В сентябре вода холодная - Анна Князева

Ключ вставился в скважину, но провернуться не смог – замок был не заперт. Дверь отворилась, и в комнате вспыхнул свет.

– Вы здесь?.. – На несколько секунд Шкарбун застыла в проеме, потом вошла в кабинет и громко хлопнула дверью.

Предположить, что Стерхова не слышала ее слов, было глупо, поэтому Ирина Ивановна предпочла сделать вид, что ничего не произошло.

По истечении пятнадцати минут Анна спросила:

– Что с Воронцовым? Нашли?

Шкарбун встала с места, прошла к ее столу и протянула листок:

– Здесь его адрес.

Стерхова забрала листок и сказала:

– На вашем столе лежит синяя папка, ее принес Бабаджанов. Почему вы не показали ему материалы из дела Савельева?

– Криминалисты работают с костями. Бабаджанов – криминалист. Неужели не ясно?

– Я говорю о материалах двадцатилетней давности.

– Это лишнее.

– Вы так считаете?

– Уверена, – с нажимом проговорила Шкарбун, – пока вы не появились, дело вела я. Соответственно, поступала так, как считала нужным.

– А я показала Бабаджанову фотографии с места происшествия, – сказала Анна.

– И что?

– Узнала много интересного.

– Поздравляю.

– Теперь о вещественных доказательствах по делу Савельева. Вы их осмотрели?

– Зачем? Это бы ничего не дало. Их и до меня много раз осматривали. Взгляните на перечень улик: пистолет, две стреляные гильзы и дамская сумочка со всяким барахлом.

– Где это хранится? – От возмущения Анна потемнела лицом, но ее глаза выражали всего лишь холодное любопытство.

– Кажется, вещественные доказательства по делу передали в область.

– Они мне нужны.

– Для этого нужно оформить разрешение с подписью Домрацкого или Демина.

– Вот вы этим и займетесь.

Шкарбун раздраженно перекинула документы из стопки в стопку и заявила:

– Документы оформлю, но за уликами не поеду.

– А мне это не нужно. Завтра я сама еду в Энск переговорить с Воронцовым, заодно загляну в хранилище.

Ирина Ивановна направилась к выходу и уже взялась за дверную ручку, но Стерхова остановила ее:

– Вернитесь! Вам нужно сделать запрос на местную АТС по поводу смены номеров. Запросите действующие номера шести абонентов. Список старых лежит у вас на столе.

Шкарбун вышла из кабинета и, по обыкновению, хлопнула дверью громче, чем следовало. Но это ничуть не тронуло Стерхову: ей приходилось подчинять и не таких строптивых сотрудников. Система подчинения и нейтрализации была давно отработана.

Но только Стерхова приступила к работе, ей позвонил Савельев. Помедлив с ответом, она мысленно уточнила моменты, которых не следовало касаться в разговоре с шефом.

– Здравствуйте, Юрий Алексеевич.

– Что-то не звонишь. Ну как там?

– Пока ничего существенного, – сдержанно проронила Анна.

– Да ты смеешься надо мной! – закипел полковник. – Пять дней в Урутине, и никаких результатов?!

– Давайте договоримся… – Начав говорить, она сделала паузу. – До тех пор, пока я здесь, вы никогда не будете на меня кричать или давить.

– Прости…

– Могу вас уверить: я делаю все, что в моих силах.

– Хоть что-нибудь расскажи, – попросил Савельев.

– Я говорила со следователем.

– Так…

– Поговорила с вашей сестрой.

– Она мне звонила.

– Мне очень нужна встреча с родителями.

– Я же просил их не трогать!

– В деле обнаружилось множество нестыковок и противоречий. К тому же надо осмотреть автомобиль.

– Не понял…

– Осмотреть автомобиль, в котором погиб ваш брат, – повторила Стерхова. – В этом случае, как вы понимаете, встреча с родителями неизбежна.

– И что? Батя все еще держит этот драндулет в гараже?

– Так сказала ваша сестра.

– Послушай, Анна… – Савельев понизил голос, – отец очень болен. Прошу тебя, будь с ним поаккуратнее.

– Это я обещаю.

К концу разговора полковник вернулся к официальному тону:

– Нужна моя помощь?

– Да! – уверенно ответила Стерхова, как будто ожидала этого вопроса.

– Ну излагай.

– Требуются экспертизы ДНК. В урутинском следственном отделе на это нет денег.

– Сколько? – сдержанно произнес Савельев.

– Точно не скажу, но, думаю, много.

– Можешь объяснить для чего?

– Необходим сравнительный анализ профилей ДНК, чтобы подтвердить или исключить наличие останков вашей племянницы.

– Ах вот оно что… – Он тяжело вздохнул. – Тогда подготовь материал, а я тут обо всем позабочусь. Как только позвоню, мухой – в Москву. И учти, сразу вези все, что нужно. Другого шанса не будет.

– Спасибо!

Стерхова еще не закончила разговор, когда распахнулась дверь и в кабинет вбежал Иван Николаевич Рябцев.

Анна прикрыла трубку рукой:

– Что случилось?

– Нам надо срочно поговорить!

– Ну что там у тебя? – Из трубки послышался недовольный голос Савельева.

– Юрий Алексеевич, я позже вам перезвоню. – Стерхова положила трубку, встала из-за стола и повторила: – Что случилось?

– Сначала сядьте… – выдохнул Рябцев и обессиленно рухнул на стул. Потом приложил руку к груди и спросил: – Есть валидол?

– Подождите, где-то была аптечка. – Стерхова бросилась к шкафу, но Иван Николаевич ее остановил:

– Не надо! Сядьте! Есть разговор.

Анна послушно села:

– Что за спешка? Могли бы и позвонить.

– Простите, забыл сохранить номер.

– Ну, говорите.

– Найдите в телефоне пятую фотографию!

– Пожалуйста, уточните…

– Из тех, что вы мне прислали.

Стерхова покопалась в переписке и открыла нужную фотографию:

– Проломленное ограждение… Что здесь не так?

– Увеличьте по максимуму, центрируйте справа.

– Увеличила…

– Теперь смотрите на перила и на стойки. Видите?

– Нет. Ничего я не вижу.

Вскочив с места, Рябцев потянулся через стол и выхватил у нее телефон. Взглянув на экран, он воскликнул:

– Да вы же не там смотрели! – Переместив изображение, он вернул телефон Анне: – Вот!