овчарке ее место в углу комнаты. – Перестань, Света. Мне очень хорошо известно, чем ты зарабатываешь на спаивание своего отца. Он ведь бьет тебя, когда трезв, не так ли? Когда он не выпьет, его начинают одолевать бесы, он приходит в ярость, хватается то за сердце, то за ремень. Или он что-то другое использует вместо ремня?

– Кто вам наговорил? Я работаю в больнице, сестрой. – В ее поведении, несмотря на возраст, очень хорошо угадывались повадки взрослой путаны. – А днем учусь.

– Послушай, девочка... – Закурив, Антон поморщился. За пять лет работы в прокуратуре и десять лет службы судьей он никак не мог научиться спокойно относиться ко лжи. – Когда я получил для расследования свое первое уголовное дело, ты еще лежала на столе, обвалянная в тальке, как тефтель в муке. И если я говорю, что ты занимаешься проституцией, то так оно и есть! Не оскорбляй мой разум! Я хочу вам помочь. Эпизод похищения у вас денег – лишь промежуточный эпизод, аналогичный тому, который меня интересует. Таким образом, нетрудно догадаться, что если я обнаружу похитителя по своему случаю, то он ответит и за ваши деньги. И наоборот. Коли я выйду на его след благодаря вам, то выполню задачу, которая стояла передо мной еще до того момента, как твоему отцу-алкашу разбили голову. Это тебе понятно? Только не хлопай опять ресницами и не закрывай стыдливым жестом лицо! Ты проститутка, и мы оба это знаем! Ты что, думаешь, я пришел, чтобы работу на фабрике тебе предложить? Черта с два! Я пришел тебя использовать! Но только не так, как ты позволяешь с собой это делать! Света слишком взрослый человек, не обычный, к моему великому сожалению. Поэтому я и разговариваю с ней так, словно ей тридцать, а не двадцать! И Света, если хочет вернуть свои деньги, должна мне помочь! Это ясно?