Знак белой лилии - Наталия Николаевна Антонова

– И что не так с этими ушами? – спросила Жанна Ивановна.

– Вообще-то все не так. Представляете, каково это иметь такие уши?

– Представляю и сочувствую царю. Мог бы их прятать под колпак.

– Царь носил длинные волосы, но брадобрей все-таки заметил длинные волосатые уши царя. Слуга понимал, что должен хранить свое невольное открытие в тайне. Но эта тайна буквально распирала его изнутри. Тогда он ушел за город, выкопал ямку и прошептал в нее: «У царя Мидаса ослиные уши!» Закопал ямку и бросился бежать прочь. Но его слова услышал-таки росший неподалеку тростник и стал тихо повторять: «У царя Мидаса ослиные уши». Его шептание подхватили другие тростники, и вскоре уже эти едва слышные слова превратились в крик, который донесся до города. Так его жители узнали о тайне царя, и тому пришлось провести остаток жизни, закрывшись во дворце.

– Бедный царь, – пожалела Мидаса Томилина и тут же предложила выход: – Казнил бы пару-тройку подданных, остальные сами заткнулись.

Мирослава невольно усмехнулась:

– Я это к тому, что бывают случаи, когда у человека нет сил молчать, но в то же время он предпочтет прошептать мучающую его тайну в ямку, чем поведать кому-то из близких.

– Под ямкой вы подразумеваете Александру Кустовую, – на этот раз усмехнулась Жанна Ивановна.

– Можно сказать и так – согласилась детектив.

– И чью же тайну хотела излить Лена?

– Думаю, что свою.

– Но у Лены не было тайн! – заупрямилась Томилина. – Никаких ослиных ушей! Я просто уверена, что, если бы у Лены возникли проблемы, хотя откуда им взяться, она бы в первую очередь поделилась ими со мной. Я даже представить себе не могу, о каких проблемах может идти речь!

– Пока я этого не знаю. А узнав, скорее всего, раскрою преступление. Но пока давайте поговорим о другом, – предложила Мирослава.

– Давайте, – с тяжелым вздохом согласилась Томилина.

– Как давно вы были знакомы с Еленой Валентиновной?

– С детства!

– Вы вместе учились?

– Нет, я на год старше Лены. Мы жили в одном дворе, и как-то так получилось, что наша детская привязанность переросла в серьезную дружбу.

– Выходит, вы хорошо знали семью своей подруги?

– Неплохо знала, – согласилась Томилина. – Нормальная была семья, ничем не выделявшаяся среди других таких же семей.

– Елена Валентиновна ладила со своими родителями?

– Вполне, – ответила женщина и добавила: – До поры до времени.

– Что вы хотите этим сказать?

– Ничего особенного. Родители были рады, когда Лена вышла замуж за Славу.

– Вы имеете в виду ее первого мужа?

– Да, Станислава Горчаковского.

– Ваша подруга вышла за него по любви?

– Представьте себе, да! Слава – отличный парень! – заверила она горячо.

– Он вам нравился?

– Он мне и теперь нравится! – отрезала Жанна.

– В смысле? – спросила Мирослава с некоторым удивлением. – Вы что же, поддерживаете с ним отношения?

– А почему бы и нет? – с некоторым вызовом произнесла Томилина.

– Понятно…

– Ничего вам непонятно! Слава мне действительно нравится, но не в том смысле, что вы подумали!

– Елена Валентиновна знала, что вы общаетесь с ее первым мужем?

– Нет, – ответила Томилина, – Лена даже не догадывалась об этом.

– Почему вы скрывали это от нее? – спросила Мирослава.

Про себя она сильно сомневалась, что Андриевская находилась в неведении относительно встреч подруги с первым ее мужем.

– Не хотела нервировать ее. Лена и сама ничего не хотела слышать о своем первом муже.

– Но ведь там остались дети!

– К сожалению, да, – грустно обронила Жанна Ивановна. И призналась: – Я ведь не только Олежкина крестная, но и их тоже. Сейчас они уже взрослые.

