Ловелас в законе - Владимир Колычев

Никита закрыл машину и увидел Дашу. Она шла к нему и невинно улыбалась. Распущенные волосы, облегающее платье средней длины, цокот каблучков. Он понимал, что не мог издалека уловить запах ее духов, но в нос ему приятно пахнуло.

Что это, иллюзия? Если да, то это означает, что его сознание позитивно настраивается на нее. Но почему тогда он видит ее в негативе, смотрит на нее с кислым видом?

— Привет! — Она вплотную подошла к нему, подставила щеку для поцелуя.

Но Никита даже не шелохнулся. Да, он плохой парень и не уважает девушек, которые сами навязываются.

Даша не растерялась, обняла парня, приложила щеку к его губам. Отталкивать он ее не стал. Это было бы уже слишком.

— Мне нужна твоя помощь, — сказала она.

Никита иронично повел бровью. Ну да, в прошлый раз она тоже нуждалась в его помощи, и на этой волне вплыла к нему в постель. Сейчас тот же финт. Но тогда было неплохо. Утром он даже не хотел расставаться с ней. Правда, дело скорее было не в Даше, а в том, что ему нужно было ехать на смену, но похмельный организм сопротивлялся насилию над собой.

— Стас в бегах, его ищут, — сказала Даша, оглянулась, взяла Никиту за руку и повела к подъезду.

Нельзя ей оставаться на виду, нужно скрыться от посторонних глаз. Так он должен был ее понять, но почему-то не хотел входить в ее положение.

— Кто ищет? Ряженая полиция?

— Я могла и не говорить. — Даша продолжала тянуть его к подъезду, и он все-таки пошел за ней.

В конце концов, ему в любом случае нужно домой, чтобы помыться, переодеться и отправиться на свободную охоту. А Даше он скажет, что ему нужно к родителям. Не захочет же она знакомиться с его мамой. Или напросится?

— Нет, полиция была настоящей. Почти.

— Почти?..

— Но брали не Стаса.

— Почти не брали или почти не Стаса?

— Был там один в толпе. На нем два убийства, из них три смертельных.

— Смешно. Почти.

— На самом деле это было шоу. Я же говорю, Стасу надо чем-то брать толпу. Работа у него такая. Людям понравилось. Порадуйся за них. — Даша уже не тянула Никиту, просто шла, а он следовал в ее фарватере.

— Значит, Стаса почти ищут?

— Его ищут по-настоящему. Настоящая мафия.

— Мафия? Да, я знаю такую игру.

Они зашли в лифт, створки закрылись, но у Никиты не было никакого желания расчехлять Дашу, как это было в прошлый раз. Спасибо, сыт по горло.

— Это не игра. То есть игра, но живая. Хотя она и делает людей мертвыми.

— И тебя может сделать?

— Нет, меня убивать не станут. Я — наживка, на которую они будут ловить Стаса.

Никита вздохнул и открыл дверь. Не хотел он впускать в дом Дашу, но разве ж ее остановишь? Легче с Федором Емельяненко в октагоне справиться, чем с ней — здесь.

— Ну а потом и убить могут, — сказала она, переступая порог.

— Поэтому тебе нужно спрятаться, — заявил Никита и закрыл дверь.

Даша резко повернулась к нему, посмотрела в глаза и проговорила:

— И еще меня могут изнасиловать. Давай лучше ты это сделаешь. — Она задорно улыбнулась.

— Прямо сейчас?

— В этой грязи?! — Она обвела рукой пространство вокруг себя. — Ну уж нет!

— Да не грязно у меня. Просто не убрано.

— Да? — Даша зашла на кухню, посмотрела на плиту, окинула взглядом стол, открыла холодильник. — Да и есть у тебя нечего.

— Почему пустой? Колбаса есть.

— Какой плесени, первой или второй?.. Я тебе сейчас список составлю, давай дуй в магазин.

— Вообще-то, меня родители на ужин ждут. Ладно, сейчас душ приму и пойду за продуктами.

Душ Никита принял, а когда вышел из ванной, в доме вовсю кипела работа. Даша отовсюду выгребала мусор, да и список уже успела составить.

— Давай сначала в магазин, а потом уже к родителям, — сказала она.

— Я на ночь могу у них остаться.

— Вот и отлично. К утру у тебя здесь все будет блестеть, как у кота… масленица.

— Это лишнее.

— В платье пахать неудобно, халата у тебя нет. Ничего, если я по дому голой буду ходить?.. Когда тебя не будет, разумеется.

— Рубашку мою можешь надеть. — Никита достал из шкафа старую, но чистую рубашку в светлую полоску.

Даша ее забрала, а его отправила в магазин.

Вернулся он с полными пакетами продуктов.

В гостиной все вверх дном. Ковер с пола убран, диван отодвинут, кресло вообще в прихожей.

— Нормально все? — спросила Даша.

Никита дал ей самую длинную из своих рубашек, но на ней она казалась короткой. Ноги длинные, обнаженные, кожа гладкая как шелк.

— Да, вот купил.

— Хвоста за собой не привел?

— Он от меня и не уходил.

— Продукты пока на стол положи.

Оказалось, что Даша размораживала холодильник.

Никита пожал плечами, переоделся и тоже взялся за дело. Даша вылизала комнату, а он убрался на кухне, вернее сказать, закончил то, что она начала, а потом сходил на улицу и выбил ковер. Оказывается, просто пропылесосить его было мало. Даже мама так далеко не заходила, а уж она-то знала толк в домашней уборке.

Он вернулся с ковром, а Даша уже заканчивала с ванной. И там у нее шик-блеск.

— Явился?.. — спросила она, с иронией глядя на него. — И запылился. Давай в душ. А потом уже к родителям.

— Как же я тебя здесь одну оставлю?

— Не бойся. Я ничего не украду.

— Да здесь и красть нечего. А пол до соседей протереть можно. — Никита ткнул пальцем вниз.

— Можно и до соседей, — согласилась она. — Но на это уйдет много времени. Ты хочешь, чтобы я навсегда здесь осталась?

— Я хочу?

— Я подумаю. Но ничего не обещаю. Отдыхай пока, а я что-нибудь на стол придумаю.

Даша закончила с уборкой, взялась за готовку. К полуночи ужин был готов. Виски к столу она подала холодным, себя — горячей. Приняла душ, надела другую рубашку, покороче. Никита попробовал удержаться от соблазна, но ничего из этого не вышло.

Утром, уже после завтрака, она опять подала себя в постель.

— Я буду хорошей, — сказала Даша, остывая. — Ты не пожалеешь, что пригрел сирую и убогую.

— Ну, не такую уж и убогую. До Стаса дозвонилась?

— Забудь. Он как минимум отключил телефон.

— А если отключат его самого?

В ответ Даша вздохнула, загрустила, легла, включила телевизор и какое-то время тупо смотрела на экран.