Танцы марионеток - Елена Михалкова

Обе рассмеялись, и разговор перешел на другую тему.

Журналистка просидела у Марты Рудольфовны до самого обеда.Когда она ушла, Юлька заглянула в гостиную и обнаружила старуху, ухмылявшуюся стаким довольным видом, словно она только что испакостила жизнь закоренеломуврагу.

– Садись! – Конецкая кивнула на кресло. –Продолжим делать из тебя красивую женщину.

Юлька послушно села напротив старухи, но та молчала, думалао своем.

– Зачем тебе быть красивой? – наконец спросилаона, и Юлька даже растерялась от такого вопроса.

– То есть как… Ну, знаете, Марта Рудольфовна… Всеженщины мечтают быть красивыми для принца, которого они когда-нибудьвстретят, – попыталась неуклюже отшутиться она.

– Все женщины? – скептически повторилаКонецкая. – Чушь собачья.

– А вы – разве вы не мечтали о принце?

– О принце? Ха-ха! Мечтать о принце могут толькодурочки, у которых слишком много свободного времени и нет объекта дляприложения усилий по выращиванию принца. А у меня не было времени! У меня былиотношения, сплошные отношения – с одним, вторым, третьим! Я скакала из одногоромана в другой с легкостью кузнечика! Мне было не до мечтаний, голубушка. А тызапомни: хотеть быть красивой – нормальное состояние нормальной женщины. Не длякого-то, не почему-то, а просто так, без всякой причины. Если женщина говорит,что не хочет быть красивой, – она врет. Если она действительно не хочетбыть красивой, значит, в ней что-то испортилось.

Конецкая сделала движение рукой, и солнечный луч рассыпалсябликами по столу, отразившись от роскошного кольца на ее пальце.

– Да, а сверху нужно будет подрезать, – сказалаона непонятное.

– Что подрезать?

– Волосы. И, разумеется, покрасить.

Юлька была уверена, что короткая стрижка испортит ееокончательно, но она знала, что возражать ведьме нельзя – заколдует, превратитв лягушку, да не оставит сидеть в пруду на листе кувшинки, дожидаясь принца, аиспользует для французского блюда «лягушачьи лапки в кляре» и с аппетитомсъест.

– В какой цвет? – вздохнув, спросила она. – Вчерный?

– Боже упаси! Тебе стоило бы знать, что черный цветпростит. Из тебя он сделает в лучшем случае продавщицу овощного ларька. Нет,только шоколадный!

Юлька не стала спрашивать, что получится из нее в худшем случае,и лишь поинтересовалась:

– А стрижку какую?

– Все сбрить. Начисто.

Конечно, сбривать ничего не пришлось. Марта пошутила. НоЮлька поймала себя на том, что какое-то время всерьез представляла, как онабудет выглядеть лысой, и эта фантазия не вызвала у нее того ужаса, которыйнастиг бы ее еще пару месяцев назад при мысли, что придется побриться.

Мастера Конецкая вызвала к себе домой. Приехала пигалицамладше Юльки с короткими белыми волосами, стоящими ежиком, и веселым скуластымлицом, с шутками и прибаутками посадила ее перед зеркалом и состригла жалкиесерые прядки, напевая что-то себе под нос.

Потом Юльку красили, сушили, что-то втирали в волосы и сновасушили… И когда в конце концов она взглянула на себя в зеркало, то ахнула иуставилась на девчонку, не понимая, как та сотворила такое чудо.

– Хоть сейчас на выставку, – сказала пигалица иупорхнула к Марте Рудольфовне, оставив Юльку разглядывать себя.

Конецкая зашла в комнату спустя несколько минут,остановилась у домработницы за спиной, поджала губы.

– Терпимо, – наконец вынесла она вердикт.

– А по-моему, здорово! – искренне сказала Юлька,вертя коротко остриженной головой. Едва ли не первый раз за много лет ейнравилось свое отражение. Она представила себя принцессой – современной, нопо-сказочному романтичной, – и ей захотелось немедленно надеть то платье,которое они купили с Конецкой.

– Здорово будет, когда в голове содержимогоприбавится, – сухо сообщила та. – И хватит любоваться собой,приберись здесь, и побыстрее! Не хватало мне в доме твоих волос…

Напоминание о том, что никакая она не принцесса, а всеголишь прислуга, резануло Юльку. Но девушка овладела собой очень быстро, и даженамека на злость не было в ее голосе, когда она послушно сказала:

– Хорошо, Марта Рудольфовна, сейчас будет сделано.

…На следующий день полил дождь – холодный, весенний. Сергейрассматривал струйки, стекающие по лобовому стеклу, и раздумывал о том, какбыстрее выполнить вторую часть задания.

Накануне он сообщил Тогоеву, что нашел его дочь, и испыталчувство глубокого удовлетворения, услышав, как растерялся Олег Борисович приизвестии о том, у кого обосновалась Юля.

– Не может быть… – пробормотал Тогоев втрубку. – Да они обе свихнулись!

Бабкин это предположение комментировать не стал, лишь спросил,остается ли его задание прежним. Да, сказал Тогоев, ему необходимо выяснить,чем занимается его дочь: работает ли она или живет на полном иждивении старухи.

Поэтому с утра Сергей Бабкин сидел в теплой машине инаблюдал за подъездом. Тогоев еще раз предупредил его о том, что девушка недолжна ни о чем подозревать, а для Бабкина это означало, что расспросы покаисключены.

– Ножками-ножками, глазками-глазками, –пробормотал он под нос старую присказку оперативника, с которым когда-тоработал в одном отделе, и потянулся за термосом с кофе.

Юля вышла около полудня, когда дождь уже закончился. Вследза ней из подъезда выскочила какая-то девчонка, прошлепала по луже в смешныхрезиновых сапогах с нарисованными на них ярко-розовыми бегемотами. Пробегаямимо машины Сергея, она оступилась с бордюра, и брызги долетели до стекла.Бабкин на короткое время отвлекся, а когда обернулся, Сахаровой уже не быловидно.

В первую секунду он испугался, что она незаметно села в однуиз припаркованных возле дома машин, но уже в следующую заметил ее – Юля успеладойти до угла дома и там остановилась, словно бы в нерешительности.

Сергей не раздумывал больше: выбрался из машины и отправилсяза ней. Он видел, что девушка достала телефон, но звонить не стала – посмотрелана экран и убрала его в сумочку. «Проверяет, нет ли сообщений? Пропущенныхвызовов?» – гадал Бабкин, понемногу приближаясь к ней. Но Юля, не оглядываясь,пошла вдоль дома, спустя пару шагов снова нервным движением вытащила телефон изсумки, и тогда он догадался. «Время! Она смотрит на часы…»

В голове его мелькнула мысль, что Сахарова пришла насвидание, но он тут же понял, что ошибается: выглядела девушка, по выражениютетушки Бабкина, затрапезно: куцая курточка с капюшоном от ветра и дождя,торчащий из-под куртки свитер, грубые ботинки на толстой подошве… «Хотя кто ихзнает, современных девушек, в чем они ходят на свидания», – подумалСергей, ощутив себя старым, заплесневелым грибом.