Високосный убийца - Изабелла Мальдонадо

«Мы объявим результаты, когда сможем, бла-бла-бла»…

Глядя в глаза Терезы, столь похожие на глаза Марии, Нина понимала: смалодушничать не выйдет.

Она едва заметно кивнула.

— Вероятно, да.

Женщина порывисто прижала к себе Нину, затем чуть отстранилась.

— Обещайте, что найдете эту сволочь! Поняли? Разыщите его!

Снид слышал каждое слово и протянул микрофон Нине:

— По моим источникам, убийство семьи Дойл связано с делом Ла Йороны, как и смерть Томаса Кирка. ФБР ищет в Финиксе серийного убийцу, верно? Можете подтвердить?

Нина высвободилась из объятий Терезы:

— Обстоятельства смерти расследуют полицейские Финикса, дело находится в их юрисдикции. — Она кивнула на Переса, стоявшего неподалеку. — Их и спросите.

Строго говоря, Геррера сказала правду. Развернувшись на каблуках, она направилась к своим. Перес сердито покосился на нее, а она попыталась взглядом извиниться. Оба понимали: Перес сыграет для прессы козла отпущения. Детектив прошел мимо, готовясь дать репортеру стандартное объяснение: полиция не разглашает детали дела. Однако Снид обежал его и крикнул Нине вслед:

— ФБР прилетело в Финикс из-за рядового преступления? Что вы скрываете?

Она не обратила внимания на вопрос. Снид был прав. Их присутствие на месте убийства Кирка ясно говорило: в расследовании не все так просто. Но как репортер связал дела Ла Йороны и Дойлов? Очень уж быстро он соображал!

Даже слишком быстро…

Глава 21

После очередной беспокойной ночи Нина поехала на задание с Пересом, а остальные члены команды отправились в оперативный штаб на «Шевроле». По дороге Геррера и детектив заскочили выпить кофе, а после припарковались у криминалистической лаборатории под ярким утренним солнцем.

Прошлым вечером директор учреждения позвонила Пересу довольно поздно: эксперты обнаружили нечто важное. Узнав об этом, Бакстон поручил Нине рассмотреть результаты анализа, в то время как остальные будут внимательно изучать материалы дел в оперативном штабе.

В море полученной информации Брек выделила несколько пунктов для сопоставления и упорядочила их в электронной таблице с цветовым кодированием. Нина не знала никого, кто так любил бы всяческие схемы, таблицы и графики, как сотрудница киберотдела. Когда Нина и Перес вернулись, команда сравнивала записи, чтобы понять, насколько Томас Кирк подходит к психологическому портрету.

Нина толкнула входную дверь в лабораторию и остолбенела: с высокого потолка свисала огромная металлическая конструкция в форме двойной спирали ДНК. Украшения в виде чашек Петри, мерных стаканов и другого химического оборудования едва заметно колебались, отражая солнечные блики. Наука стала искусством.

Перес тоже поднял голову.

— На подвеску всегда так реагируют. Очень уж непривычный декор для подобного места. — Детектив зашагал к внутренней двери. — Пойдемте.

Чуть только они переступили порог, к ним ринулась седая кудрявая женщина в очках в серебристой оправе. Полы белого лабораторного халата развевались у нее за спиной.

— Доктор Дебора Ледфорд, — она протянула руку Нине. — Зовите меня Деб.

— Не ожидала встретить вас лично, — призналась Нина.

Деб с улыбкой направилась в подсобное помещение.

— Когда я услышала о результатах экспертизы, сама пришла все проверить, — объяснила она. — Ничего подобного раньше не видела.

Нина поспешила за женщиной.

— Куда вы нас ведете? — Она знала: посторонние не допускаются в кабинет — слишком высок риск перекрестного загрязнения.

— Я организовала вам специальную зону осмотра. — Деб толкнула правую половину двустворчатой двери.

Нина и Перес проследовали за ней по длинному коридору и остановились у окна из органического стекла. По ту сторону окна лаборанты в белых халатах и лицевых щитках работали с оборудованием, переливающимся в свете ламп.

— Мы еще не закончили с образцами первого и последнего случаев, — пояснила Деб. — Выводы пока предварительные — материалы по делу Ла Йороны прибыли только вечером среды. Мы начали их рассматривать вчера утром. Результаты совершенно неожиданные! Мы решили сообщить вам о них до того, как проведем полную экспертизу.

Говоря о первом деле, директор использовала местное название. Похоже, у города была коллективная память о чудовищном преступлении. Как же они отреагируют, когда узнают, что знаменитая история оказалась большой ложью?

— Мы провели ускоренную экспертизу ДНК и серологический анализ. Надеюсь, ваша команда объяснит нам ситуацию, чтобы легче было продолжать работу.

— Чем вам помочь? — спросила Нина.

Деб обвела рукой лаборантов.

— Мы проанализировали образцы крови с одежды каждой жертвы, а также капли с ковров и стен в обоих домах.

Геррера вспомнила кровавую баню в Финиксе, а в доме Вега — пустой участок среди брызг, из-за которого команда и решила отправить старые материалы на анализ.

— Начну с дела Ла Йороны. Суть в том, что на месте обнаружилось четыре отдельных, не связанных родством образца ДНК.

— Четыре? — оживилась Нина. — Жертв было три… Может, четвертый образец от субъекта?

— Или от друга, заглянувшего в гости до убийства? От детективов? — подхватил Перес.

— Исключено, — отмела эту версию Деб. — Мы исследовали только кровь, собранную в качестве улики. Полиция точно зафиксировала, откуда взят каждый образец, так что другу пришлось бы зайти сразу перед убийцей и залить кровью тот же участок, где потом лежала жертва.

Нина и Перес умолкли, переваривая информацию.

— Вы сказали «отдельных, не связанных родством», — переспросила Нина, пытаясь понять смысл фразы.

— Верно. — Похоже, Деб ждала от них этого вопроса.

— Но родство есть! Их дочь…

— Биологически не их ребенок, — закончила Деб.

Нина подалась вперед от волнения.

— Копии свидетельств о рождении хранились у детектива. Я сама видела. За шесть дней до убийства Мария Вега однозначно родила дочь в окружной больнице Финикса.

— Хотите сказать, не Виктор отец ребенка? — Перес нахмурился.

— Нет, — ответила Деб твердо, но терпеливо. — Ни Мария, ни Виктор Вега не состояли в биологическом родстве с младенцем, погибшем в их доме.

— Так чьего ребенка убили? — задала очевидный вопрос изумленная Нина.

Воцарившуюся тишину нарушил Перес:

— Это и есть мотив убийства? Все-таки первый случай, с него все началось…

— Я только анализирую улики, — сообщила Деб, хотя вопрос адресовался не ей. — Следователи здесь вы.

— Подождите. — Неожиданное открытие не укладывалось в голове. — Полиция в свое время отнесла образцы в лабораторию, и никаких странностей не обнаружили!

— Не забывайте, речь идет о судебной экспертизе тридцатилетней давности. Тогда не существовало ДНК-тестов. Детективы полагались на материальные улики, наблюдения свидетелей, серологию — так называют определение группы крови… — Деб задумалась, подыскивая слова. — В нашем случае кровь на месте преступления совпадала с образцами погибших. Чуждых экземпляров не нашли.

Нина поняла.

— Значит, у субъекта и одной жертвы была общая группа крови?

— Именно так, — обрадовалась директор. — Принцип вы поняли. У матери и младенца определили группу А. У отца — нулевую, как и у таинственного незнакомца.

— Значит, — протянул Перес, — полиция провела экспертизу улик с помощью серологии, стандартной для того времени