Убийство по любви - Наталия Антонова

Поэтому ответить пришлось именно ему.

– Да. Вы долго с ней работали?

– Я два с половиной года, а Верочка полтора.

– Получается, что вы ее неплохо знали? – вступила в разговор Мирослава.

– Конечно, – согласилась Вера.

– Зося хорошо ладила с детьми?

– Да, они ее просто обожали! Ходили за ней хвостом! До сих пор не могут прийти в себя. Некоторые, не верят, что Зоси больше нет, и спрашивают, когда она вернется к ним.

– У нее ведь была младшая группа, – пояснила Галина, – и малышне трудно объяснить, что именно случилось с Зосей, да и язык не поворачивается, – она печально вздохнула.

– А какие отношения складывались у Зоси с родителями ее воспитанников?

– Вроде бы неплохие, – уклончиво отозвалась шатенка Галя.

– Да чего уж там, – вмешалась Вера, – хорошие у нее отношения были почти со всеми родителями.

– Почти? – сразу же уточнила Мирослава.

– Вот именно что почти! – на глазах Веры выступили слезы, и она закусила нижнюю губу.

Галя тут же пододвинул ей стакан с водой. Девушка благодарно кивнула подруге и, сделав два глотка, успокоилась и вытерла набежавшие слезы тыльной стороной ладони.

– Кто-то был недоволен работой Зоси? – тихо спросила Мирослава.

– Не работой, – помотала головой Галина.

– Будем называть вещи своими именами, – снова горячо заговорила Вера, – этот бегемот Вахлаков ей прохода не давал! Подкатывал к ней. Так и клеился к Зосе боров лоснящийся! А Зося его отшила!

Морис никак не мог привыкнуть к тому, что русские называют неугодных им людей различными животными и при этом одного и того же человека сразу несколькими. И поэтому ему так и хотелось уточнить, кем является некто Вахлаков – бегемотом или боровом. Но в тоже время он подумал, что все же, наверное, лучше не уточнять, а то все может запутаться еще сильнее.

Мирослава между тем спросила:

– А Вахлаков – отец одного из воспитанников вашего детского сада?

– Да, сын его Миша был в группе Зоси.

– И грубо Зося его отшила?

– Не так чтобы, – почему-то загадочно улыбнулась Галина.

– Нет, – вмешалась Вера, – сначала она очень вежливо с ним разговаривала. Я бы даже сказала, пыталась его образумить.

– А потом?

– А потом он стал наглеть! Вот у Зоси и закончилось терпение.

– А что Вахлаков?

– Сказал ей, что она об этом еще пожалеет.

– Вы это узнали от Зоси?

– Какой там, – взмахнули руками обе женщины разом, – он при нас не постеснялся ей угрожать!

– И кем работает этот неуважаемый господин?

– Полицейский он! Майор! Именно он и должен был вести расследование убийства Зоси! Так он и мертвой ей мстит! Все на тормозах спустил.

– Вот как, – проговорила Мирослава задумчиво.

Женщины закивали головами. И Морис невольно вспомнил игрушку из детства его матери. Там на пластмассовом кружке, изображающем зеленый луг, полукругом стояли курочки, и стоило задействовать простенький механизм, как все курочки наклоняли головы вниз, точно клевали зернышки. Мама почему-то до сих пор хранит эту игрушку.

– А как его имя-отчество? – спросила тем временем Мирослава.

– Юрий Евгеньевич, – произнесла Вера с брезгливой гримасой на лице.

– Вы не представляете, – заговорила Галина, – как мы обрадовались, когда приехал Сергей Кораблев. Он пытался встряхнуть полицию. Но и ему ничего не удалось.

– Почему же не удалось? – поинтересовалась Мирослава.

– Так Вахлаков так и пальцем о палец не ударил.

– Ой! – Верочка прикрыла рот ладошкой, а потом сказала: – Как это я сразу не догадалась, что вас Сережа нанял. Он же говорил, что не оставит этого так.

– А к начальнику полиции никто не пробовал обращаться?

– По-моему, нет, – вздохнула Галина, – да и что толку-то!

– То есть начальство покрывает нерадивого майора?

– Он у них там на хорошем счету!

«Вероятно, рука руку моет», – подумала Мирослава и спросила:

– А вы еще нам могли бы что-нибудь рассказать?

– Мы бы с радостью, – сказала Галина, – но больше нам ничего не известно.

– Да, мы вне работы редко общались с Зосей, – вздохнула Вера, – особенно в последнее время…

– А что, в последнее время в жизни Зоси происходили какие-то изменения?

– Да, она готовилась к поступлению в институт и занималась с репетитором.

– Зося была с ним знакома раньше?

– Да, он работал учителем в интернате, в который Зосю отдала тетя после того, как она лишилась родителей.

– Зосе там не нравилось?

– Наоборот! – с воодушевлением отозвалась Вера. – Она чуть ли не оды пела своему интернату.

– А вы были знакомы с ее репетитором?

– Лично нет. Только слышали о нем, что он крепкий педагог и дети его уважают.

– А Зося говорила что-нибудь о нем?

– Да нет, – пожала плечами Вера.

– Только то, что после занятий с ним она обязательно поступит в вуз, – дополнила Галина, – у Зоси в этом даже сомнений не было.

– Значит, она собиралась увольняться из детского садика?

– Насколько нам известно, нет.

– Точно, нет! – воскликнула Вера. – Зося собиралась учиться на заочном. Она сама нам говорила.

– Почему?

– Что почему? – удивилась Галина.

– Почему не на очном?

– Потому что Зося не могла позволить себе бросить работу. Помогать ей было некому. Наоборот, она помогала своей старенькой тетке.

– А с теткой у Зоси были хорошие отношения?

– Замечательные! – заверили ее девушки в один голос.

– А на что или на кого Зося еще тратила свое свободное время? – как бы невзначай спросила Мирослава.

Женщины переглянулись. Потом Вера решилась и сказала:

– Вроде бы у нее был парень.

– Но кто он – никому не известно, – сказала Галя.

– А может, его и не было? – пожала плечами Вера.

– Был! Был! – не согласилась Галя и добавила: – Только он, скорее всего, женатый.

– Почему вы так думаете?

– Если он холостой, – пожала плечами Галина, – то зачем его скрывать?

– Тоже верно.

– А в газете вон написано, – проговорила Вера, – что он из богатеньких. Так что, может быть, ему маменька с папенькой не разрешали встречаться с простой девчонкой, – проговорила она, скорчив рожицу.