Стиль подлеца - Чингиз Абдуллаев

Из соседних подъездов начали появляться люди, встревоженныевыстрелами.

— Не думаю, — возразил Дронго. — Если бы онихотели нас убить, то вполне могли подождать, когда мы начнем переходить улицу.Скорее хотели просто припугнуть.

Людей собиралось все больше. Любомудров, морщась, пыталсявстать, но нога болела слишком сильно.

— Помоги ему, — предложил Дронго Андрею Ильину ибросился обратно в подъезд. Поднялся наверх и снова стал с остервенениемзвонить, изо всех сил нажимая на кнопку. Дверь открылась. На пороге стоял тотже, но рассвирепевший молодой человек с большим кухонным ножом в руках.

— Я тебя убью, — прохрипел он, делая выпад правойрукой. Дронго, схватившись за дверную ручку, потянул на себя дверь и прищемилего руку. Тот закричал от боли, нож упал на пол. Дронго поднял нож и толкнулдверь. Молодой человек отлетел в комнату. Дронго вошел в квартиру и, услышавшум на кухне, поспешил туда. Светлана стояла у окна. Она должна была видеть,что именно случилось на улице перед ее домом.

— Ты все видела? — крикнул Дронго. — Имя!Скажи мне имя. Кто с тобой разговаривал? Или кто пытался установить в номерекамеру во время твоего дежурства? Скажи мне имя и беги из города. До следующегочетверга. После него тебя уже не тронут. Скажи мне имя! Ты знаешь человека,который устанавливал там камеру или ее снимал? Быстрее говори, иначе вследующий раз будут стрелять в тебя.

— Лысаков, — пробормотала она, — ГеоргийЛысаков. Майор милиции. Он работает в милиции нашего округа. Он сказал мне,чтобы я никому не говорила о камере. Под картиной ничего не было. Толькопровода, место от которых там осталось. Я сразу заметила, что ее перевешивали.Но он меня предупредил, чтобы я никому не говорила. Внизу, под картиной, былоуглубление, куда спрятали небольшую камеру. Вы думаете, они меня убьют?

— Быстро бегите из квартиры. Вам нужно продержаться доследующего четверга. Потом никому не будет до вас дела, — сказал он напрощание. — Только не оставайтесь в квартире, — добавил он, ужевыбегая в коридор.

Выходя из квартиры, он достал носовой платок и протеркухонный нож, чтобы не оставлять на нем своих отпечатков пальцев. После чегобросил нож на пол и вышел, сильно хлопнув дверью. Внизу в машине его ждалиАндрей Ильин и стонавший на заднем сиденье Викентий Алексеевич. Пришлось ехатьв больницу и долго ждать, пока рентгеновские снимки и врачебный осмотр неподтвердили первоначальных подозрений. У Любомудрова не была сломана коленнаячашечка, но он довольно сильно ушиб ногу, когда Дронго толкнул его на землю.Викентия Алексеевича отправили домой, порекомендовав несколько дней постельногорежима. И лишь потом пришлось ехать в милицию и долго объясняться, почему и ктов них стрелял. Причем сотрудников милиции больше всего интересовал вопрос,почему не попали. Обычно в таких случаях убийцы действовали наверняка. А здесь имеласьлишь не очень сильно ушибленная нога Любомудрова. Принимать во вниманиепистолет Ильина, с которым он бежал от своей машины, было несерьезно. И тем неменее неизвестные появились у дома Коптевой, дали длинную автоматную очередьнад головой Дронго и Любомудрова и быстро умчались, как будто в их планывходило именно такое странноватое нападение. Их промурыжили до шести утра,будто стреляли сами потерпевшие.

Когда они наконец закончили, настало утро. Утро третьегодня. Дронго вышел к машине — уставший, огорченный, мрачный. Посмотрел на часы.Ильин едва не заснул за рулем, пока они доехали домой.

— Немного поспи, — посоветовал Дронго, — изаезжай завтра к двенадцати. До свидания.

Андрей кивнул на прощание. Действительно хотелось спать и нио чем не думать.

Было ровно двенадцать утра, когда Андрей подъехал прямо кподъезду дома, где жил Дронго. Тот спустился вниз, мрачный, неразговорчивый.

— Что случилось? — спросил Ильин, когда Дронгоуселся в его «Ауди».

— Ты с самого утра уже сделал три ошибки, —недовольно проворчал Дронго, — и, если будешь продолжать в том же духе, мывряд ли добьемся результатов.

— Какие ошибки? — не понял Андрей. — О чем выговорите?

— Во-первых, не нужно было подъезжать к моему подъезду.Мог остановиться около дома, а еще лучше — на противоположной стороне улицы.Во-вторых, нужно было вообще сменить машину, ваш автомобиль уже навернякаизвестен тем, кто попытался вчера нас припугнуть. И в-третьих, крайненеосмотрительно сразу трогать с места, как только я сажусь к тебе в машину.Вполне вероятно, что за нами следят, и лучше, выждав секунду, оглядеться и лишьзатем выезжать со двора.

— Учту, — мрачно буркнул Ильин. Ему былонеприятно, что Дронго заметил сразу столько ошибок.

— Где ты раньше работал? — спросил Дронго.

— В охранном агентстве, — ответил Андрей. —Вернулся после армии и пошел в охранное агентстве. Я был десантником, и менясразу взяли. Ну а потом уж перешел работать к Федосееву.

— Странно, что он сделал тебя своим заместителем. Тыведь не работал с ним до того, как попал в компанию?

— Нет, не работал. Но он, по-моему, вообще не оченьдоверяет своим бывшим коллегам, которых знал раньше. Он мне однажды сказал, чтослишком хорошо представляет себе, как можно уговорить бывшего офицера сдатьсвоих друзей.

И я понял, что он не очень доверяет своему прежнемуокружению.

— Понятно. Что-нибудь узнали о Лысакове?

— Майор милиции. Действительно работает в местномуправлении. Старший инспектор уголовного розыска. По работе характеризуетсяочень положительно. Правда, многие считают, что он слишком крутой. Результатыдействительно неплохие, у него, видимо, обширная агентура. Один раз его хотеливышибить из органов, три года назад, но потом дело замяли.

— За что хотели уволить? — поинтересовался Дронго.

— Избил сослуживца. Что-то не поделили. Но они не сталиподавать друг на друга жалоб, и дело замяли.

— Избил коллегу, — раздумчиво повторилДронго. — Представляю, как он относится к подозреваемым. Отсюда и его«положительные результаты». Интересная деталь. Что еще?

— Женат. Но детей нет. Спортсмен. Бывший боксер, мастерспорта. Считают, что он вполне может получить подполковника. Ничегокомпрометирующего найти не удалось.

— Поехали в милицию. Поговорю с этим «будущимподполковником», — решил Дронго.

— Добро, — кивнул Ильин, — но он будет толькопосле перерыва. Я уже позвонил и узнал, когда именно Лысаков бывает вуправлении.

— Из трех ошибок снимаю одну, — добродушно заметилДронго, — раз позвонил и все узнал утром, до нашей встречи, значит,молодец.

— Куда ехать?

— В ваш офис. Попытаемся узнать, что происходит воЛьвове. Может, оттуда есть новые данные.