Петля - Сергей Павлович Бакшеев

— Икона, швейцарские часы — три штуки, распятие, шкатулка, икорница, подсвечник, пара статуэток, ваза. Не находите список странным?

— Ты золотые украшения не пропустил? В ломбард обычно сдают кольца, серьги, цепочки?

— В том-то и дело, что ювелирку и ширпотреб грабители не тронули. Забрали крупные антикварные предметы. Выгодно сбыть старинные вещи можно только в Москве. В выходные они могли сдать вещи на оценку, а деньги им пообещали только в понедельник, когда откроются банки. Сумма должна быть не маленькой, ради побрякушек банк грабить не пойдут.

— Поэтому грабители затаились в Москве и ждут деньги?

— В крупном городе спрятаться проще.

— Ход мыслей верный. Денис, ты не работал, случайно, следователем?

— Скорее преследователем.

— Это как понимать?

— Сначала в спецназе, потом перевели в Москву.

— Ух ты! В каком ведомстве служил? — заинтересовалась Петелина.

— Неважно. — Лоськов нахмурился и отошел к камину.

— И как тебя угораздило оказаться у Колокола?

Денис поправили стопку дров у камина, прочел этикетку на бутылке с жидкостью для розжига.

— Это неинтересно, — наконец произнес он, и было непонятно к чему относятся его слова: к ее вопросу или информации на этикетке.

«Не хочет вспоминать прошлое, — догадалась Петелина. — От хорошей жизни к таким, как Колокол, прислуживать не пойдешь».

Петелина перешла в столовую и разложила на столе документы, взятые из банка. Следователь углубилась в привычную для себя аналитическую работу.

Минут через сорок ее потеснил Андрей с большим пакетом. Из ресторана доставили коробочки с горячими блюдами.

— Что-нибудь откопали? — спросил Лоськов, заметив, что отстраненно-задумчивый взгляд следователя трансформировался в сосредоточенный.

— Откопала, — пробормотала Петелина и обратилась к хозяину дома: — Бахлин, я посмотрела журнал учета посещений хранилища. В нем вы фиксируете дату и время, когда арендаторы пользовались своими ячейками?

— Да, так положено. Сотрудник банка делает запись в журнале, спускается вниз вместе с посетителем и открывает ячейку.

— Даже ячейку Колокола?

— Для рядовых сотрудников он обычный посетитель.

— Замечательно! — воскликнула Петелина и переключила свое внимание на изучение накладной из ресторана. — Я выбираю стейк из форели.

— Что именно замечательно, ты можешь сказать? — начал выходить из себя Бахлин.

— Тарелочки и приборы подавай. Остынет.

Хозяин дома выставил тарелки на стол и с ожесточением откупорил бутылку белого вина, которую извлек из специального винного холодильника с дымчатым стеклом и индикаторами на панели, показывающими температуру и влажность в разных зонах. На нижних полках холодильника хранилось шампанское, чуть выше — белые и розовые вина, а потом красные. Понюхав пробку с видом знатока, Бахлин удовлетворенно кивнул и достал из шкафа крупные бокалы в форме тюльпана.

— Специальные для белого вина. Не ширпотреб, что вчера в ресторане. — Хозяин дома явно гордился собой.

— После вчерашнего мне только воду. — Петелина остановила его порыв наполнить ее бокал. — В чистой воде чувствуется любая примесь.

— Я на работе не пью, — также отказался от вина Лоськов.

— Шабли Гран Крю девяноста девятого года, между прочим, — насупился Бахлин. — Превосходный урожай по винному классификатору. Охлаждено до нужной температуры.

— Двухтысячный был лучше, — возразила Петелина. — И для тебя, гада, тоже.

— Почему?

— Потому что я дочку родила. Если бы не она, Колокол не заставил бы меня работать на вас.

Обед прошел в молчании. Насупившийся Бахлин несколько раз предлагал попробовать дорогое вино, но в итоге употребил почти всю бутылку сам. Когда убрали посуду, Елена раскрыла журнал посещений банковского хранилища и положила на разворот список вскрытых ячеек.

