Голая и жестокая - Владимир Колычев

– Ни у кого. Только у меня и у нее.

– Скажите, с ваших ключей кто-то мог снять слепки?

– Такое вряд ли возможно.

– Когда вы в последний раз были у Татьяны Чиркиной?

– Вчера. Что бы она там ни говорила, но находилась дома.

– Вы вступали с ней в интимные отношения?

– Нет, вчера ничего такого не было.

– А обычно случалось?

– Это имеет какое-то отношение к делу?.. Черт! – Клюев-старший экспрессивно шлепнул себя ладонью по лбу. – Да как я сразу не понял!

– Что такое, Денис Викторович?

– Интимные отношения можно доказать! Взять анализ, провести экспертизу! Но у нас ничего не было. Значит, и я там не присутствовал.

– Когда вы приехали к Чиркиной?

– Где-то в половине четвертого.

– Когда уехали?

– В районе семнадцати.

– Кто видел, как вы к ней заходили?

– Консьержки у нее в подъезде нет. Она ведь это знала! – Денис Викторович приподнял руки, как будто для того, чтобы шлепнуть себя ладонями по коленкам, но сдержал свой порыв.

– Кто из соседей видел? Кого вы встретили на своем пути?

– Вы полагаете, что я об этом не думал? Конечно же, вспомнил. Не было никого! Никто меня не видел. Если только из окна. Я весь этот чертов дом на уши поставлю, подключу своих людей. Мы найдем свидетелей, которые видели, как я выходил из дома. Да, можно еще и провести локализацию моего телефона, определить его расположение в районе шестнадцати часов. Вы убедитесь в том, что в это время он находился в квартире Чиркиной.

– Ваш телефон мог пребывать где-то в районе ее квартиры. Лежать, допустим, за какой-нибудь батареей.

– Зачем?

– Вы же известный адвокат, Денис Викторович, у вас богатая практика. Давайте не будем отнимать друг у друга драгоценное время! – выдал Архаров и усмехнулся.

– Вы думаете, что я устроил себе алиби?

– Думать будет следователь. Мое дело – обеспечить его фактами.

– Фактами и выводами, – добавил Клюев-старший.

– Выводы будут. Но потом. Сначала давайте о фактах. А по ним выходит, что ваше алиби находится в руках у Чиркиной.

– Да, получается так.

– Тогда почему она не хочет помочь вам?

– А Татьяна вовсе не для того заманивала меня в ловушку, чтобы я оттуда выбрался.

– А для чего?

– Меня подставили! Я точно знаю, что так оно и было!

– С вами пытаются свести счеты?

– Да, именно это и происходит.

– Чиркина играет на стороне этих людей?

– Да, Татьяна забила гол в мои ворота.

– А может, она сама сводит с вами счеты?

– Нет, вряд ли. У нее не хватит на это ума.

– Брошенная женщина опасна. Она могла жестоко отомстить и вам, и своей сопернице. Татьяна знала про Ольгу?

– Нет, я ей ничего не говорил. Она, конечно, могла догадываться.

– А с Ольгой она отношения выяснять не пыталась?

– Нет, не пыталась. Во всяком случае, Ольга мне ничего не говорила.

– Она могла и не выяснять, просто молча принять решение и так же тихо исполнить его. – Архаров постучал по столу тупым кончиком карандаша.

– Как Татьяна сумела плеснуть в Ольгу кислотой, если в момент преступления она находилась со мной?

Егор усмехнулся, удивленно вскинул брови. Ход следствия должен раскручиваться по спирали. Очень плохо, когда он входит в замкнутый круг. Впрочем, даже на этот случай может найтись винт с хитрой резьбой.

Чиркиной кто-то звонил вчера ночью, в два часа сорок четыре минуты. После того как лейтенант Клюев побывал в «Хрустальных ключах», а как незнакомку с рюкзаком и в рыжих ботинках заметили соседи Ольги.

Архаров обвел маркером номер телефона, прошелся глазами по списку, нашел такую же комбинацию цифр. Два звонка в течение вчерашнего дня – и оба входящие.

Егор взял телефон, набрал номер, но дозвониться до абонента не смог.

В дверь постучали, появился капитан Пирожников, никогда не унывающий человек-непоседа с улыбкой, которую мог погасить только фотограф объективом своей камеры. Этот субъект выглядел серьезным только на снимках.

– Товарищ майор, мир спасать будете? – весело спросил он.

Архаров знал, за кем ездил Пирожников, поэтому сообразил, к чему клонит этот пройдоха.

– А красоту привез?

– Так точно! – Пирожников отошел в сторонку, освобождая путь для Татьяны Чиркиной. – Проходим, гражданка! Раздеваемся! – Семен поднял руки, потер пальцами, собранными в щепотку.

Он помог женщине снять пальто, весело подмигнул ей и был таков. Она невольно улыбнулась ему вслед.

– Орел! – с усмешкой сказал Архаров.

– Да, что-то в нем есть, – проговорила Чиркина, усаживаясь на стул.

– Мой вам совет, Татьяна, если он к вам в камеру вдруг залетит, гоните его прочь.

– Ко мне в камеру? – опешила женщина.

– Не буду ходить вокруг да около. – Архаров смахнул со стола протоколы допроса и положил их перед Чиркиной. – Это показания свидетелей, которые видели вас вчера ночью, когда вы выходили из квартиры гражданки Платоновой.

– Меня?! Ночью?! – Татьяна захлопала глазами, удивленно и растерянно посмотрела на него.

– Вы почитайте, вам все станет ясно.

Егор практически не сомневался в том, что Чиркина отмахнется от нудной процедуры. Но женщина взяла один протокол, сначала бегло просмотрела текст, а потом стала вчитываться в него.

Архаров надеялся, что Татьяна не сможет осилить документ, но она одолела его до конца.

– А с чего вы взяли, что гражданка Беляева видела именно меня? Тут же ясно написано, что лицо она не разглядела. – Чиркина смотрела на него с глупым видом, но Архаров уже понял, что имеет дело с умной женщиной, которая только прикидывается тупицей. – Да и серой куртки у меня нет. Темно-синие джинсы есть, а рыжих ботинок тоже не найдется.

– Проведем обыск – найдем.

– Обыск вы проведете потом, а обманываете меня сейчас. – Татьяна смотрела на него как маленькая девочка, которую обидел взрослый дядя.

– Еще у вас есть ключи от квартиры Ольги Платоновой, – сказал Архаров, настраиваясь на серьезное противостояние с этой хитрой бестией.

– Откуда?

– Вы сняли слепки с ключей вашего любовника и по ним изготовили дубликаты.

– Где это написано? – Татьяна взяла второй протокол, стала вчитываться в текст.

Егор едва удержался от искушения отобрать у нее бумаги.