Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

Фостер. У тебя манчестерский акцент с какой-то примесью? Восточной Европы?

– Да.

– Ага. Ты случайно не служила фараоном, ну, не знаю… лет десять назад?

Кирон подчеркнул свою мысль, зажимая водительские права между большим и указательным пальцами. Он ухмылялся. Мерзкой ухмылкой чеширского кота. Эрика вспомнила все те месяцы, что они держали его под наблюдением. Он появился из ниоткуда. Молодой начинающий наркодилер, занимавший самое низкое положение в цепочке, вдруг стал крупным торговцем тяжелым наркотиком в Большом Манчестере. Он поднялся так быстро, что они едва поспевали за ним.

– А не ты ли участвовала в том неудачном наркорейде? Все тогда пошло наперекосяк. И куча офицеров оказалась в морге?

Он выглядел удивленным, когда Эрика стремительно шагнула к нему, и наручники сверкнули серебром, когда она достала их и защелкнула один на его левом запястье. Хотя и крупный мужчина, он не сопротивлялся, когда она заломила ему руку за спину и застегнула наручник на правом запястье.

– Я не верю, что ваше настоящее имя Кирон Бэгшоу. Полагаю, вы живете под чужой личиной. На самом деле вы Джером Гудман, и я арестовываю вас по подозрению в убийстве детективов-инспекторов Тома Брэдбери, Тима Джеймса, Салмана Дхумала, Джима Блэка… – Эрика расслышала дрожь в своем голосе. – И… – Она сглотнула. – В убийстве детектива-инспектора Марка Фостера.

– Что это за хрень? – взвизгнула Таня. – Кирон?

Мосс резко повернула голову при упоминании детектива-инспектора Марка Фостера и вскинула руки в успокаивающем жесте.

– Эрика. Что происходит?..

– Вы можете хранить молчание.

– Эрика. – Мосс металась взглядом между Кироном и Таней.

– Вы не имеете права вот так врываться сюда! – закричала Таня, но Эрика продолжала говорить.

– Но это может навредить вашей защите, если вы не упомянете во время допроса то, на что впоследствии будете опираться в суде. Все, что вы скажете, может быть использовано в качестве доказательства.

Кирон повернул голову, чтобы посмотреть на Эрику, которая теперь стояла у него за спиной с электрошокером в руках.

– Подумай хорошенько, – угрожающе произнес он, и его глаза стали похожи на глубокие чернильные лужи. – На твоем месте я бы этого не делал.

9. Двадцатью одним годом ранее

Ноябрь 2003 года

– Мне пинту вашего самого крепкого и дешевого вина со льдом и соломинкой, – сказала Даниелла Ланг официанту.

Напротив нее сидели Джером Гудман и двое мужчин, которым ее еще не представили. Неопрятного вида молодой блондин в джинсах, футболке с принтом «Пинк Флойд» и дафлкоте[83]. И круглолицый парень с черными волосами, торчащими в разные стороны, одетый в костюм с отливом. Его лицо было усыпано странными веснушками, похожими на чернильные пятна. И кожа лоснилась от жирного блеска.

Они расположились на двух больших потертых кожаных диванах в «Уисперз», вульгарном баре неподалеку от центральной улицы Кардиффа. В это тихое утро среды они были единственными посетителями.

Даниелла достала коробку с одноразовым мобильником и положила ее на стол.

– У меня на счету двести тридцать фунтов до выплаты следующего пособия. Телефон обошелся мне в две сотни. Надеюсь, эта работа стоит того, чтобы за нее взяться.

– Ты будешь зарабатывать больше тысячи в неделю. Как минимум. Обещаю, дело выигрышное, – заверил ее Джером.

Даниелле было всего двадцать, и за ее напускной уверенностью скрывались страх и горе. Она все еще не оправилась от смерти мужа и родителей, которые ушли друг за другом. Официант вернулся с пинтой для нее. Запотевшее стекло придавало вину темно-фиолетовый оттенок. Даниелла пробежалась пальцами по длинным темным волосам и сделала долгий глоток вина через соломинку, которую держала в уголке рта, неотрывно наблюдая за тремя мужчинами. Она знала, что даже в своем несчастье и без макияжа выглядит привлекательно.

– Вы двое кто такие? – спросила она, склонив голову набок.

Вино было ледяным, что делало его терпимым на вкус. Алкоголь сразу попал в пустой желудок, и она почувствовала, как страх ослабляет свою хватку.

– Это Фрэнк, – сказал Джером, указывая на блондина.

– Все верно. Приятно познакомиться, – кивнул Фрэнк.

– А это Хью.

– Рад знакомству.

Хью протянул ей липкую ладонь, и они обменялись рукопожатием. От его глаз веяло полярным холодом. На ум пришла фраза «мертвый взгляд».

– Да ты прям аристократ, – сказала Даниелла, вытирая руку о джинсы.

– У меня такой же акцент, как у Джерома. – Хью ощетинился.

– Джером привносит в него свой стиль, – сказала Даниелла.

Она хорошо разбиралась в людях и ситуациях. И знала, что Джером у них главный, Фрэнк – его надежный друг, но Хью оставался для нее темной лошадкой. Ей было интересно, что он мог предложить, кроме своего жирного лица и дешевого костюма. Даниелла и Джером вместе учились в школе. Еще тогда он слыл плохим парнем, но плохим парнем с обаянием и завидной внешностью.

– Вы слышали это, ребята? – оживился Джером. – У меня есть стиль.

– Я не сплю с тобой. – Даниелла пронзила его взглядом.

Джером поднял руки, как будто сдаваясь.

– И не собираюсь спать ни с кем из вас, парни.

Фрэнк сохранял невозмутимое выражение лица, но Хью разволновался.

– Конечно нет, – пролепетал он.

Фрэнк наклонился вперед и постучал по коробке с новым телефоном Даниеллы.

– Это выгодный бизнес. Нам нужны люди, которые умеют наговорить с три короба. Джером сказал нам, что у тебя язык хорошо подвешен. И тебе нужны деньги.

– Ты ничего обо мне не знаешь.

– Я знаю, что твой муж Клайв погиб при взрыве на газовом заводе и тебе не выплачивают компенсацию. А твои мама с папой тоже двинули кони и оставили тебя с гарантийными кредитами под завязку. Ты унаследовала их дом и ипотеку, которую не можешь себе позволить.

– Отвали, – сказала она Фрэнку. – Что это за хрень, Джером?

Джером положил руку Фрэнку на плечо.

– Извини. Нам пришлось проявить должную осмотрительность. Фрэнк иногда склонен к аналитике, но он не имеет в виду ничего личного. Правда, Фрэнк?

– Ничего личного, просто анализирую, – повторил Фрэнк. Он улыбнулся, и как будто искренне.

Даниелла закусила губу, приказывая себе не плакать. Она сделала еще глоток отвратительного терпкого вина и оглядела Джерома с головы до ног. На нем были джинсы от «Томми Хилфигер», куртка от «Армани» и дорогие кроссовки. Когда накануне она столкнулась с ним в кафе «У Росси», он расплатился за их чай и жареную картошку, вытащив пачку «пинкис»[84] – пятидесятифунтовых банкнот, – скрепленных серебряным зажимом. Она тогда подумала, что это случайная встреча, но теперь не была так уверена.

– Эта работа… она законная? –