— Я установила, что общего между ограбленными ячейками. — Она обвела взглядом притихших мужчин. — Каждой из них клиенты пользовались хотя бы раз за последние две недели.

— Грабители тоже сверялись с журналом? — заинтересовался Лоськов.

— Уверена. Они вскрыли только эти ячейки. Но почему-то одну пропустили — под номером 72.

23

На неухоженном пятачке земли между участками с кирпичными коттеджами возвышалась приподнятая на железном каркасе трансформаторная будка. Железная коробка была обнесена сетчатым заборчиком с калиткой, на которой красовалась яркая табличка: «Стой! Напряжение». Сейчас калитка была открыта. Около будки копошился рабочий в красно-синей спецовке с белой надписью на спине «Мособлэнерго». Закончив работу, он прикрыл калитку и направился к синему микроавтобусу с наглухо тонированными стеклами.

Как только рабочий сел, микроавтобус отъехал, свернул на пересечении улиц и остановился на обочине в тени густого кустарника. Водитель и пассажир отодвинули дверцу за спинками передних сидений и переместились вглубь микроавтобуса.

— Проверь сигнал, — приказал рабочий водителю, снимая куртку. — Я закрепил камеру на крыше трансформаторной будки.

Куртку «Мособлэнерго» он швырнул в боковой ящик, поверх другой спецодежды, среди которой можно было разглядеть и медицинский халат, и форму полицейского. Оставшись в футболке, он стал неуловимо похож на водителя: и ростом, и возрастом, и отстраненно-сосредоточенным выражением лица — от чернявого напарника его отличали только более светлые волосы.

— Отлично! — сказал чернявый, настроив картинку на одном из мониторов на широкой панели приборов. — Двор Бахлина как на ладони. Вход в дом, дорожка, навес для автомобилей.

— Из его дома путь один. Мимо этого перекрестка Петля не проедет. Можно расслабиться.

— Сначала доложим шефу.

— Надеешься, что отправит нас отдыхать?

— Чем черт не шутит.

— Если черт существует, то он у нашего шефа на побегушках. — Бывший «рабочий» прикрыл глаза и откинул спинку кресла. — Вруби звук, чтобы я слышал.

Брюнет позвонил по телефону. Когда ему ответили, он невольно приосанился и заговорил четкими фразами:

— Товарищ полковник, продолжаем наблюдение за Петелиной. Установлено, что в отпуск она не спешит и ведет себя несколько странно.

— Конкретнее!

— Вчера вечером в ресторане Петелина поругалась со своим гражданским мужем Валеевым. Домой не поехала, провела ночь в доме коммерсанта Андрея Бахлина, бывшего одноклассника.

— Вот как! Я думал, в ней не осталось ничего женского. Баба изменила мужику, что тут странного?

— Бахлин владеет сетью ломбардов, а также небольшим банком «Партнерство». Утром в его дом приезжал вор в законе Колокол. Провел там более часа.

— Колокол встречался с Петелиной?

— У нас есть основание так думать.

— На чем основан вывод?

— В доме остался человек Колокола. Теперь он сопровождает Петелину.

— Куда?

— Вместе с Бахлиным и человеком Колокола Петелина ездила в банк «Партнерство». По дороге звонила судмедэксперту Лопахину, интересовалась причиной смерти некоего Митина. Мы установили, что Митин работает охранником в банке Бахлина. Точнее, работал. Сегодня утром его нашли застреленным в собственном автомобиле. Предположительно — самоубийство.

— Действительно, странно, — согласился полковник. — Это имеет отношение к нашему делу?

— Пока неясно, но говорят, Петелина не любит бросать незаконченные дела.

— Сам знаю. Поэтому я вас и оправил приглядывать за ней. Где она сейчас?

— Все трое вернулись в дом Бахлина. Заказали обед из ресторана. Им уже привезли.