Смерть и дева. Эхо незнакомцев - Глэдис Митчелл

— Невезучим? Почему?

— Ну у него постоянно умирали работники. В конце концов они сделались такими суеверными, что он не мог нанять достаточно рабочих, чтобы Сан-Сабадо нормально функционировал. Все говорили, что у него дурной глаз. Лично я думаю, что не у него, а у его жены.

— У жены?

— У Крит Тидсон. Красивая женщина. Наполовину гречанка.

— Скажите мне, — серьезно проговорила Лора, — не было ли среди работников каких-то слухов о преступлениях?

— Господи боже, нет! Парни умирали по вполне естественным причинам. Девушки тоже. Мы нанимаем очень много женщин. Просто поразительно, сколько могут унести некоторые из островных девушек. Могу вам сказать, что кое-кто из грузчиков Ковент-Гарденского рынка разинул бы рот.

— А ваш мистер Тидсон вообще был странный? — поинтересовалась Лора. — В настоящее время он вроде как под надзором психиатра — я ее секретарь, — и нам интересно, не проявлял ли он когда-либо признаков некоего, скажем так, своеобразия.

— О, старый чудак был совершенно безумный, — весело ответил молодой человек. — Спросите любого на Тенерифе или в Оротаве. Любил лазить по горам, чтобы посмотреть, как из вулканов выпрыгивают духи. Безвреден, как ребенок, конечно, но точно, сумасшедший. Никогда в этом не сомневался.

— Но ничего зловещего? — не отставала Лора.

— Абсолютно. Брал взаймы и не отдавал, что тоже не способствовало его популярности, но люди скоро его раскусили и просто перестали ему хоть сколько давать. На свою жену он потратил целое состояние. Туда-то все денежки и ушли. Я лично не представляю, почему она за него вышла. Просто поразительная красавица, знаете ли. Испанцы называли ее донья Альба.

— Вот и говори о неожиданной удаче! — сказала Лора, когда они с Китти снова очутились на берегу. В ее голосе звучало сожаление. — Это конец нашего отпуска, голубушка. Сегодня днем я изложу то, что узнала, в официальном письме миссис Крок, и она, вероятно, ответит телеграммой, немедленно призывая меня к себе.

Однако миссис Брэдли была слишком хорошей, чтобы так поступить. Она велела Лоре поехать в Озерный край или в Блэкпул вместе с Китти, если она пожелает, и как следует отдохнуть. Она ждет ее, как только та решит вернуться, добавила миссис Брэдли, и не нужно экономить на расходах.

— И как тебе?! — спросила Лора, передавая сообщение Китти.

— А никак, — твердо ответила девушка. — Ты лучше позабудь про озера, Ищейка. Насколько я понимаю, у нас здесь есть работа.

— Например?

— Снова найти этого бананового деятеля и заставить его дать письменные показания.

— Зачем?

— Деловая предосторожность. Знаешь, это как просят внести аванс, когда ты записываешься на укладку.

— Боже, К., не будь такой занудой! Мы летим в Озерный край, как только найдем там пару номеров.

— О, Ищейка, пожалуйста, не надо таких оплошностей. Ты не можешь оставить это все висеть в воздухе. Или ты получаешь доказательства того, что этот человек знает, о чем говорит, или ты здесь зазря. Кроме того, тут в гостиной сидит американка с прической, какой я никогда раньше не видела, и я хочу узнать, как это делается.

— О боже! — простонала Лора. — Хорошо. Я случайно узнала, где он остановился. Он пытался пригласить меня на ужин и упомянул свою гостиницу.

— Это тебя-то он пригласил из всех возможных вариантов?! — рассердилась Китти. — Я выгляжу в сто раз лучше тебя, и, кроме того, я подходящей комплекции.

— Подходящую комплекцию нужно подсластить, — отозвалась Лора, сильная и мускулистая и ростом целых пять футов десять дюймов[36]. — Маленькие мужчины часто предпочитают крупных женщин. И потом, я же сказала тебе, что ты толстеешь, ленивая злючка. Это доказывает мою правоту. Пора тебе поделать какие-нибудь упражнения и отказаться от еды, в которой есть крахмал.

— Хорошо бы, да не получается, — добродушно призналась Китти. — Ну и когда мы навестим этого мормона?

— Завтра, если захочешь. Но я не понимаю, о чем мы можем его спросить. Черт, он сказал нам все, что знает. Не могу же я прийти туда и давить на него. Так не пойдет.

— Будь сама собой, Ищейка. Наверняка ты сможешь что-нибудь придумать! Ты должна заставить его доказать, что он знал этого Тидсона.

— Ну он знал Крит. Это очевидно. И…

— Вероятно, о ней судачили в городе. Наверняка он много слышал о ней. Думаю, что все испанцы на нее западали. Если она действительно такая красивая, как он говорит, то вряд ли мог не слышать о ней, если вообще бывал на Канарах. Но разве это доказывает, что он знал самого мистера Тидсона?

— Ладно, ладно! За ночь я это обдумаю.

Так как Китти знала, что Лора действительно что-нибудь придумает, она почувствовала, что дело можно смело оставить в руках подруги, и не разочаровалась, ибо за завтраком Лора предложила простой и действенный план. Она привела кроткую Китти в гостиницу, где жил молодой человек, и за коктейлем принялась выяснять его мнение на предмет целесообразности посещения Канарских островов ради отдыха.

Он немедленно проявил глубокий интерес и нарисовал им живую и заманчивую картину жизни на островах, а Лора слушала с пристальным вниманием и серьезностью. Затем вдруг сказала:

— Да! Но как мы поймем, что вы вообще жили на Канарах? И еще меньше — что вы вообще знали Тидсонов!

— Доказательство? Но ведь после всего, что я рассказал… — Молодой человек сидел с ошеломленным и немного обиженным видом, а потом начал смеяться. — Послушайте, не знаю, что вы затеяли, но я могу заверить вас, что бедного маленького Тидсона не разыскивает полиция, ничего такого. А что касается того, знаю ли я Тидсонов, я вот что сделаю, если желаете. Я дам вам адрес парня в Лас-Пальмасе, который близко знал их, когда жил на Тенерифе.

Он написал адрес, который Лора позднее переслала миссис Брэдли.

— А теперь, — с огромным удовлетворением произнесла Лора, когда они с Китти распрощались с молодым человеком, — как насчет озер? Или, разумеется, Блэкпула, как предложила миссис Крокодилица. Здесь нас ничто не держит, как только мы ответим на гостеприимство этого нашего шпиона, а это мы можем сделать завтра утром.

— Мне бы хотелось поехать в Уинчестер, — сказала Китти, — если мы там не помешаем. Пожалуйста, напиши миссис Брэдли и спроси у нее. Мне почему-то кажется, что она будет даже рада, если две такие умные особы женского пола пойдут по следу при полном неведении окружающих.

— Ну и ну! — с благоговением воскликнула Лора, пораженная необычайной разумностью, как ей казалось, данного предложения. — Это ты сама придумала? Я умираю, как хочу поехать в Уинчестер, но решила, что тебе и думать об этом противно.

— Конечно, я сама придумала! Понять не могу, Ищейка, почему ты считаешь, что никто, кроме тебя, не может выдать никакую идею! Тебя сочли бы самоуверенной, если б и так уже не знали, что ты такая и есть!