Безмолвный пациент: комплект из 3 психологических триллеров - Алекс Михаэлидес

за нападение. Из-за меня человек на всю жизнь оказался в инвалидном кресле. Он даже не может сам есть и ходить в туалет. Моя жена не знает. И поэтому я сразу не пришел, когда увидел… Мне не хотелось взаимодействовать с полицией. Понимаете, я умираю. Агрессивный рак в терминальной стадии. Видимо, это мое наказание. Вероятно, через несколько недель я уже не смогу работать пожарным. У меня нет времени. И да, поэтому я хожу на психотерапию. Чтобы справиться с финалом жизни, с тревогой и агрессией, которые я испытал, когда узнал, что не смогу побороть болезнь.

– Мне очень жаль, мистер Куинлан. Что именно вы увидели?

Он облизывает губы и отводит взгляд, словно не желая ступать на эту тропу.

– Я… Договорился о раннем сеансе. Я не собирался возвращаться на терапию, мне казалось, все под контролем, но… Но нет. И когда я приехал, доктора Лили Брэдли не было в кабинете. Дверь в приемную оказалась заперта. Но я видел ее машину и подумал, может, она забыла или перепутала время. Я попытался позвонить ей и в этот момент увидел свет в сарае за забором. Я заглянул к ним во двор. Лили вышла из сарая с маленьким пакетом для мусора. Она поспешила к двери кухни. Поэтом я открыл калитку и решил постучаться в заднюю дверь. Как я говорил, мое время на исходе, впереди была смена, и мне очень хотелось с кем-нибудь поговорить перед работой. Я увидел ее в окне столовой и постучал по стеклу. Она… выглядела шокированной. Смятенной. И… когда она открыла дверь, ее руки и лицо были в крови.

– В крови?

Он кивает.

– Что произошло потом?

– Она была очень нервной. Сказала, семейная ситуация. Потом у нее зазвонил телефон, и она захлопнула дверь прямо у меня перед носом. Я был обескуражен и… боюсь, немного подсмотрел в окно. Не удержался. Вскоре она появилась в кухонном окне. Достала что-то из холодильника – мясо. Вскрыла несколько упаковок и переложила мясо в пакет, принесенный из сарая. Завернула его и засунула в морозильник. Потом выбросила старую упаковку в мусорное ведро под раковиной.

Ру пристально смотрит на мужчину.

– Вы все это видели?

– Слушайте, я не горжусь тем, что шпионил за своим психологом. Но с мозгоправом волей-неволей завязываются отношения – ведь ты рассказываешь ему все свои секреты. А в ответ не получаешь никакой информации. Просыпается естественное любопытство. И то, что я видел… Я не мог отвести взгляда. Потом я почувствовал себя дерьмом. И занервничал. Уезжая, я увидел возле дома Брэдли полицейскую машину. А потом посмотрел новости… и понял, что ваши ребята заинтересовались происходящим, а увиденное в доме Брэдли не… Я сомневался, что это как-то повлияет на расследование. Но могло повлиять на мою жизнь, мою жену и детей, и я решил не связываться со служителями закона.

– Но вот вы здесь.

– Да. Вот он я. Вы меня нашли. И я знаю, все выглядит странно. И именно поэтому я сразу рассказываю вам о своем прошлом, вы ведь в любом случае узнаете, – он умолкает и смотрит Ру в глаза. Ветер шумит в ветвях. – Пожалуйста, – тихо говорит он. – Ради моей жены, ради детей – если не обязательно говорить о моей судимости, пожалуйста, пожалейте их. Сделанное мной в предыдущей жизни – ужасно. Я не хочу вешать на них этот груз, – он сглатывает, в его глазах стоят слезы. – У вас есть дети, детектив?

– Да. Сын.

– Вы бы хотели защитить своего ребенка, верно?

Фиби

Тогда

15 июня, среда

За четыре дня до ее смерти.

Фиби открывает Джо переднюю дверь, кланяется, взмахнув рукой, словно дворецкий, и говорит театральным голосом:

– Добро пожаловать в нашу скромную обитель, о пилигрим.

Он смеется, она тоже. Сегодня Джо провожал Фиби домой после автобуса, и она решила пригласить его в гости. Честно говоря, он первый мальчик, которого она позвала домой – и первый мальчик, который ей очень нравится.

Фиби хочет показать Джо рисунки для графической новеллы в стиле манга о темной волшебной девочке, над которой она работает, но внезапно ее одолевают сомнения. Она знает его совсем недолго, и теперь, когда он зашел к ней в дом, она начинает нервничать. В его присутствии все словно съеживается. Еще она ужасно нервничает из-за реакции мамы – она очень резко реагирует на любые действия Фиби. Обычно из уст ее матери раздаются слова вроде: «Нет. Не надо. Ты не можешь. Это плохая идея, Фиби».

А еще мама пока не видела ее розовые волосы. Она покрасила их с помощью Фи в гостях у Коди, и они уже попали там в неприятности, испачкав розовым цветом белую столешницу в ванной.

Возможно, Джо смягчит негативную реакцию. Ее маму настолько поразит тот факт, что Фиби привела домой парня, что она придет в ярость и даже не заметит волосы.

Джо не уходит далеко от входной двери. Он останавливается в коридоре и рассматривает семейные фотографии Брэдли. Просто стоит и смотрит. В его глазах растет дистанция. Он переводит взгляд с фотографии ее мамы и папы в кемпинге на семейный снимок с сафари в Ботсване, а потом – на изображение, где они вчетвером смеются на пляже в Арубе.

Фиби чувствует укол тревоги. Он осуждает ее. Осуждает всю ее тупую, консервативную, привилегированную семью – она видит, чувствует.

– О чем ты думаешь? – тихо спрашивает она.

Он поворачивается, улыбается. В его глазах тепло. У нее тает сердце.

– Мама тоже всегда спрашивает: «О чем ты думаешь?»

– Ясно… Понимаю, это девчачьи штучки…

– Все в порядке, – он легонько касается кончиками пальцев ее руки. – Я думал, как здорово, наверное, иметь нормальную семью, понимаешь?

– Нормальные? Мы?

– Да. Мама, папа, маленький брат. Дом, в котором вы живете всю жизнь. Хорошие друзья по всему району. Все вокруг знакомы. Ездить в отпуск по всему миру. Это как… голливудский семейный фильм.

– Если честно, это довольно паршиво. В тесном сообществе все лезут в твои дела. Мне понравилась твоя жизнь – безумно увлекательная, много путешествий и приключений.

– Ну, я хотел бы познакомиться со своим отцом – хотя бы узнать, кто он. И мы с мамой никогда не были в Африке. И, наверное, никогда не будем, – он внимательнее рассматривает фотографию с сафари. – Наверное, это просто потрясно.

Фиби щупает оранжево-зеленый браслет на запястье, купленный ради спасения носорогов, и у нее замирает сердце. Больше всего на свете она хочет отправиться на сафари с Джо Харпером. Их фотография его опечалила. И теперь Фиби не