Фанера над Парижем - Людмила Милевская

Я присела рядом и, гладя ее по голове, произнесла речь,полную жизненной мудрости:

— Так уж в этой жизни бывает: после радости неприятности потеории вероятности. Все как в песне поется. Вот взять хотя бы меня. Толькообрела счастье со своим первым мужем, и как нам хорошо было! Казалось бы, всеесть: и деньги, и квартира, и даже импортный холодильник — только живи ирадуйся, но тут случилась свекровь. Примчалась и так раскатала губы управлятьмною — думала, я стану ее донором. Я же не пожелала сдавать ей свою кровь исразу нашла… другую свекровь, хотя искала только мужа. Тебе повезло, твой муждожил до того возраста, когда о свекрови не может быть и речи.

Напрасно я вспомнила про ее мужа: начавшая былоуспокаиваться Леля опять залилась слезами. Это отняло у меня лишних полчаса, аможет, отняло бы и более, если бы не зазвонил телефон. Да, да, он опятьзазвонил, и Леля на этот раз сама к нему подошла. Каким-то чудом ей удалось успокоитьсяи даже внятно сказать:

— Я вас слушаю.

По выражению ее лица я поняла, что это все тот же волнующиймужской голос.

— Это подруга в гости заходила, — стала оправдываться Леля.— Но теперь я одна.

Видимо, голос упрекал ее в том, что в прошлый раз трубкусняла не она. Каков наглец!

Я напряженно следила за Лелиной мимикой на протяжении всегоразговора, впрочем, он был недолгим. Леля сказала:

— Да-да, я и так делаю все возможное, — и повесила трубку.

— Кто это? — спросила я.

— Не знаю, — горестно пожала плечами Леля. — Онтерроризирует меня уже два дня.

— Чего он хочет?

— Денег. Выкуп за Сашеньку.

— И много потребовал этот подлец?

Леля назвала сумму; меня едва не хватил апоплексическийудар.

— Это же неразумно! — воскликнула я. — Даже у Турянского неттаких денег! Он что, сошел с ума, этот похититель?

— Нет, он с ума не сошел, просто сделал глупость, — сказалаЛеля. — Вот если бы он похитил меня, то Сашенька в два счета нашел бы длявыкупа деньги, я же рассчитываю лишь на то, что похититель одумается исогласится взять столько, сколько я сумею для него достать, а пока продаю все,что только возможно. Два своих лучших платья уже продала и дачу выставила напродажу. Два автомобиля, похоже, задарма придется отдать. Уже есть покупатели.

Мне стало смешно: дачу, два автомобиля. Это же капля в море!

— Дорогая, а ты уверена, что твой муж еще жив? — жутконервничая, спросила я.

— Вчера мне дали послушать его голос.

— Ха! Голос! Голос можно записать на магнитофон. Ты с нимразговаривала?

— Нет, — заламывая руки, воскликнула Леля. — Нет! Но что мнеделать? Я схожу с ума! Всю ночь не спала, не ем, тоскую! Мне страшно! Страшно!

Сердце мое разрывалось от жалости к этой несчастной. Надо же— так повезло и следом так не повезло!

— Успокойся, — воскликнула я. — Мы вернем твоегодрагоценного мужа.

Глаза Лели загорелись надеждой:

— Думаешь, это возможно?

— Возможно, когда за дело берусь я, Софья АдамовнаМархалева!

Я сразу приступила к делу. Для начала мы спустились в нижнийхолл и сварили новую порцию кофе, только на этот раз мы добавили в негоизрядную дозу коньяка. После этого я поудобней устроилась в кресле, поджала подсебя ноги, прикрылась пледом и скомандовала Леле:

— Рассказывай.

— А что рассказывать? — удивилась она. — Ты в общем-то всеуже знаешь. Сашенька исчез, его похитили позавчера утром.

— Когда выкуп потребовали?

— В одиннадцать утра уже и выкуп потребовали, так что долгомучиться неизвестностью нам не пришлось.

— Кому «нам»? — удивилась я.

— Ну, мне и сотрудникам банка.

Я ужаснулась:

— Они что, все, как один, в курсе?

— Нет-нет, — успокоила меня Леля, — исчезновение Сашенькидержится в строжайшей тайне, но это становится все сложней и сложней. Ещенемного, и все узнают, что он ни в какой не в командировке. Тогда!..

Леля закатила глаза. Я попыталась представить, что будет,если все узнают, и ничего ужасного в этом не нашла, хотя минуту назад и самаужасалась.

— А почему ты решила, что похищение надо держать в тайне? —поинтересовалась я.

— Перцев мне так порекомендовал.

— Перцев, Перцев, где-то я уже слышала эту фамилию… Кто он?

— Компаньон моего мужа. Когда-то, еще в советские времена,когда Сашенька в крупном чине работал в министерстве, этот Перцев был у него вподчинении. Говорят, был красавец писаный, что теперь уже совсем незаметно.

«Точно, — вспомнила я, — он же компаньон Турянского, Тамаркамне о нем говорила. Темная личность этот Перцев, подпись поставил, а денег недает, на пропавшего банкира ссылается. А может, он и должен так поступать, я жев этих банковских делах совсем не разбираюсь. Эх, хоть бери и учись».

— А как аргументировал Перцев свой совет держать похищениеАлександра Эдуардовича в тайне? — поинтересовалась я.

— Сказал, что раз похитители приказали ничего никому неговорить, так лучше их не злить, — с горестным видом сообщила Леля.

— Ах, так это похитители захотели держать все в тайне, —прозрела я. — Слушай, а почему бы нам в милицию не обратиться?

Леля запаниковала.

— Ни в коем случае! — закричала она. — Бандиты меняпредупредили, что если я обращусь в милицию, уже на следующий день трупСашеньки будет лежать у дверей его банка.

«Да-ааа, — подумала я, — с милицией что-то не то у меняполучилось. Разве можно так рисковать?»

— Хорошо, обойдемся без милиции. Можно подумать, тамнайдется хоть кто-то умней меня. Значит так, очерчиваем четкую линию. Кто мог похититьАлександра Эдуардовича, как ты думаешь?

Леля лишь развела руками:

— Если бы я знала…

— Пойдем методом исключения. Очевидно, это не абсолютнопосторонний человек. Во всяком случае, тот, кто знает о существованииАлександра Эдуардовича. Кстати, как это произошло? Откуда его похитили?

— Трудно сказать. Вчера утром, когда Сашенька завтракал,кто-то позвонил ему на мобильный. Я не прислушивалась к разговору, но вобщем-то поняла, что его просят о срочной встрече.