Операция "КЛОНдайк" - Неонилла Самухина

Зайдя в квартиру, он сразу прошел в ванную и, развернув плащ, аккуратно переложил голову в раковину. В воздухе резко и тошнотворно запахло гарью и паленым мясом. Обгоревший череп с лохмотьями кожи и мышц смотрелся на белом фаянсе совершенно неправдоподобно. Козак представил, как черные хлопья будут плавать в спирте вокруг головы бывшего заказчика и включил воду, чтобы смыть с нее гарь. Понаблюдав несколько секунд, как вода, соприкасаясь с поверхностью обугленного шара, становится черно-бурой, он отрегулировал напор воды и вышел из ванной. Сняв с антресолей новое пластиковое ведро, он пошел на кухню, где у него хранилась целая канистра спирта, припасенная для рыбалки. Теперь и ведро, и спирт пригодятся совсем для другой рыбы, причем далеко не мелкой в этом городе.

Зачем-то тщательно ополоснув запылившееся ведро, хотя Бурому теперь эта чистоплотность была ни к чему, Козак налил в него до половины спирта и понес в ванную.

Вода в раковине, стекающая с головы Бурого, была по-прежнему темной. Козак надел резиновые перчатки, присел на край ванны и стал переворачивать голову то одним, то другим боком, ожидая, когда с нее смоется запекшаяся кровь и копоть и вода посветлеет. Минут через десять он закрутил кран, вынул голову из раковины, стряхнул с нее воду и осторожно опустил в ведро со спиртом. Голова, вытесняя спирт, с глухим стуком опустилась на дно.

Теперь нужно было доставить этот «экспонат» его владелице.

Квач еще по дороге предложил снять для этой встречи номер в гостинице, но Козак отверг его идею, сказав, что жена Бурого вряд ли будет встречаться с незнакомыми людьми в гостинице, к тому же: как он собирается туда пронести ведро с головой Бурого? Да и без головы им светиться в гостинице опасно.

Поразмыслив, Козак решил назначить Маргарите встречу у гаражей, но никак не мог придумать, как дать ей об этом знать и как убедить, что она должна приехать. Но потом ему пришла в голову мысль, что в этом ему может помочь секретарша Бурого – Галюня, как тот ее называл. Бурый ее обычно отпускал с работы в шесть вечера, даже если и сам задерживался. Значит, имеет смысл подождать на улице в конце ее рабочего дня. Про Валеру, помощника Бурого, Козак почему-то даже и не вспомнил.

Сняв перчатки, он прошел в комнату и набрал номер Квача.

– Михей, подваливай ко мне к пяти вечера.

– Куда?

– Домой, куда же еще! – раздраженно пояснил Козак.

– Не, я спрашиваю: куда поедем?

– По делам! – обрезал Козак, раздражаясь еще больше. – Ты, блин, совсем мышей не ловишь!

– Ладно, ладно, не ори! Буду, – сказал Квач и положил трубку.

Козак вернулся в ванную, нужно было придумать, чем накрыть ведро, чтобы по дороге спирт не расплескался. Он принес из кухни целлофановый пакет, натянул его сверху на ведро и накрепко приклеил края пакета скотчем. Потом на пробу несколько раз встряхнул ведро и удовлетворенный отсутствием протечек выставил его в коридор.

Теперь нужно было собрать вещи. Он не сомневался, что из города придется на какое-то время уехать. Номера на своем джипе он сменил, так что с этой стороны опасаться ему было нечего. Значит, поедет он на машине, чтобы лишний раз не светить паспортом в аэропорту или в железнодорожных кассах.

К приходу Квача чемодан и сумка были готовы, все электрические приборы – выключены. Козак даже успел разморозить и вымыть холодильник.

– Какие планы? – угрюмо поинтересовался Квач, окидывая взглядом стоявший в коридоре багаж.

– Едем к офису Бурого, – сказал Козак, – я – на джипе, ты – на «девятке». Там подождем Галюню, секретаршу. Потом объясню дальнейшее.

Ждать Галюню долго не пришлось, она вышла из офиса сразу же после шести, перешла улицу и направилась в сторону остановки автобуса. Козак тронул джип и, поравнявшись с идущей секретаршей, притормозил, открывая дверь:

– Галюня, садись, подвезу!

Девушка сначала отпрянула, но потом, узнав Козака, обрадовалась и села в машину.

– Вот спасибо, а то ехать в этой толкучке… – сказала она.

– У тебя какие планы на вечер? – спросил Козак, трогаясь с места.

Галюня удивленно повернулась к нему:

– А что? Ты хочешь меня куда-то пригласить?

– С удовольствием бы, – искренне ответил Козак, перестраиваясь в крайний ряд и набирая скорость, – но, к сожалению, я должен попросить тебя об одном одолжении.

Девушка вопросительно посмотрела на него.

– Хочу тебя попросить съездить с Квачом домой к Бурому…

– К Виктору Ивановичу… – укоризненно поправила его Галюня.

– Хорошо, к Виктору Ивановичу, и уговорить его жену встретиться со мной.

– Это еще зачем? – настороженно спросила Галюня и даже отодвинулась от Козака.

– Да не на свидание я ее приглашаю, – хмуро хмыкнул Козак, – к сожалению, у Бурого неприятности и мне нужно ее предупредить.

– Какие неприятности? – вскинулась Галюня, ее румяное лицо враз побледнело. – Что с ним случилось?

«Уж не влюблена ли Галюня в нашего шефа?» – подумал Козак, взглянув на ее не на шутку встревоженное лицо, и ответил:

– Это я могу сказать только его жене. Поезжай к ней и передай, что от Виктора Ивановича пришел человек и срочно просит о конфиденциальной встрече. Квач тебя отвезет, а потом привезет ко мне Маргариту… как, кстати, ее по отчеству?

– Ивановна… – с несчастным лицом ответила Галюня и вдруг заплакала: – Я так и чувствовала, что с ним случится что-то плохое!

– Ну-ну, не раскисай, а то всполошишь его жену, а ей волноваться нельзя, она же вроде ребенка ждет.

Галюня кивнула, вытирая слезы.

Козак притормозил и, подождав пока подъедет Квач, еще раз объяснил девушке, что ей нужно передать жене Бурого. Та, сдерживая слезы, только кивала.

Договорившись с Квачом, что тот подвезет к гаражам, где Козак будет их ждать, уже одну Маргариту Ивановну, они разъехались в разные стороны.

Долго ждать Козаку не пришлось – уже через двадцать минут на скорости к гаражам подрулила «девятка» Квача, в которой на месте пассажира сидела красивая женщина. Не выходя из машины, а, только распахнув дверцу, она молча посмотрела на вышедшего из джипа Козака. Лицо ее было бледным.

Козак на всю жизнь запомнит ее реакцию на страшную ношу, которую он, открыв багажник, ей принес. Она не забилась в истерике, а только медленно откинулась на спинку сиденья и долго смотрела на изуродованную голову мужа, покачивающуюся в спирте на дне пластикового ведра у ее ног.

Потом, подняв глаза, тихо спросила:

– Что произошло?

Козак изложил ей ход событий, не забыв упомянуть и про угрозы Котова. Маргарита слушала молча, пока он не закончил.

– Значит, и Валера в этом замешан, – заключила она. – Это он вызвал Витюшу на встречу с Копытиным.