Нежный супруг олигарха - Дарья Донцова

– Я знаю правильный ответ! –воскликнул Кирилл. – Это же просто!

– Ну? – повернулась к нему девочка.

– Сама думай, – начал вредничатьКирюшка.

– Нам дадут чаю? – капризно надулагубы Нахрената.

– У нас есть потрясающе вкусноеваренье… – засуетилась Лизавета.

Я расслабилась – слава богу, все пока осталисьживы!

Не имея никакого желания сталкиваться утром сгостями, я постаралась ускользнуть из дома пораньше. Чтобы, не дай бог, неразбудить лихо, не стала выгуливать стаю, прикрепила на холодильнике записку:«Собаки не писали» и была такова. Конечно, Кирюшка и Лизавета не обрадуютсятому, что им перед школой придется выводить псов во двор, но, как говорится,кто первый встал, того и тапки.

Отъехав на безопасное от дома расстояние, явытащила листочки, полученные от Регины Збруевой, и еще раз изучила ихсодержание. Маловероятно, что бейсболка Наташи Фоминой пролежала в шкафу двагода, а потом ее достал и натянул на голову парень, промышляющим воровством.Збруева уверенно говорила, что волосок, зацепившийся за пряжку, был вырвансовсем недавно. Регина отличный специалист, она не ошибается. Следовательно,Фомина жива. А кто погиб на пожаре? Впрочем, мне куда интереснее получить ответна другой вопрос: где сейчас находится Наташа? Я хочу вернуть назад шкатулкуКатюши.

Родители девушки были абсолютно уверены в еекончине, они даже не смогли жить на старой квартире, где все напоминало опокойной, уехали в неизвестном направлении. Найти отца и мать Натальи, чтобырасспросить их о дочери, будет, наверное, затруднительно. И скорей всего ничегоинтересного они мне не сообщат. Думается, Фомина не очень любит своих родителей,раз столь жестоко поступила с ними, прикинувшись мертвой. А вот ближайшаяподруга Наташи, Леся Рыбалко, может пролить свет на эту историю.

Я пошуршала бумажками – где тут сведения одевочке? А, вот они, в протоколе допроса Олеси Константиновны Рыбалко, студенткивторого курса института культурных программ. Надо же, каких только учебныхзаведений нынче не существует! Будем надеяться, что Лесю не выгнали занеуспеваемость. Сейчас звякну в справочную и порулю в вуз.

Будущие деятели культуры овладевали знаниями всуперсовременном здании со стеклянными лифтами. У входа маячила парочкаохранников, которые равнодушно взирали на гомонящих девушек, ручейкамивтекавших через турникеты в холл. Юношей в толпе практически не было. Надвинувна лоб бейсболку, я легко сошла за рвущуюся к знаниям студентку и отправиласьискать учебную часть. Нужная дверь попалась мне буквально сразу. Я поскребласьв нее, не услышала в ответ никаких звуков и сунула голову внутрь. Просторнаякомната оказалась пуста. Я уже хотела закрыть дверь, когда услышала тихийголос:

– Ищете кого-то?

За моей спиной стояла невысокая полная дама. Вруках у нее был электрочайник. Ну да, большинство служащих, очутившись нарабочем месте, начинает день с чашечки кофе или чая.

– Кто вам нужен? – задала женщинаследующий вопрос.

– Не подскажете, Леся Рыбалко в какойгруппе учится? – спросила я.

– Леся Рыбалко? А вы кем ей приходитесь?

– Тетей, – не задумываясь, совралая.

– Интересно… – процедиладама. – Проходите, садитесь. Вот сюда, левее.

Я устроилась в удобном кресле и увидела написьменном столе табличку «Зав. учебной частью Мастыркина Зоя Яковлевна».

– Так зачем вам понадобилась Леся? –продолжала расспросы Зоя Яковлевна, включая чайник. – Наверное, делосрочное, раз вы прибыли до начала занятий!

– Глупость вышла, – с ходу начала яврать, – я работала в ночную смену, приехала домой, а квартиру открыть немогу – ключи потеряла! Ума не приложу, где связку оставила. Леся умчалась винститут, но не ждать же, пока она вернется, вот я и прикатила. Название вуза язнаю, а номер группы нет. Помогите, пожалуйста.

– Вы ее родная тетя? – осведомиласьЗоя Яковлевна.

– Роднее не бывает, – заверила я.

– Сестра матери?

– Абсолютно верно.

– Живете вместе?

– Да, да!

– В одной квартире?

– Естественно.

– Небось огромные аппартаменты, – состранным выражением лица продолжала беседу Мастыркина. – Сколько у васкомнат?

– Пять, – растерянно ответила я,удивленная бесцеремонным допросом.

– Еще кухня, санузлы, коридоры…

– Конечно. А какое отношение это имеет кномеру группы? – не выдержала я.

Зоя Яковлевна взяла кружку, не предлагая мне,насыпала в нее растворимого кофе, налила кипятку, села за стол и, размешиваяложечкой сахар, равнодушно ответила:

– Никакого. Простите мое любопытство, мнезахотелось узнать, какого же размера должна быть квартира, чтобы родная тетушкане заметила, что племянницы давно нет рядом!

Я вздрогнула.

– А где она?

– Вы не в курсе? – взметнула бровивверх Мастыркина. – Интересненько! Ну ладно, хватит ломать комедию! Живопредставьтесь!

– Я уже сказала, что являюсь тетей…

Зоя Яковлевна со стуком поставила кружку накруглую пластиковую подставку.

– Не утруждайте себя враньем. ЛесяРыбалко умерла!

– Как? Когда? – заорала я, вскакиваяна ноги.

– Вы же тетя, – издевательским тономсказала Мастыркина, – должны бы знать…

– Что случилось с Лесей?

– Кто вы? – не дрогнула ЗояЯковлевна. – Сразу предупреждаю, лучше не врать, иначе вызову охрану.

Пришлось достать из сумки удостоверениесотрудника частного детективного агентства.

– Понятно, – кивнулаМастыркина. – Роза очень упорная, ее даже кончина Кости не остановила.

– Кончина Кости? – еще сильнеерастерялась я. – Рогова? Жениха Фоминой?

Зоя Яковлевна подтвердила.

– Да. Его, говорят, убили в лагере, гдеон отбывал заключение. Наташа Костю у Розы незадолго до смерти отбила, вернееувела.

– Зоя Яковлевна, не могли бы выпоподробнее рассказать об этих событиях! – взмолилась я.