В долине солнца - Энди Дэвидсон
Финалист премий This Is Horror Awards, Bram Stoker Awards, Grand Prix de l`Imaginaire, Prix Bob Morane.Преследуемый прошлым, Тревис Стилуэлл проводит ночи в поисках женщин в барах Западного Техаса. То, что он с ними потом делает, не вызывает у него гордости – просто это на некоторое время успокаивает внутренних демонов.После того, как однажды ночью Тревис встречает на пути таинственную бледную девушку, он просыпается в своем фургоне слабым и окровавленным – без признаков девушки, без воспоминаний о проведенной ночи.Когда владелица мотеля Аннабель Гаскин предлагает ковбою работу, чтобы оплатить его проживание, он принимает ее предложение. Днем он чинит старый мотель, постепенно становясь частью жизни Аннабель и ее десятилетнего сына. Ночью, в пещере своего домика на колесах, он борется с невыразимым голодом. Вскоре Аннабель начинает понимать, что Тревис не такой, каким кажется.На другом конце штата седой техасский рейнджер охотится на серийного убийцу, и это приведет его к откровению, гораздо более чудовищному. Человек закона, он должен будет решить, как глубоко он погрузится во тьму ради справедливости.И одной пыльной осенней ночью старое зло обретет новую жизнь – и новую кровь.«Это больше "СТАРИКАМ ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО", чем "КРОВАВЫЙ МЕРИДИАН" в спектре Маккарти – в нем есть Техас и жестокость, но детектива больше, чем вестерна». – GOODREADS«Оказывается, есть пространство между "НЕЖНЫМ МИЛОСЕРДИЕМ", "ПРОПОВЕДНИКОМ" и "ГЕНРИ. ПОРТРЕТОМ СЕРИЙНОГО УБИЙЦЫ". Это называется "В ДОЛИНЕ СОЛНЦА". Меня прожгло насквозь. И у него клыки на каждой странице». – Стивен Грэм Джонс«Роман – твердый, как кремень, великолепно написанный кошмар». – Лэрд Баррон«Захватывающая смесь вампирского хоррора, рассказа о серийном убийце и полицейского процедурала. Монстры Энди Дэвидсона – как сверхъестественные, так и слишком человеческие, настолько продуманы, что вызывают сопереживание демонам, от которых мы обычно убегаем. Вот первоклассная история, которая захватывает наше внимание и заставляет предугадывать продолжение». – Дана Кэмерон«Прекрасный кошмар. Книга, которая преследует, дразнит и принуждает. Она захватывает и затягивает вас, заставляет хотеть дочитать каждую страницу так, как будто это последнее, что вы когда-либо прочтете. Любовь Дэвидсона и владение языком усиливают красоту сюжета и ужас, которого невозможно избежать, как только вы начнете читать. Это, плюс идеально написанные персонажи, заставляющие нас им сопереживать, делают этот роман обязательным для прочтения любым отважным поклонником хоррора». – Эрик Стори«Роман – словно клинок ножа, произведение искусства – острое, пугающее и элегантное. Я восхищался прозой Дэвидсона, несмотря на то, что он напугал меня до смерти. Какая дикая поездка. Мне это очень понравилось». – Николас Майниери«На первый взгляд, это прекрасно раскручивающийся триллер, читать который чертовски интересно, но проза Дэвидсона выходит за рамки жанра, как новая вещь Кормака Маккарти. Он связывает читателя с этими персонажами, которые отчаянно ищут потерянную невинность. Мы содрогаемся от того, что они делают и что с ними делают, и когда мы путешествуем вместе с ними сквозь разрывающую душу тьму, подчеркивающую блестящие тонкие нити радости, нас переполняют равно ужас и сострадание. Обязательно прочтите!» – Дана Чамбли Карпентер«Богатая проза Дэвидсона погружает читателя в ад, еще более ужасающий своей банальностью – за пыльным мотелем в глуши (заросший бассейн и все такое) постепенно нагнетается атмосфера невыразимого зла. Психологический хоррор, триллер-процедурал и добрый старомодный вестерн