– Но тогда они не были взрослыми, – напомнила детектив.

– Конечно, дети не были тогда совершеннолетними, но уже достаточно взрослыми, чтобы выбрать, с кем им остаться жить.

– И они выбрали отца?

– Да, они сразу же встали на сторону отца, а с матерью не хотели не только разговаривать, но вообще видеть ее.

– Наверное, их можно понять, – тихо проговорила Мирослава.

Жанна Ивановна молча кивнула.

– Сейчас, наверное, и Станислав Владимирович в новых отношениях?

– Нет, – покачала головой Томилина, – Слава так и не женился. Занимается внуками и дачей.

– То есть дети создали свои семьи?

– Да. У Таи уже дочери десять лет и сыну два года. У Артемия погодки восьми и семи лет, Лиза и Саша. Но с отцом и сын, и дочь постоянно на связи. Внуки летом с дедом на даче. Я сама езжу к нему время от времени отдохнуть, поесть шашлыков, покупаться в речке.

Мирослава про себя удивилась, как это Жанне удавалось все это время скрывать от подруги свою дружбу с ее первым мужем.

– Насколько я понимаю, ваша подруга была довольно счастлива в первом браке.

– Да, – согласилась Жанна Ивановна, – жили, не тужили. Ничто не предвещало, что Лена захочет уйти из семьи. До появления на горизонте тогда еще совсем мальчишки Андриевского в супружеских отношениях Лены и Славы не было ни единого облачка.

– Что же в таком случае произошло?

– Лена влюбилась!

– Вот так взяла и влюбилась? – усомнилась Мирослава. – Взрослая женщина по уши влюбилась, как вы сами выразились, в мальчишку?

– Именно это и произошло, – вздохнула Жанна Ивановна. – Если бы вы знали, сколько слез Лена выплакала на моем плече, прежде чем решиться на разрыв со Славой!

– Вы пытались ее образумить?

– Ну еще бы я не пыталась! – с искренней затаенной горечью воскликнула Жанна Ивановна.

– И что же?

– Как видите, ничего! Мои слова отскакивали от нее, как от стенки горох! Заладила одно и то же – жить без него не могу!

– Как родители вашей подруги отреагировали на желание дочери уйти из семьи?

– Лена поставила их перед фактом. И они сразу же отвернулись от нее. И тогда еще глупенькую Сашу настропалили против старшей сестры.

– У сестер большая разница в возрасте?

– Да. Двадцать шесть лет.

– Ого! – не сдержалась Мирослава.

– Сами родители называли Сашу поскребышем. Никак не ожидали, что на старости лет обзаведутся еще одним ребенком. Но так получилось, – Жанна Ивановна развела руками.

– А с Горчаковским они продолжали поддерживать отношения?

– Конечно! – горячо вырвалось у Жанны Ивановны. – Зятя они чуть ли не боготворили. И уж точно считали его святым. Внукам помогали.

– Кустовая сказала мне, что она отношений с племянниками не поддерживает.

– Сашка-то? – фыркнула Томилина. – От нее другого и ожидать было нечего!

– Это еще почему?

– Потому что родители ее избаловали! К племянникам она их ревновала. А тут еще жених долгое время на горизонте не вырисовывался.

– Все-таки нарисовался, – тихо сказала Мирослава.

Томилина просто-напросто отмахнулась.

Детектив расшифровала этот жест, как «Лучше бы вообще не появлялся!». Но, как говорится, у каждого свой взгляд на вещи.

Жанна Ивановна между тем сообщила:

– Как только родителей не стало, Сашка и думать о племянниках забыла, вся сосредоточилась на благоустройстве своей личной жизни.

Мирослава про себя подумала, что сестры хоть в чем-то похожи друг на друга.

– Жанна Ивановна, а с Эммануилом Захаровичем вы сразу поладили?

– Изначально я, конечно, была настроена против него, – призналась Томилина, – но потом пригляделась и убедилась в том, что человек он неплохой. Да и не виноват Андриевский ни в чем.

– Если только в том, что увел у мужа