Явный, сумрачный, финальный - Влада Юрьева

– В этом плане, есть и плюсы, и минусы. Плюс в том, что фото на девяносто процентов совпало с изображением Сергея Суражного. Тридцать два года, нигде и никогда не работал, проблемы с законом с детства. Воровал, продавал наркотики, выбивал долги и наконец перешел к заказным убийцам – часть из этих преступлений была подтверждена, он отсидел три срока, но дальше он стал умнее, обзавелся деньгами на хороших адвокатов и многое осталось на уровне подозрений.

Она ожидала, что Владимир скажет что-то, прокомментирует. Он разбирался в преступниках как никто другой! Но он пока только слушал ее, и она продолжила.

– Судя по тому, что удалось разведать Веронике, Суражный отличался наглостью и смелостью. В юности агрессия его подводила, многие преступления он делал более кровавыми, чем реально требовалось, на том и попадался. Но как только он сумел обуздать свой характер, ловить его стало сложнее. Он не стал нападать меньше, зато он делал это аккуратней. В некоторых случаях он намеренно позволял полиции узнать о своих преступлениях, но только в том случае, когда против него не могли собрать нужных улик. Как психолог могу сказать, что это показатель неких затаенных комплексов и не самого большого ума. Но нам это и не важно, потому что Суражный отлично подходит на роль наемника, которого могли прислать за Ариной. В иных обстоятельствах, я бы уже обратилась к полиции с просьбой его задержать, потому что он мог бы вывести нас на заказчика. Но сделать это не получится, в чем и заключается упомянутый мной минус ситуации. Хочешь знать, в чем подвох?

– Да хотя бы в том, что ты постоянно описываешь его в прошедшем времени.

– Верно подметил. Подвох в том, что Сергей Суражный мертв, и уже не один год. В две тысячи четырнадцатом Суражный уехал в США по личным делам, там и погиб. Он был на борту внутреннего рейса, произошла авиакатастрофа, не выжил никто. Вероника наводила справки, на инсценировку не похоже. И следователи, и его бывшие подельники убеждены, что Суражный погиб тогда. С момента его смерти он нигде не мелькал, его никто не видел – до того, как он явился в больницу.

– Следовательно, за Ариной пришел мертвец?

– Знаю, знаю, верится с трудом, – вздохнула Ланфен. – Лично я сейчас вижу тут два варианта… Либо Суражный все же устроил инсценировку, обманув полицию, либо программа распознавания лиц ошиблась, и это был не он. Вероника продолжит искать…

– Не надо.

Он очень редко прерывал ее. Гробовщик отличался змеиным терпением и безупречной вежливостью. Поэтому она даже решила, что ей послышалось. Но нет, его лицо было повернуто к ней, и Ланфен могла только радоваться, что невидящие глаза скрывают зеркальные очки.

– Почему не надо? – удивилась она.

– Потому что я сам этим займусь. На несколько дней мне придется исчезнуть, я буду недоступен для личных встреч. Но и ты, и участники можете звонить по телефону, который я оставил. Если будет возможность, я отвечу.

Она не стала спрашивать о том, что он собирается делать, знала, что это бесполезно. Гробовщик десятилетиями выслеживал опасных преступников, знал то, о чем не догадывалась даже полиция. По сравнению с тем опытом, Сергей Суражный был для него мелкой сошкой.

Но ведь и не в Суражном сейчас проблема! Ланфен нутром чуяла: тот, кто стоит за ним и Хелен Робинсон, гораздо опаснее, чем они могут предположить.

Она не выдержала, обошла кресло мужчины, остановилась у него за спиной и опустила руки ему на плечи. Осторожно массируя мышцы, она чувствовала, какими тонкими они стали, как близко теперь кости…

– Мне не нравится, что ты действуешь в таком состоянии, – признала Ланфен.

– Мне доводилось охотиться и в худшем положении.

– Слабое утешение!

– Я не утешаю тебя. Нет причин для этого.

– А как же твои глаза? – настаивала она. – Ты хоть раз охотился вслепую?

– Нет, поэтому мне и придется исчезнуть на пару дней.

– Ты очень сильно рискуешь…

– Никогда и не было иначе. – Владимир положил свою руку поверх ее руки. – Просто раньше это никого не беспокоило.

– Кроме тебя самого?

– Включая меня самого. Ты единственная, кто обо мне беспокоится. Не надо так.

– А по-другому и не получается. Мы не знаем, кто пытается добраться до Тронова! Возможно, этот человек достаточно умен, чтобы понять, что ты для него – угроза. А ты засветил свое настоящее имя! Я уже ни в чем не уверена…

– Тогда просто отгородись от этого, – посоветовал он. – Не беспокойся о том, на что не можешь повлиять, помогай другим.

– Кстати о других… с ними ведь тоже все непросто! – указала Ланфен. – Никто пока не подходил ко мне, чтобы обсудить тебя, никто не отказался от участия в проекте, но… Некоторые узнали тебя. Они напряжены, смущены, не знают, как реагировать.

– Идиотов среди участников этого проекта нет, так что разберутся.

– Слишком все это опасно стало… Я видела их реакцию, общалась с ними позже. Трое человек уже знают, кто ты такой, я уверена!

– Четверо, – поправил Гробовщик. – Четверо участников знают, кто я такой. Просто один ведет себя умнее, чем остальные.

* * *

Север любил свою семью – в этом он никогда не сомневался. Но ему все равно иногда нужны были такие моменты: когда он один, свободен, силен и может делать что угодно. Здесь, на пустой дороге, окруженной снежными полями, он особенно остро ощущал это.

Прелесть путешествия в том, что потом можно вернуться домой. Север не собирался отказываться от тихого счастья, которое досталось ему с непередаваемым трудом. Но он был рад такой возможности, как эта поездка.

Кому-то нужно было побывать в колонии, где сидела Елена Рязанова, поговорить с руководством и персоналом, с людьми, которые ее помнят. Потому что тот срок, по сути, был последним периодом, когда Елена хоть вынуждено, а все же с кем-то общалась. Выйдя на свободу, она держалась в стороне от людей, а ее переговоры с клиентами ценной информации дать не могли.

Север знал, что лучше сделать это одному, все знали. От Вероники с ее хакерскими навыками больше толку в Москве, да и к работе в команде она больше склонна. А он не имел ничего против дальней поездки, пусть и в такой мороз.

Единственным, что его сейчас беспокоило, была незащищенность Вероники. Пока что непосредственно за ними никто не охотится, но такого можно ждать в любой момент, учитывая, что повторное нападение на Арину сорвалось! Северу было спокойней, когда он лично защищал жену – а он считал ее женой, несмотря на то что штампов в паспорте пока не было.

Тут им удалось найти компромисс. Во время его отсутствия Вероника перебиралась жить к Алисе и Дамиру. Они были друзьями, поэтому в их надежности Север не сомневался. Дамир, конечно, тихий, но его спокойствие – это не слабость. Слабый не стал бы первым победителем проекта и одним из самых успешных игроков.