Дом с синей комнатой - Рику Онда

Голос старшего брата, Сей-ити, все еще звучал у нее в голове. Он всю вторую половину лета готовился к вступительным экзаменам в старшую школу и в тот день был не в духе, видимо, отстав от расписания, которое сам себе придумал. У него была своя отдельная комната на втором этаже, где он накануне сердито отчитал младшего брата, наверняка снова без спроса бравшего его вещи.

Девочка запомнила, как Дзюндзи, разбросав аккуратно расставленную в гэнкане обувь, пулей вылетел из дома.

Мама куда-то отлучилась. Наверное, пошла в тот дом. Недавно переехав в этот город, родители должны были обязательно засвидетельствовать свое почтение и поздравить хозяев того дома с важным днем — они ведь были центром местного сообщества.

Сидя в прохладном гэнкане, девочка читала книгу о жизни Бетховена. Это была одна из детских книг из ее коллекции биографий известных и знаменитых людей.

Она много раз перечитывала эту книгу. В ней был один особенно понравившийся ей эпизод. Ее впечатлили не обстоятельства, при которых композитор потерял слух, и не то, что он продолжил творить, несмотря на это, а событие, произошедшее незадолго до его смерти.

Однажды Бетховена посетил незнакомый молодой мужчина в черном костюме. Они обменялись парой фраз. Позднее Бетховен скончался.

Посланник смерти. Мужчина, пришедший из далекой страны. О чем же они говорили?

Девочка любила размышлять о том, что́ именно мужчина мог сказать Бетховену. Наверняка он не говорил с ним открыто, а как-то зашифровал свое послание. Слова, сперва озадачившие получателя, смысл которых стал бы понятен ему уже на смертном одре. Что же это было? (Девочка лишь спустя десять лет посмотрит «Гражданина Кейна»[38].)

Она старалась представить лицо молодого мужчины в черном костюме. Наверняка оно не было неприятным или отталкивающим. Мужчина должен был быть красивым и держаться с достоинством, почтительно относясь к адресату своего послания и своей миссии, с которой он успел примириться.

Передав послание, мужчина тихо удалился.

В далекую страну — потусторонний мир мертвых.

Это видение очаровывало девочку. Она представляла высокую гору на краю дикого леса, с глубокой пещерой у подножия, где начинались длинная лестница, идущая вниз. Мужчина верхом на коне исчезает в ее глубинах.

Девочка пока не знала, что совсем скоро ей предстоит встретить настоящего посланника смерти, потому полностью погрузилась в мечтания о мужчине, сходящем в подземный мир.

Она не заметила, как ветер постепенно усилился и небо, затянутое тучами, потемнело.

Девочка расслышала знакомый щелкающий звук, тут же оторвалась от страниц книги и повернула голову в его направлении.

В дверном проеме показалась белая трость, ощупывающая пространство перед ней.

— Хиса-тян![39] — Отложив книгу, девочка выбежала на улицу.

— Маки-тян?

В ответ гостья посмотрела прямо на девочку. Нет, она не могла ее увидеть, но со стороны это всегда выглядело именно так. Сердце девочки, как всегда в такие моменты, учащенно забилось. Коротко стриженные волосы гостьи развевались на ветру, ей очень шло белое платье в синий горошек.

— Хиса-тян, а куда ты идешь?

— По поручению. Мне нужно забрать сладости для праздника в честь прабабушки. У нее юбилей.

— А что такое юбилей?

— Какая-нибудь красивая или важная дата по традиционному календарю. Прабабушке исполняется восемьдесят восемь[40].

Девочка так и не поняла, что такое традиционный календарь, хотя часто слышала, как взрослые говорили о чем-то таком. Почувствовав ее смятение, гостья спросила:

— Можно я зайду к вам домой?

Девочка обрадовалась и протянула руку; пройдя в гэнкан, они уселись рядом на ступеньке перед входом в дом. Хисайо положила белую трость на пол у входа.

Сидя рядом с Хисайо, девочка подумала, что ее приход принес долгожданную прохладу в этот жаркий день.

Гостья заговорила:

— Маки-тян, когда твой день рождения?

— Четырнадцатого июля.

— О, день взятия Бастилии, — пробормотала гостья. — Когда ты родилась — тебе ноль лет, а по прошествии года исполняется один, верно? Поэтому каждый год четырнадцатого июля Маки становится на год старше, понимаешь? А вот по традиционному календарю сразу после рождения тебе один год, а возраст увеличивается на один с приходом Нового года.

Девочка выглядела растерянной.

— Зачем так считать?

Хисайо ласково улыбнулась.

— Когда-то давно каждый прожитый год был очень важен для человека. И для детей, и для взрослых долгая жизнь была настоящим подарком. Они хотели отпраздновать каждый новый прожитый год, поэтому, наверное, и придумали способ, при котором их было как можно больше. Еще совсем недавно дети часто умирали почти сразу после рождения; даже поступив в начальную школу, многие могли погибнуть — например, из-за болезни.

— Сегодня вы празднуете юбилей?

— Верно. С утра в доме много гостей, суматоха… Я так устала всех приветствовать, что решила немного прогуляться.

Хисайо кокетливо высунула язык. Он был маленьким и бледно-розовым, как у кошки.

Сердце девочки забилось еще быстрее. Сидеть вот так, рядом с Хисайо, говоря друг с другом, только вдвоем — было событием невероятной важности. Ее братья, Сей-ити и Дзюндзи, должно быть, умрут от зависти, стоит им узнать об этом. Абсолютно все дети в округе восхищались Хисайо.