Задержи дыхание - Анна Малышева

– Я тебе поражаюсь! – изумленно выпалила Наташа. – Если он зовет нас всех в гости, значит, не считает чужими! Что с тобой, Макс?! Когда ты плесенью успел порасти?! Тоскливый человек к себе двадцать пять гостей не пригласит! Короче, ничего не желаю слушать! Завтра с утра к тебе приезжаю, оттуда на оптовый рынок, покупаем ящик пива, вино, печенье, конфеты и прочую ерунду. А тазик салата я уже сделала, в холодильнике стоит. Не нарушай традиции!

И конечно, я дал себя уломать, как дал бы всякий нормальный человек, которого избавили от перспективы четыре часа стоять в пробках.

– Два часа тридцать пять минут! – Наташа победно указала на часы в приборной доске своего «Пежо», только что остановившегося у въезда в дачный поселок. – И заметь, я считаю не от МКАД, а от твоего дома. Попробуй, скажи, что это долго!

Если учесть, что все эти два с половиной часа Наташа расписывала прелести и недостатки своей обожаемой и многострадальной машины, дорога не показалась мне слишком короткой, но я благоразумно восхитился водительскими навыками своей спутницы. Та расцвела:

– А знаешь, мой муж считал, что я представляю опасность, когда сажусь за руль. У меня всего-то раз подвеска полетела, когда я наехала на пень в темноте, а он уже составил мнение… Из-за чего, собственно, мы и развелись.

– Из-за пня и подвески? – не поверил я, выбираясь из машины и осматриваясь.

– Из-за его мелочности! Он был… – Наташа захлопнула дверцу, огляделась и, мгновенно забыв своего бывшего мужа, ахнула: – Нет, ты посмотри, в каких местах люди живут! Красота! Вон там что – гора?! Здесь, в Подмосковье?!

Справа действительно виднелся довольно крутой гористый склон, поросший вековыми соснами и елями. Из-за него, с востока, только что выползло солнце, а ведь время шло уже к полудню. Пейзаж был совершенно необычным для Подмосковья и напоминал, скорее, Карпаты. Эту загадку уже через несколько минут объяснил встретивший нас у ворот своего участка хозяин.

– Это не гора! – обернувшись к лесистому склону, тянувшемуся вдоль всего поселка, махнул рукой Костя. – Это склон древнего Московского моря. Мы с вами стоим на дне, а наверху – снова равнина, сплошной лес, до самой Владимирской области.

– Да это просто рай! – решительно заявила Наташа, обозревая обширный участок, заросший малиной, крапивой и одичавшими розами. Построенный под самой горой бревенчатый дом был едва различим из-под плюща, пока еще зеленого, но к августу обещавшего стать кроваво-красным. – Здесь жить и жить… Но ты, я вижу, тут не хозяйничаешь?

– Честно говоря, я сюда несколько лет не ездил, – с запинкой признался Костя. – Вот, подумал, что появился хороший повод все тут возродить, позвал вас…

– Надеюсь, не крапиву полоть?! – кокетливо изобразила испуг Наташа.

Обо мне она забыла, настолько ее поглотил необычный пейзаж, в самом деле, напоминающий если не рай, то какую-то романтическую балладу. Примет времени тут совсем не было, если не считать электропроводов, тянущихся к дому от столба, установленного на ближнем к дороге участке, тоже весьма запущенном. Не было признаков жизни и у других соседей. Справа и слева от Костиного участка виднелись все те же крапива, малина и дикий плющ, увивший молчаливые, почерневшие от дождей и времени бревенчатые дома. Создавалось впечатление, что этот романтический уголок был давно забыт и заброшен. Открытие дачного сезона его явно не коснулось.

Мы приехали первыми, вскоре явились и другие гости. Задымился мангал, вытащенный Костей из сарая, заглянул на огонек сторож, удивленный скоплением машин на дороге и необычным оживлением на участке под горой. От моего внимания не укрылось то, что Костя, едва завидев этого старика со сморщенным, словно мятая газета, лицом, поспешил его выпроводить и объясниться за пределами участка. Я решил, что речь идет о каких-то неоплаченных счетах – за электричество или за ту же охрану, осуществляемую этим древним Цербером. Вернувшись, Костя поднял валявшуюся в густой траве тяжелую цепь и запер ворота изнутри.

– Сейчас соседи пронюхают, что я приехал, потянутся на экскурсию, – пояснил он, поймав мой взгляд и отряхивая руки от ржавчины. – А я ни по кому не соскучился.

Через пару часов подъехали последние опоздавшие гости. Всего в этом году собралось девять человек – треть курса. Думаю, Костя в роли хозяина насторожил не только меня, хотя теперь я видел, что совершенно напрасно в нем сомневался. За прошедшие годы он заметно изменился к лучшему. Костя охотно вступал в беседу, поддерживал шутки, сам рассказал пару анекдотов, неожиданно смешных и незатасканных. Не стоило удивляться тому, что наши девушки, узнав Костю с новой стороны, баловали его повышенным вниманием, будто стремясь компенсировать свое прежнее равнодушие. Наташа – та просто следовала за ним по пятам, лишь время от времени посылая мне странные улыбки, то ли виноватые, то ли заговорщицкие. Наконец я отловил ее в углу участка, под старой отцветшей вишней, и не то в шутку, не то всерьез спросил, чего она добивается от Кости?

– А заметно, будто я чего-то добиваюсь? – уклончиво ответила она, отламывая веточку и впиваясь в нее острыми белыми зубами, следуя своей всегдашней привычке что-то кусать или терзать ногтями. Солнце золотило ее каштановые волосы, разбросанные по худым плечам, обнаженные руки, до желтизны загоревшие в солярии, нервно двигались, обрывая листья со сломанной ветки. Наташа была как-то радостно возбуждена, и это ее невероятно молодило. Сейчас она выглядела совсем как на первом курсе – и я сделал из этого вывод, что моя приятельница стремительно влюбилась. Причем, не в меня.

– Костик сегодня похож на человека, – заметил я, следя за ее реакцией. Наташа вспыхнула и уронила веточку. Я понял, что не ошибся, и уже из чистого озорства добавил: – Наверное, недавно женился!

– А вот и нет! – Теперь Наташа явно злилась, что тоже очень ей шло. – Он до сих пор не женат, к твоему сведению!

– Скорее уж, к твоему! – парировал я. – Мне такие сведения не нужны. Скажи лучше, ты всерьез решила за ним приударить?

– А что, если и так? – Она с вызовом задрала подбородок. – Слава богу, я тоже свободна!

– Совет да любовь! – Я успокаивающе похлопал ее по плечу, отчего Наташа отстранилась и даже тихо зашипела. Мой допрос довел ее до белого каления. – Просто я предупреждаю, на случай, если ты еще не поняла, – Костя парень серьезный. Если ты решила присвататься к нему на пару дней, ради скуки, учти, он может решить, что это любовь на всю жизнь.

– И что с того?

Она явно не понимала, чего я от нее добиваюсь, и все время порывалась уйти. Я и сам не знал, чего ради треплю ей нервы. Возможно, бунтовало оскорбленное самолюбие. Признаться, я уже считал Наташу своей потенциальной любовницей, настолько явные авансы она мне делала в течение последних суток. Я не был в нее влюблен, более того – сознавал, что связь с женщиной подобного типа сулит не только массу заманчивых моментов, но и немало неприятностей, сцен ревности, истерик и даже драк. И все-таки меня коробило, что она так быстро переменила свой выбор, предпочтя меня человеку, которого я считал пустым местом.