Миллион в лохмотьях - Алексей Макеев

Директор положил трубку и скосил виноватый взгляд на Гурова. Тот невозмутимо пил чай, никак не реагируя на услышанное.

– Простите, не удалось завершить разговор до вашего прихода, – смущенным тоном проговорил Мерцхулава. – Людям важно выразить признательность лично, минуя посредников. Приходится общаться с таким количеством людей, что порой к вечеру ухо просто деревянное. Но это приятные заботы. Вы со мной согласны?

– Вполне, – согласился Гуров, снова не вдаваясь в подробности.

– Мне сказали, у вас вопрос относительно расширения сфер деятельности фонда…

– Да. Именно так, – подтвердил Лев.

– Не могли бы вы более подробно рассказать, о чем идет речь?

– Если быть честным, я планировал изложить концепцию сотрудничества и обсудить возможные варианты совместной работы с Леонидом Александровичем, – заявил Гуров, глядя прямо в глаза Мерцхулавы.

Реакция Мерцхулавы оказалась весьма странной. Он не растерялся, не выдержал паузы, не сделал удивленное лицо, не стал переспрашивать и уточнять, о ком идет речь. Он просто никак не отреагировал на Гурова. Совсем никак.

– В нашей организации все вопросы относительно сотрудничества решаются непосредственно с директором, другими словами, со мной, – спокойно произнес он.

– Разве? У меня другая информация. Когда мы с Леонидом Александровичем обговаривали предварительный план работы, меня ориентировали на сотрудничество с ним.

– Что ж, это ваше право, – заявил Мерцхулава. – Жаль, что мой секретарь неверно истолковал ваши пожелания. Не смею вас задерживать, и удачи в другом месте.

– Вы мне отказываете? – Лев сделал вид, что слова директора его озадачили. – Только из-за того, что я желаю обсудить вопрос не с вами, а с Леонидом Александровичем? Странный подход.

– То же самое сейчас ощущаю я, – произнес Мерцхулава. – В том, что я не оспариваю ваше решение, нет ничего удивительного. Такова жизнь. Каждый сам волен выбирать себе партнера по бизнесу. Вы приходите в мой кабинет и сообщаете, что желаете вести дела с другой организацией. Вот это действительно странно.

– Почему с другой организацией? Как раз с вашей, но обсудить наше сотрудничество хочу с человеком, который мне уже знаком. И в этом как раз нет ничего странного, – гнул свое Гуров. Он уже понял, что по каким-то причинам Мерцхулава решил делать вид, что не понимает, о ком идет речь.

– Простите, вынужден повторить: в благотворительном фонде «Рука помощи» все вопросы о сотрудничестве решаю я, – настаивал Мерцхулава.

– Тогда какие вопросы решает Леонид Александрович?

– Начнем с того, что я понятия не имею, о ком идет речь. В штате фонда нет ни одного человека с такими инициалами.

– Вы, наверное, шутите? – недоверчиво переспросил Гуров.

– И не думал шутить, – ответил Мерцхулава.

– Да как же? Трифонов Леонид Александрович, учредитель фонда, так он мне представился.

– Возможно, он возглавляет какой-то другой благотворительный фонд, – предположил Мерцхулава, но Гуров успел заметить, как напряглись у того скулы, когда он услышал о том, как представлялся покойный.

«Знает или нет? Известно ли Мерцхулаве, что Трифонов убит?» – подумал про себя Лев, а вслух продолжал выдавать историю, придуманную на ходу:

– Послушайте, я ведь не мальчик-стажер. У меня определенный опыт работы с людьми. Я в состоянии запомнить имя человека и название организации, в которой он трудится. В конце концов, это положено мне по должности. Не так давно мы встречались с господином Трифоновым, обсуждали возможности слияния наших фондов, а теперь вы говорите мне, что такого человека в штате фонда «Рука помощи» не существует?

– Я с уважением отношусь к вашему возрасту, верю, что ваши профессиональные качества соответствуют высшей оценке, и все же повторю в третий раз: никакого Трифонова в нашем фонде нет и никогда не было. – Мерцхулава старался сохранять спокойствие, но сейчас это давалось ему с трудом.

– Да, не думал, что наша встреча так обернется, – покачал Лев головой. – Я шел с определенными планами и надеждами, думал найти здесь серьезных людей, занятых социально значимым делом, а что я вижу на деле?

– Что же вы видите на деле? – Мерцхулава все же не сдержал эмоций. Он откинулся на спинку кресла, сложил руки крест-накрест на груди и с вызовом смотрел на визитера.

– То, о чем кричат все социальные сети, форумы и ресурсы с отзывами о вашей деятельности, – так же с вызовом бросил Гуров.

– И о чем же они кричат?

– О том, что вы наживаетесь на горе людей, спекулируете их историями, фотоснимками и видеообращениями, собирая миллионы и оставляя нуждающихся без помощи и средств.

– Вот как? И у вас есть доказательства?

– Зачем мне доказательства? Я ведь не прокурор и не судья. Вот матери мальчика Димы, которого ваша «благотворительность» чуть не свела в могилу, доказательства нужны. И инвалиду Родионову адвокат не помешает, как не помешает он гражданке Зотовой, гражданину Красноухову и многим другим клиентам вашего фонда, – перечислил Гуров фамилии тех, о ком читал в социальных сетях.

– Кто вы? – вдруг спросил Мерцхулава. – Ясно же, что не тот, за кого пытались себя выдать. Вы не бизнесмен, не проситель, так кто вы? И зачем пришли сюда? Вы журналист?

– Я уже назвал причину своего визита, и фамилию человека, с которым надеялся здесь встретиться, тоже назвал, – ответил Лев. – Вопрос в том, почему вы лжете? Почему скрываете свое знакомство с Трифоновым?

Мерцхулава снова сник. Вопросы о Трифонове его явно беспокоили.

– Все, встреча окончена, – заявил он после едва заметной паузы. – Обсуждать больше нечего. Никаких вопросов и никаких ответов. Есть претензии по работе фонда? Обращайтесь в компетентные органы, они разберутся. А сейчас прошу вас покинуть кабинет. Мне надо работать.

Упорствовать Гуров не стал. Для первого визита он узнал все, что хотел, поэтому молча поднялся и вышел из кабинета Мерцхулавы. Оказавшись на улице, он прошел по аллее метров сто, свернул к скамейке и, усевшись, стал наблюдать за входом в здание Благотворительного фонда.

Он надеялся, что его визит заставит Мерцхулаву нервничать, а в таком состоянии люди часто совершают ошибки. Преступники часто совершают ошибки. Вопрос в том, преступник ли Мерцхулава? Однозначного ответа у него пока не было. Да, Мерцхулава, скорее всего, мошенник. Аферист, наживающийся на горе себе подобных. Но ведь Кудряшов умер не от этого. Его застрелили, хладнокровно и безжалостно. Способен ли Мерцхулава на подобные поступки? Неясно. Почему он не признался в том, что знаком с Трифоновым? Знает ли о двойной жизни, которую тот вел? Знает ли о том, что Трифонова больше нет? Первое, что приходило на ум: Мерцхулава убил Трифонова и потому всеми силами открещивается от знакомства с ним. Но если Трифонов и правда участвовал в деятельности фонда, разве сможет Мерцхулава это скрыть? Вряд ли.