хватают вас за горло и тащат по извилистой дороге, заканчивающейся ужасающим кровавым финалом». – Э. З. Рински«В этом смелом, уверенном дебюте Дэвидсон переносит миф о вампирах в Западный Техас 1980-х годов, прекрасно передавая атмосферу эпохи и места. Дэвидсон успешно разрушает границы между жанрами в сложном романе ужасов». – Publishers Weekly«Это не типичный роман о вампирах, скорее это лирический современный вестерн с большой дозой саспенса. У каждого есть своя тайна, и никто не является невинным. История атмосферна, а сюжет и персонажи будут играть с умами читателей». – Booklist«Роман овладевает одним из самых популярных тропов хоррора и ставит клише на колени, искажая устаревшие концепции продуманными и, осмелимся сказать, оригинальными способами. В результате получается сверхъестественный кантри-нуар, пахнущий Техасом и кровью, который хватает вас за горло и никогда не отпускает». – This Is Horror«Безжалостный реализм Дэвидсона делает сверхъестественное совершенно шокирующим и почти неизбежным». – Horror Review«Микс из "УДЕЛА САЛЕМА", "КРАСНОГО ДРАКОНА", "ГЕНРИ. ПОРТРЕТА СЕРИЙНОГО УБИЙЦЫ" и "СТАРИКАМ ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО". Дэвидсону удалось взять все тропы вампиров и серийных убийц и обескровить их досуха». – darkmoondigest.com«Литературный джаггернаут». – scifiandscary.com«Это новая территория в фантастике ужасов». – Сemetery Dance
- Автор: Энди Дэвидсон
- Жанр: Детективы / Триллеры / Ужасы и мистика
- Страниц: 78
- Добавлено: 23.11.2024
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "В долине солнца - Энди Дэвидсон"
Она садится, прямо, прислонившись к стене вагона.
Но Люк, маленький Люк. Он не мертв. Па вернется и найдет малыша. Откопает крыльцо от наносов после бури и найдет плачущего, голодного малыша. Потеряно еще не все.
Думая об этом, она прикасается к своему животу и чувствует что-то липкое между бедрами…
нет, о нет, нет, нет
…и понимает: жизнь внутри нее пропала, будто случившееся задушило ее, точно как сама буря обошлась с их домом.
Она издает низкий скорбный звук, и тот затухает в тишине.
Бледный несколько мгновений смотрит на нее, затем встает с ящика и исчезает в тени, пошатываясь от качания вагона на рельсах. Она слышит какую-то возню, и вскоре бледный возвращается в круг света рядом с ящиком. Он неуклюже приближается к ней, волоча за собой ее живого братика. Мальчик одет только в нижнее белье, его лицо грязное, все в разводах от выплаканных за ночь слез, к пухлым босым ножкам липнет сено. Бледный приподнимает мальчика на сгибе локтя. Он забирается рукой в свой поношенный пиджак, достает короткий кривой нож и – прежде чем Руби удается обрести голос, чтобы вымолвить имя брата, – перерезает ему горло. Тельце мальчика падает на доски, но ножки еще дергаются.
Она знает, что ей следует кричать. Вопить во весь голос. Что это должно каким-то образом ее сломить. Но она лишь смотрит на перевернутое личико брата, круглое, булькающее, и чем дольше она смотрит в его угасающие глаза, тем менее человечной себя чувствует. Сама ее душа вытекает из ее тела, точно как жизнь мальчика уходит из его. И что-то другое, осознает она, заполняет пустоту.
– Ешь, – приказывает бледный. Затем возвращается к своему ящику и, усевшись на него, смотрит на нее. Странный выжидающий взгляд на землистом лице. Будто она – бродячее животное, которое нужно приручить.
Она не шевелится. Приникает к щеке брата, кладет ладонь ему на грудь – поднимающуюся и опускающуюся, но медленно, очень медленно. Она убирает руку и видит кровь у себя на кончиках пальцев. Ярко-красную, теплую.
– Ешь, – повторяет бледный. – За нас обоих. Верни мне мою силу, дитя.
