Досье на Крошку Че - Дарья Донцова

Девочка моментально поняла: папа записал для памяти днирождения близких родственников. Мама — это Лидия Константиновна, Катя — онасама, а Юля — погибшая жена. Но что же получается? Юлечка умерла в день своегорождения? Почему она в такой праздник отправилась на дачу, да еще одна? Незахотела созывать гостей? И еще: кто такие Фаина Сергеевна и Петр Григорьевич?

Сгорая от любопытства, Катюша подошла к бабушке и сказала:

— Искала в библиотеке справочник по русской литературе,мне сочинение писать надо.

— Нашла? — поинтересовалась Лидия Константиновна,не отрывая взора от экрана телевизора, где в тот момент передавали новости.

— Не-а, — протянула Катя.

— Подожди, папа домой вернется и даст книгу.

— Зато вон чего с полки выпало, — сообщиладевочка, показывая потертый ежедневник. — Ба, скажи, когда у моей мамы былдень рождения?

Лидия Константиновна вздрогнула:

— Зачем тебе?

— Интересно. Мы всегда ездим на могилу девятогооктября.

— Верно, это дата гибели твоей несчастной мамочки.

— А почему не навещаем кладбище в день рождения?

Бабушка замялась, потом сказала:

— Извини, деточка, твоя мама была сиротой, и мы…

— Как? — изумилась Катя. — Ты мне об этом неговорила. И вообще.., получается, что я ничего про мамину родню не знаю.

Лидия Константиновна грустно улыбнулась:

— Ладно, расскажу, ты уже выросла, пора и правдуузнать. Мы с папой берегли тебя от негативных эмоций, но, похоже, следуетприподнять завесу над прошлым.

Информация, выданная бабусей, звучала шокирующе: Юля былаподкидышем. Кулек с пищащим младенцем нашли на пороге одной из больницнебольшого подмосковного городка. Случилось это девятого октября. Девочке,замотанной в рваные тряпки, по виду дали десять дней от роду, но в документахдатой рождения поставили число, когда ее нашли. Юля никогда не отмечала самыйлюбимый людьми праздник.

— Я появилась на свет неизвестно когда, —объяснила она свою позицию Лидии Константиновне, — и, похоже, мое рождениене доставило особой радости родителям. Поэтому пить шампанское девятого октябряне хочу. Лучше мы откупорим бутылочку тридцать первого декабря.

— Почему? — удивилась свекровь. — Это жеНовый год.

Юлечка засмеялась:

— Ты забыла! Тридцать первого декабря я познакомилась сженщиной, которая стала мне мамой, — с тобой!

Так с тех пор и повелось в семье Тришкиных.

— Ясно, — кивнула Катя. — А кто такие ФаинаСергеевна и Петр Григорьевич?

И тут вдруг бабушка посинела, как будто вся кровь от лицаЛидии Константиновны стекла к шее.

— Не поняла… — еле-еле шевеля языком, спросила бабуся.

Удивленная столь резкой реакцией на самый невинный вопрос,Катя повторила:

— Кто такие Фаина Сергеевна и Петр Григорьевич?

— Но.., откуда… Кто? Кто тебе о них наболтал? —прошептала Лидия Константиновна.

Внучка растерялась. Но потом ткнула пальцем в ежедневник.

— Тут есть список дней рождения, — пролепеталаона, — самых близких людей. Вот я и подумала…

Щеки бабули порозовели.

— Ах вон оно как! — с явным облегчениемвоскликнула старушка. — Это наша прислуга. Брат и сестра, Петр и Фаина.Она убирала квартиру, он по мелочи помогал. Умерли они давно, ты крошкой была ине помнишь их.

Катя сделала вид, что поверила бабушке. Но скажите,пожалуйста, каким образом Фаина СЕРГЕЕВНА и Петр ГРИГОРЬЕВИЧ могут быть братоми сестрой, а?

* * *

Катя замолчала и глянула на меня. Я пожала плечами.

— Очень просто. Во-первых, вполне вероятно, что родстводвоюродное, во-вторых, мама могла их родить от разных отцов.

— Нет, — помотала головой Катя, — бабуля меняобманула.

— Почему ты так решила?

— Я положила ту телефонную книжку в библиотеке, а утромона исчезла. До сих пор найти не могу.

— Бывает, — вздохнула я. — Один раз тожедолго искала именно телефонную книжку. Прямо извелась и решила, что потеряла.Очень, помню, расстроилась. А через неделю начала размораживать холодильник иобнаружила книжечку в глубине морозилки — положила ее туда машинально, вместе смясом.

Катя хихикнула, потом удивленно поинтересовалась:

— А за фигом холодильник размораживать?

Да уж, современным девушкам трудно представить, какие заботылежали на плечах их мам и бабушек. Мы кипятили белье на плите, не могли купитьпамперсы, гладили тяжеленными утюгами и отскребали намертво налипшие остаткипищи от алюминиевых кастрюль и гнутых сковородок. Об автоматических стиральныхмашинах, тефлоновых покрытиях и холодильниках «ноу фрост» никто даже и неслышал, потому что их просто не было. Впрочем, по той же причине мы ничего незнали о плоских телевизорах, компьютерах, Интернете и видеомагнитофонах. Я ужне говорю о всяких там плеерах, мобильных телефонах, электронных замках ипрочих благах цивилизации. Простой катушечный аудио-магнитофон под названием«Весна» вызывал восторженный озноб.

А еще было время, когда по четвергам Останкино не работало иголубые экраны в квартирах счастливых обладателей теликов оставались темными.Кстати, «ящики» были огромными, зато экранчик имел размер с ладошку, и передним торчала лупа, куда следовало наливать воду. Назывался сей агрегат «КВН». Яне знаю, как правильно расшифровывается аббревиатура, но ехидные москвичиговорили:

— «КВН»? Это очень просто! Купил — включил — неработает.

Ладно, хватит предаваться воспоминаниям. Как все это в двухсловах объяснить Кате? Поэтому я просто у нее спросила:

— Что ты от меня хочешь?

— Найдите, кто убил мою маму, — резко ответиладевочка.

— Она погибла в катастрофе.

— Неужели не поняли? Папа и бабушка врут!

Я замялась, потом спокойно ответила:

— Если твой рассказ точен, то в версиях твоего отца иЛидии Константиновны есть мелкие нестыковки.

— Вот!

— Но.., извини, конечно…

— Говорите!