Пережить все заново - Алена Белозерская

– Тоня, мы должны поговорить, – прокричала она, остановившись перед номером подруги, не думая о том, что беспокоит остальных гостей отеля.

– Оставь ее в покое, – посоветовала Зина. – Ей просто стыдно показываться нам на глаза.

– Не вижу причин для стыда.

– Ты же не знаешь, что Тоне пришлось сделать, чтобы Хулия согласилась на встречу с Альберто. Ладно, молчу. А может, ее там нет? Давай спросим у портье. Если эта нахалка внутри и просто не отвечает нам, клянусь, я испорчу ей прическу.

Ни портье, ни администратор так и не смогли подтвердить, выходила ли Тоня из номера и тем более из отеля. Но когда Полина приказала открыть дверь номера, оба забеспокоились.

– Мадам Матуа, это вмешательство в частную жизнь, – испуганно заморгал администратор. – Подобное недопустимо в нашем отеле. Я не могу…

– Открывайте, – ледяным тоном потребовала Полина, на что администратор лишь нервно сглотнул и потянулся за запасным ключом.

В номере было тихо и пусто. Полина прошлась по роскошно обставленным комнатам, с гулко бьющимся сердцем заглядывая за каждую дверь. Девушки внутри не было. Тогда она быстро подошла к шкафу и резко распахнула дверцы, боясь, что не обнаружит в нем вещей. Все было на своих местах.

– Хорошая новость, – послышался за спиной голос Зины. – Она не сбежала.

– Такое ощущение, будто она сюда и не входила, – Полина обвела руками номер.

– Ошибаешься. – Зина подошла к кровати, на которой лежала бархатная коробочка с браслетом внутри. – Кажется, Арланова забыла предупредить нас о том, что у нее наметилось длительное свидание с новым поклонником. Могла бы и записку оставить.

– Думаешь, она с тем мужчиной? – с надеждой спросила Полина. – Что делать?

– Я не знаю. Вези Альберто к мадам, заодно поинтересуешься, не знает ли она, где потерялась наша девица.

– Тебе смешно?

– Да, – не стала отрицать Зина. – И я многое отдала бы, чтобы поехать с тобой в «Tota». Хочу посмотреть, как выглядит современный публичный дом. Кто знает, может, ты встретишь там Тоню.

Полина испытала желание наградить Михайлову увесистым подзатыльником, но, разумеется, сдержалась, хотя далось это с большим трудом. Спустя какое-то время она поняла, чего именно добивалась Зина, и улыбнулась. Она лишь хотела перезагрузить ее эмоции, убрать тревожность, напитать другими чувствами, более сильными, пусть и отрицательными. Признаться, ей это удалось. Полина испытала злость на подругу, однако вскоре успокоилась. Где-то внутри появилась уверенность, что с Тоней ничего страшного не произошло. Она решила подтвердить это разговором с Хулией, хотя и не знала, как именно повести беседу, чтобы не показаться в глазах мадам сумасшедшим параноиком.

Помня о том, что встреча была назначена на шесть вечера, Полина позвонила Альберто, который утром прилетел из Лондона в сопровождении своей главной актрисы и друга-продюсера, и уточнила, готова ли компания к визиту в «Tota».

– Меня трясет от напряжения, – срывающимся голосом сообщил Альберто в трубку.

– Тогда я отправляю за вами машину.

– А ты?

– Встретимся у салона, – попрощалась Полина, с тем же нетерпением, что и истеричный режиссер, ожидая момента, когда увидит Хулию.

* * *

Несведущий человек непременно перепутал бы «Tota» с модным магазином, которых на улице, где располагался салон, было столько, что не хватило бы целого дня, чтобы зайти в каждый. Пожалуй, здесь были представлены все мировые модные бренды, не нуждающиеся в рекламе. И самое забавное, они без особого стеснения соседствовали с салоном современных куртизанок, слава которого, правда в узких кругах, была не менее громкой, чем у гигантов высокой моды.

Вечер плавно опускался на город, раскрашивая его яркими огнями, и Полина невольно залюбовалась длинной улицей, которая «горела» так, будто наступило Рождество. Туристы, модники, зеваки – вокруг было много людей. Все они разглядывали витрины, в которых красовались манекены, одетые лучше, чем большинство из тех, кто на них смотрел. Полина пристально вгляделась в простенькую вывеску «Tota» и улыбнулась, еще раз подумав о том, что никогда не догадалась бы, что скрывают за собой двери салона. Стеклянная пустая стена, за которой невозможно что-либо рассмотреть, так как до самого пола были опущены плотные белые занавеси. Ни манекенов, намекающих, что внутри находится магазин, ни столиков, говорящих о кафе или ресторане. Ничего, что привлекло бы внимание. Лишь иногда широкие двери открывались и по ступеням сбегала вниз длинноногая красотка, которая быстро садилась в ожидающий ее автомобиль. Вернее, только одна девушка вышла из «Tota» за то время, что Полина ожидала Альберто, находясь в кафе на противоположной стороне улицы. Немного таинственно и вместе с тем незамысловато.

Когда к «Tota» подъехала машина, из которой выскочил Альберто, Полина быстро расплатилась за кофе и вышла на улицу.

– Полина Матуа, – представилась она, подав руку высокому загорелому мужчине лет шестидесяти.

– Майк Ризер, – ответил он приятным обволакивающим голосом и указал на актрису, которая должна была перенести на экраны образ мадам Хулии: – Тара Фицнер.

– И я! – воскликнул режиссер. – Ну…

Полина вежливо кивнула, усмехнувшись настойчивости, с которой Альберто требовал встречи с управляющей «Tota». Сейчас он выглядел не так, каким привыкла его видеть Полина. Строгое пальто, дорогие костюм и обувь. Видимо, своим нарядом он желал произвести «правильное» впечатление на мадам Хулию, тем самым «разговорить» ее. Однако взгляд выдавал в Альберто нервозность и непохожесть на других людей. Госпожа Фицнер выглядела так же представительно, как и ее спутники, но в ней не было того достоинства и лоска, которыми блистала мадам. В общем, эта «великая» актриса подавала себя как банальная секс-петарда, ибо до атомной бомбы, наполненной скрытой сексуальностью, какой являлась Хулия, она еще долго не сможет дорасти.

– Здравствуйте, – поздоровалась Тара, тепло блеснув карими глазами.

– Добрый вечер, – ответила Полина, улыбнувшись тому, насколько быстро мягкий, глубокий голос изменил простоватую внешность мисс Фицнер.

Из широкоротой и курносой она вдруг превратилась в очаровательную особу, которая умело скрывает недостатки, грамотно выводя на передний план достоинства. Тара несколько жеманно наклонила вперед голову, отчего нос уже не казался вздернутым, наоборот, выглядел прямым, видимо, из-за удачно упавшей на лоб челки или света, исходящего от витрин.

– Ты не говорил, что мадам Матуа настолько привлекательна, – сказала Тара, при этом рот ее резко уменьшился в размерах, что рассмешило Полину. – Да-да, – она безошибочно догадалась о причине веселья. – За эту метаморфозу пришлось выложить несколько тысяч долларов педагогу по актерскому мастерству, который научил меня правильно складывать губы, чтобы рот не казался огромной ямой.

– Лучше бы он научил тебя правильно складывать другое место, – вступил в разговор Альберто. – Хотя, если бы не оно, ты не в состоянии была бы платить педагогам-шарлатанам.