А потом это случается – так же внезапно, как день обращается в ночь: в ней пробуждается голод. Он стряхивает с нее сон и выбирается из своей пещеры в ночь, новый, кипящий, и поднимается к звездам с холодным безразличием, ведомый лишь одной убийственной целью.
Она прикасается пальцем к губам.
«Что я такое? – задумывается она. – Что я за зло?»
И она ест.
Новый Орлеан
19 сентября 1980 г.
Лишь кровь делает нас настоящими.
Мысль является ей во сне, как последнее видение, вспыхнувшее посреди тьмы. Она просыпается, свернувшись под грубым одеялом в узком гравийном проходе между двумя могилами. Вдали на шоссе I-10 грохочут машины, пурпурное сумеречное небо дугой протягивается над кладбищем. Тот же сон, что вчера ночью, и позавчера тоже: она стоит на крыльце фермерского дома, где ветры носятся над равнинами и сотрясают стены. Одну руку она прижимает ко лбу, щурясь от безжалостного солнца на простирающиеся вдаль посевы, которые погибают из-за нехватки воды и денег. Вскоре на поля, заслонив дневной свет, хлынуло большое черное облако, состоящее из верхнего слоя почвы и похоронившее тракторы, амбары, дома и людей. На дворе 1935 год, она – девочка по имени Руби, и тем летом не выпадает дождь. Только ветер, солнце и пыль. И высокий худой незнакомец, бредущий издалека по дороге, с бурей за спиной. Ее бледный.
«Теперь его нет», – думает Руби. Он исчез менее чем через год после Борго. Она тогда проснулась на закате одна в номере дорогого отеля в горах Озарк. А рядом на подушке – завернутый в белую простыню жестокий подарок на прощание – труп мальчика, лет пяти-шести, не более, с перерезанным горлом. Обескровленный, похолодевший. Прощальная насмешка.
Лишь кровь делает нас настоящими.
Она сбрасывает одеяло – найденное в мусорном баке накануне – и бредет среди осыпающихся могил в густеющей тьме. В ее теле нет тепла, несмотря на вечерний зной, и она идет в куртке, сунув руки в карманы. Стряхивает с себя остатки дневного сна. Перед склепами горят поминальные свечи, капая воском на выцветший мрамор. Она представляет себе лежащие внутри кости – мирно покоящиеся на полках, где о них заботятся. Где-то на этом кладбище, знает она, находится могила человека, который фотографировал проституток и выцарапывал им лица. Она не помнит его имени. Она опускает глаза на свои руки и видит первые слабые трещины у себя на перепонках между пальцами: ее уже царапала собственная чудовищная кровь. Она не кормилась с тех пор, как покинула Миссисипи. После того дальнобойщика. На вкус он оказался противный. С тех пор она не была…
настоящей
…голодной.
Она огибает угол и видит группу ребятишек – двух мальчиков и девочку. У мальчиков – длинные неопрятные волосы и бороды, девочка – полуголая и вся в синяках. Они теснятся на узкой тропинке между двумя склепами. Они связывают друг другу руки резиновыми трубками и втыкают в кожу иголки. Над ними высится огромный ангел из белого мрамора, расправив крылья и скрывая их в своей вытянутой тени. Головы у ангела нет.
Она отводит глаза, испытывая отвращение от их запаха – от вони нужды.
Она перелезает через стену и идет по Эрсулайнс-авеню, потом по Шартр. Медленно обходит по кругу Джексон-сквер, где медиумы разбили палатки со своими столами, хрустальными шарами и картами Таро. Она задерживается там, где белобородый старик играет на стеклянных чашах с водой. На его столе горят свечи, озаряя чаши медово-золотистым сиянием. Ей нравится его музыка – высокая, изящная. Ее звучание напоминает ей о чем-то неопределимом – о женском голосе, возможно, принадлежавшем ее матери. Как бы то ни было, это человеческое ощущение, а большинство всего человеческого ее покинуло.
Как и он.
Хотя он человеком не был, ее бледный, но да – он тоже ее покинул.
Она поворачивается спиной к сердцу Французского квартала и замечает дверь лавки. У нее в руках сигарета, на ней – грязные, потрепанные джинсы и футболка Led Zeppelin под джинсовой курткой. Здесь
