Божья кара - Юлия Алейникова

– Вот. Делаешь вид, что раздеваешься, а сама канючишь: «А это не страшно, а шприц большой?» – и каждый раз выглядываешь из-за ширмы. Такое поведение подозрений не вызовет, – уверенно проговорила Вика. – У меня иногда взрослые рожавшие тетки на процедурах как маленькие себя ведут. А когда увидишь, что ампула стоит на столе, или шприц заправленный, нам это все равно, хотя ампула предпочтительнее, хватаешь и бежишь.

– А если она следом? А если она охрану вызовет? – никак не желала успокаиваться Женька.

– Слушай, ну что ты боишься? Ты заберешь оплаченную тобою ампулу, это даже не кража, – успокаивающе махнула рукой Вика.

– Да, а кто знает, что я ее оплатила? Я же не через кассу уколы оплачиваю, а прямо ей в руки, – продолжала упрямиться Женя.

– Тем более. Кто докажет, что это ее ампула, а не твоя? – выдвинула новый довод Вика.

– А вот это элементарно. Она знает, что это за лекарство, а я нет, – засовывая руки в карманы, буркнула Женя, категорически не желая идти на преступление.

– А знаете что, Евгения Викторовна, – вдруг холодно заговорила Виктория. – Не надо вам туда ходить. И ампулу воровать не надо. И кстати, Васильеву разоблачать тоже. Пускай она и дальше народ калечит. А то, что вы передачу не подготовите, так это и вовсе никто не заметит, кроме вашего начальства. Так что приятно было познакомиться, до свидания. – И Виктория, кивнув, на полном серьезе собралась уходить.

– Стой! – Желание вредничать и ломаться тут же пропало. Женька ухватила Викторию под руку и повлекла к дверям злополучной клиники.

Такие аргументы, как провал передачи, оказались куда более действенными, чем упоминание о возможных будущих жертвах Васильевой. Все-таки в каждом из нас в экстремальной ситуации эгоизм и желание спасти собственную шкурку перевешивают все добрые начала, с сожалением отметила Женя. А если не перевешивают, то ты либо герой, либо святой. Довольно простенький тест получился. Оказывается, проверить себя на вшивость не так уж и сложно. А вслух проговорила:

– Значит, так, пробивай талон к любому врачу, все они сидят на верхних этажах. Из регистратуры никто и не увидит, куда ты пошла. Сядешь в другом конце коридора на втором этаже и жди. А я пойду жизнью и свободой рисковать, – с ноткой самоотречения закончила Женя.

– Так-то лучше, – усмехнулась Вика и освободилась от дружеских объятий.

Женька шла, сосредоточенно нахмурив брови, и проигрывала в голове предполагаемый сценарий. Вот Васильева достает ампулу, вот Женька выскакивает из-за ширмы, хватает пузырек и бежит с ним по клинике, как полная законченная дура. За ней мчится Васильева и кричит: «Держи вора!» Охранники хватают Женьку, она передает ампулу Виктории, та убегает. Картина, полная абсурда.

– Просто комедия Гайдая! – категорично покачала головой Женя, не желающая участвовать в этом фарсе. К тому же она вообще не была склонна к воровству. Даже в школе, когда ее одноклассники ради острых ощущений и забавы крали в магазинах жвачки, шоколадки и прочую ерунду, Женя в этих проказах никогда не участвовала, осуждая их в душе. Да и вообще, как говорил Остап Бендер, кража – это вульгарно. Надо придумать более тонкий, изящный и неочевидный способ овладения ампулой.

– Вика, подожди, – остановилась Женя перед самой дверью клиники.

– Ну что еще? – снисходительно-устало спросила Ганелина.

– Все это глупость. Надо действовать иначе, – решительно проговорила Женя.

– Женя… – начала снова давить на нее Ганелина, но Женька не дала ей закончить.

– Ты думаешь, Васильева не насторожится, когда я украду у нее ампулу? А еще я накануне карточку свою из клиники забрала, и она об этом наверняка знает. Ты считаешь, это то, что нам нужно? – проявляя не свойственную ей ранее, какую-то «взрослую» рассудительность, спросила Женя.

– Нет, – тут же сникла Вика. – А что делать будем?

– Я пойду к ней на прием, и когда дело дойдет до укола, наберу тебя. Ты заглянешь в кабинет и что-нибудь у нее спросишь. И будешь отвлекать ее до тех пор, пока я незаметно не стяну ампулу. Потом выйдешь и сразу же наберешь меня, – наставляла Викторию Женя. – Только сразу же. Я делаю вид, что у меня в квартире потоп, и с воплями и извинениями выбегаю из кабинета. Если у Васильевой и возникнут смутные подозрения, наверняка она знать ничего не будет.

– Ты права, – серьезно глядя на Женю, кивнула Вика. – Ты молодец, я бы не сообразила.

В клинику они вошли порознь. Сперва Вика, потом Женя.

Сегодня Женя впервые столкнулась в дверях кабинета доктора Васильевой с другой пациенткой. До сих пор ей казалось, что, кроме нее, Жени, к Васильевой сейчас никто больше на приемы не ходит. Хотя предположение это, конечно же, было более чем глупым. Женя лишь мельком успела взглянуть на девушку, но по какому-то особенному глуповато-счастливому выражению ее лица сразу же почему-то уверилась, что та беременна. Если, конечно, беременна.

Женька замерла на пороге кабинета, держась за ручку двери, а Васильева с доброй светлой улыбкой на лице уже приглашала ее войти в кабинет. Женьке ничего не оставалось, как просигналить Виктории, чтобы та занялась девицей.

– Здравствуйте, Женечка, как ваше самочувствие? – улыбнулась навстречу Жене Галина Борисовна.

– Спасибо, доктор, все нормально, – кивнула Женя, присаживаясь. – В прошлый раз такая глупость получилась, я после вас еще к окулисту ходила и нечаянно карточку домой утащила, – доставая из сумки тоненькую тетрадочку, извинялась Женя.

– Ничего страшного. Главное, что не потеряли, – успокоила ее Васильева. – Ну как муж, посмотрел ваш диагноз? – спросила она, пролистывая карточку.

– Ой! Вот ведь! – изобразила неподдельную растерянность Женя, в которой актерский талант разрастался день ото дня. – Я про карточку только сегодня утром узнала, когда к вам собираться стала и в сумку за ключами полезла! Можно же было ее мужу показать!

– Так он что, так и не согласился на лечение? – не проявляя не малейших признаков беспокойства, спросила Васильева.

– Нет, все в порядке. Все дал, и деньги, и согласие, просто я ему все объяснила, как вы мне. И он успокоился, – беспрестанно кивая в подтверждение собственных слов, рассказывала Женя.

– Ну что ж. Тогда раздевайтесь и проходите на кресло. Вам как удобнее рассчитаться, сразу за весь курс или за каждый сеанс отдельно?

– Думаю, что каждый укол отдельно, – озабоченно проговорила Женя, заглядывая в кошелек, но внимательно следя, чтобы его содержимое не попало на глаза Васильевой. – Кажется, у меня нет с собой всей суммы.

– Ничего страшного. Вы можете рассчитаться, как вам удобно.

Доктор уже встала из-за стола, и, надев одноразовые перчатки, принялась готовиться к уколу. Женя юркнула за ширму и затеребила молнию сапог, не забыв нажать клавишу быстрого вызова на мобильном.

– Извините, доктор, что беспокою, я на секундочку, – тут же хлопнула дверь кабинета, и раздался голос Виктории.