Отель на краю ночи - Евгения Грановская

— Дай! — отчетливо проговорило чудовище визгливым старческим голосом и протянуло к Насте и Дане руки. — Дай!

В ту же секунду ноги Насти и Данила оторвались от пола. Дверь захлопнулась, на них снова навалилась тьма, кто-то потащил их по темному коридору. Данил не оставлял попыток вырваться, а Настя, совсем выбившись из сил, смирилась с неизбежной смертью и затихла.

12

Соленый морской ветер швырнул Насте в лицо россыпь холодных дождевых капель, и хриплый голос произнес:

— Только, пожалуйста, не кричите.

Настя и Данил отскочили в стороны и, выставив перед собой руки, уставились на призрака.

Призрак же повел себя странно. Он медленно уселся на бордюр тротуара, вставил в рот сигарету и чиркнул зажигалкой. Фонарь над головой горел тускло, но огонек пламени высветил худощавое лицо.

Запах табачного дыма, долетевший до ноздрей Насти, заставил ее слегка успокоиться.

— Не узнаете меня? — спросил мужчина, дымя сигаретой.

— Вы? — удивленно проговорила Настя.

А Данил, подавшись вперед, выпалил:

— Вы один из постояльцев. Я вас видел.

— Совершенно верно, — кивнул мужчина. — Меня зовут Егор Коренев. Можно просто дядя Егор. А теперь будьте так добры, расскажите, что вы делали в парке ночью?

— Мы… — начала было Настя, усиленно соображая, какая ложь может показаться наиболее правдоподобной, но Данил ее перебил.

— Сначала сами скажите, что вы делали! — потребовал он у Коренева.

Егор усмехнулся.

— Меня мучила бессонница, — спокойно сказал он. — Я решил прогуляться вокруг отеля. На улице услышал ваши голоса. Мне это показалось странным, и я решил выяснить, не нужна ли вам моя помощь.

Настя и Данил переглянулись. Данил пожал плечами. Настя прищурила глаза и перевела взгляд на Коренева.

— Звучит складно, — сказала она.

Коренев затянулся сигаретой и выпустил облако сизого дыма.

— Может, зайдете под навес? — предложил он. — Дождь усиливается.

Настя откинула со лба влажную прядь и поежилась.

— Нет, — сказала она. — Нам и здесь хорошо.

Егор поднялся с бордюра. Данил тотчас заслонил собою Настю и сунул руку в карман джинсов.

— Предупреждаю: у меня в кармане нож, — угрюмо сказал он.

— И наши родители знают, куда мы пошли! — добавила Настя.

Коренев несколько секунд разглядывал их хмурые лица, затем произнес:

— Я уже сказал, что пришел сюда, чтобы помочь вам. Но сейчас вижу, что вы смелые ребята и нуждаетесь в моей помощи не больше, чем в стакане кипяченого молока.

Несколько секунд все трое молчали.

— Вы знаете, что там было? — тихо спросил Данил.

— В подвале? — уточнил Коренев.

Мальчик кивнул:

— Да. Это был человек?

— Разумеется. Это тетка хозяина отеля. Ее зовут Лидия Петровна Грач. Служащие называют ее Грачихой.

— Почему она такая? — дрогнувшим от жалости и брезгливости голосом спросила Настя.

Коренев вынул изо рта сигарету и ответил:

— Она больна.

— А почему хозяин отеля держит ее в подвале?

Коренев пожал плечами:

— Возможно, ей необходим сырой воздух. Такое бывает при бронхиальной астме и некоторых других болезнях. Грач спускается к ней несколько раз в день, но наверх она не поднимается.

— Он ее прячет? — спросил Данил осипшим от ужаса голосом.

— Похоже на то. Думаю, не хочет пугать постояльцев.

— Его можно понять, — заметила Настя, подрагивая от влажного ветра. — Послушайте, мы вовсе не хотели ее напугать. А в подвал полезли из любопытства.

— Ясно, — кивнул Егор. — Не стоит больше так делать. Этот отель — довольно странное и небезопасное место.

Дождь усилился. Небо озарила молния. По обложенному тучами небосклону прокатились раскаты грома, и вскоре дождь из моросящего перешел в проливной.

— Ребята, зайдите под навес, иначе простудитесь.

Данил поднял голову и посмотрел на Настю, та кивнула. Они зашли под навес, но рядом с Егором не встали, предпочитая держаться на расстоянии.

Ночь была темная. По жестяному козырьку навеса стучали дождевые капли. Со стороны моря долетал мерный шум прибоя. Площадка перед главным входом «Медузы» освещалась фонарями, однако дальше побережье тонуло во тьме.

Со стороны леса донесся вой. Несколько секунд все трое слушали молча. Первым молчание нарушил Данил.

— Собака, — сказал он.

— Да, — Егор выпустил облако дыма и прищурился.

— Наверное, бродячая, — предположил Данил.

— Наверное.

Вой повторился. На этот раз он прозвучал еще протяжнее и тягостнее. Настя почувствовала, что дрожит.

— Можно нам вернуться в отель? — спросила она, стараясь унять дрожь.

— Да, конечно.

Данил посмотрел на Настю и, чуть поколебавшись, взял ее за руку.

— А вы не пойдете? — спросил он Коренева.

— Я еще немного пройдусь, — ответил тот.

— Тогда… спокойной ночи?

— Угу, — кивнул Коренев.

Дети повернулись и зашагали к двери. Егор, дымя сигаретой, пристально смотрел им вслед, пока они не зашли в здание. Затем повернулся и вперил взгляд во тьму, за которой скрывалась береговая полоса. Докурив сигарету почти до фильтра, бросил окурок в урну, после чего поднял голову и осторожно втянул ноздрями воздух.

И снова со стороны леса донеслось завывание, и от этого звука по коже Егора пробежал мороз. Источник воя переместился, теперь он приблизился.

Коренев выпрямился, слегка размял ноги и двинулся к отелю.

В тот момент, когда он взялся за дверную ручку, из куста магнолии высунулась мокрая, покрытая клочковатой шерстью собачья морда. Два черных, пылающих адским огнем глаза злобно посмотрели Кореневу вслед.

13

Балога широко улыбнулся, и его крысиная мордочка стала еще противнее.

— Признаться, я был немного удивлен, когда вы выразили желание со мной познакомиться. Я сейчас немного не в форме. Пару часов назад мы с приятелем крепко выпили… Ну, вы ведь знаете, как это бывает. Познакомились за бильярдом. Слово за слово… В общем, я немного перебрал. А двадцать минут назад меня разбудил звонок Портье сказал, что для меня в ресторане заказан ужин. Думаю, это Крушилин постарался. Очень экстравагантный тип. Проиграл мне триста долларов и даже глазом не моргнул. Я бы не спустился, но ведь ужин уже был заказан. Ну, я принял пару таблеток баралгина, умылся холодной водой и…