Дочери страха - Елена Донцова

– Нет, не пойдет. Договор был другой, – повторил муж.

– Да брось, Рэм, ты что, боишься, что ли? – наседал дядька. – Вот если бы я с тобой поехал, а этих архаровцев здесь оставил, тогда я еще понимаю. А со мной все будет чики-чики. Так что давай, Рэмик, поторапливайся, уже ночь на дворе.

– Как я жене объясню? – совсем тихо спросил Рэм.

– Твоя жена – ты и объясняй, – хмыкнул дядька. – Делов-то на полчаса. Может, она и не заметит.

Тут со стороны комнаты кто-то вышел в коридор, и Надя ужом юркнула на кухню. Сердце колотилось как сумасшедшее. Она поняла только, что ее мужа вынуждают куда-то уйти, а ей предстоит остаться с этими людьми, которые теперь внушали ей ужас. Она решила, что ни за что не отпустит мужа одного, просто вцепится в него, и из квартиры они уйдут вместе, а эти типы пусть ночуют тут, если хотят. Автоматически, желая отвлечься, она проделала все необходимое, поставила на пластмассовый поднос чайник, сахарницу, чашки и вышла в комнату. Гости сидели вокруг стола, мужа нигде не было видно. Она в ужасе заметалась глазами по комнате, как будто Рэм мог где-то спрятаться. Выбежала в коридор, заглянула в ванную комнату. И поняла, что тот ушел, даже не предупредив ее об этом.

– Да вы не волнуйтесь, хозяюшка! – крикнул из комнаты Серый. – Тут Рэм вспомнил, что сейф в кабинете забыл запереть, и сразу побежал. Скоро вернется.

Надя бросилась на кухню и затаилась там, забившись между столом и холодильником. Ей было очень страшно. Пугала напряженная тишина в комнате. Даже посуда не звякала. Она боялась произвести малейший шум и таким образом напомнить о себе.

Вдруг ее посетила спасительная мысль: она ведь может выйти на лестничную площадку и там подождать возвращения мужа. Или даже спуститься вниз на улицу. На цыпочках она вышла в прихожую. Коснулась в темноте входной двери, нащупала замок и тут же услышала за спиной:

– Куда же вы, хозяюшка? Мы заварку разлили, а кипятка так и не дождались.

– Я к соседке, – прошептала Надя, – Мне нужно.

– Идите-ка сюда. – Мужчина щелкнул выключателем и поманил ее толстым пальцем. – Рэм вернется – тогда и пойдете. Некрасиво гостей одних оставлять.

Надя, пятясь вдоль стены, попыталась вновь юркнуть на кухню, но мужчина поймал ее за локоть и потащил в комнату.

– Пустите! – уже не сдерживаясь, закричала Надя.

– Тихо, тихо, – подталкивая ее к дивану, твердил мужчина. – Посидите тут с нами, ничего страшного. Ну, будете тихо сидеть или мне попросить мальчиков вас за ручки придержать?

Качки с готовностью поднялись из кресел. Надя тут же притихла, скорчилась и прошептала:

– Я посижу, посижу.

– Ну, чудесно, – сказал мужчина, развалился рядом с ней и начал болтать какую-то чепуху, кажется что-то о последних премьерах в театре. Надя была не в состоянии воспринять ни одного слова. В ушах непрерывно гудело, словно прямо на крышу их дома садился самолет. Она даже не услышала стук двери. Только увидела мужа, который стоял в дверях, тревожно впившись в нее глазами. Потом они говорили еще о чем-то с жирным дядькой, кажется, ругались. Потом незваные гости удалились, а Рэм бросился к ней.

– Наденька! – звал он, пытаясь поймать ее блуждающий взгляд. – Как ты, девочка? Испугалась? Они тебе ничего не сделали?

– Кто эти люди? – слабым голосом спрашивала она. – Чего от нас хотели? Они заставили тебя сюда их привести?

– Надя, прости меня, – попросил Рэм. – Я сам пригласил их к нам. Так было нужно. Я хотел тебя предупредить, но не было возможности. Потом я подумал, что лучше тебе и не знать, чтобы не волноваться.

– А почему нужно было волноваться? Это что – опасные люди?

– Да, Наденька, – кивнул муж. – Это очень опасные люди. Но теперь с ними покончено. Думаю, их уже арестовали. Благодаря тебе и мне.

– Почему арестовали? – совсем растерялась Надя. – Из-за того, что они не выпускали меня из квартиры?

Рэм рассмеялся, притянул жену к себе, поцеловал ее дрожащие губы:

– Если бы за такое арестовывали! У них на счету подвиги похлеще. Я сразу с ними схлестнулся, когда еще только начинал заниматься бизнесом. Потом пожалел, конечно, но было уже не поправить. Понимаешь, если бы они остались на свободе, мне тут не подняться, хоть в другой город уезжай. Вся прибыль уходила на задабривание главаря. Тогда я вышел на людей, которые очень хотели его посадить, но не имели реального повода. Я договорился с ними, что приведу бандитов домой и передам деньги, которые они вымогали. Это даст возможность их задержать, а потом уже от обвинений им не отбиться.

– Зачем ты оставил меня с ними?

– Наденька, прости меня, но это была часть плана. Они думали, что там, куда я якобы иду за деньгами, – там засада, и отказались ехать со мной. На этом и строилась операция. Засада была здесь. Утром приходили ребята и везде распихали свою аппаратуру. Так что тебе ничто не грозило, все прослушивалось. Я надеялся, ты даже не поймешь, что происходит.

– Зачем ты это затеял, Рэм? – отчаянным голосом крикнула Надя. – Я слышала про таких людей. Даже если их посадят, они выйдут когда-нибудь и отомстят.

– Надя! – серьезно и даже торжественно произнес Рэм. – К тому времени, когда эти сволочи выберутся на волю, я уже наберу такие обороты, что ни к тебе, ни ко мне они даже приблизиться не посмеют. Я ведь не собираюсь стоять на месте. Они и так слишком долго висели на моих ногах, как гири. И жить мы будем уже совсем в другом месте. В этом я могу тебе поклясться.

Надя выпрямила спину, помотала головой, словно приходя в себя после тяжелого сна. Рэм живо вскочил, потянул ее за собой. Надя видела, что его так и распирает лихорадочное веселье.

– Давай отпразднуем, что мир стал чище на нескольких мерзавцев, – сказал он, улыбаясь. – И в этом есть наша с тобой заслуга.

Он прижал жену к груди, но, стоило ему на секунду ослабить хватку, она плюхнулась обратно на диван, отвела его руки и сказала:

– Уходи, Рэм.

– Куда? – опешил мужчина.

– Куда хочешь. Если тебе некуда – я сама уйду. Жить я с тобой больше не буду.

– Наденька! – выдохнул Рэм. – Ты что творишь? Разве я для себя это делал? Ведь тебе в самом деле ничто не грозило.

– Мне все равно. Уходи.

– Так, может, причина совсем не в этом? – ледяным голосом заговорил муж. – Может, просто разлюбила, а?

– Может, разлюбила, – легко согласилась Надя.

– Ты понимаешь, что если я сейчас уйду, то назад уже не вернусь?

Лицо его потемнело, ноздри возбужденно раздувались. Надя старалась не смотреть мужу в лицо – не хотела запомнить эту маску гнева.

– Я понимаю, – сказала она.

Рэм еще несколько секунд нависал над ней, потом развернулся и вышел в прихожую. Через секунду за ним захлопнулась дверь. Все было кончено.