Водоворот чужих желаний - Елена Михалкова

Он походил по комнате, раздумывая, затем повернулся кИлюшину, сидевшему с непривычно серьезным выражением лица.

– Надо поднимать архивные материалы по тойбанде, – сказал он. – И узнавать, где жила и чем занималась Белова.Этим я займусь. Извини, Макар, тебе придется пока ждать результатов – это будетне скоро.

Илюшин помолчал, поднял на Сергея серые глаза.

– Спасибо, Серег. Я тебе очень благодарен. Чем я могупомочь?

«Ты можешь стать прежним довольно вредным Макаром, –мысленно ответил Бабкин. – Говорить мне „мой неторопливый друг“ и всяческиподчеркивать свое превосходство. Мне, оказывается, легче иметь дело с такимИлюшиным, чем с тем, который сидит сейчас передо мной и проживает заново то,что случилось пятнадцать лет назад».

– Ты можешь вспомнить все, что знаешь о Беловой, –вслух сказал он. – Это пригодится при поисках.

* * *

Получив в конце месяца зарплату и произведя нехитрыеподсчеты, Катя почувствовала себя человеком, сражающимся со снежной бурей. Какбудто мигом закрутило, завыло, темнотой заволокло небо, а она попыталасьпоставить перед метелью нехитрую преграду. Скажем, фанерку. И спрятаться за нейв надежде, что все обойдется.

«Лучше бы голову сунула в песок, как страус, – злоговорила себе Катя, плетясь очередным промозглым московским утром наработу. – Господи, что же придумать?»

Придумать что-то было необходимо, потому что денег,заработанных ею, еле-еле хватало на еду. Расписав вместе со свекровьюпредстоящие расходы, Катя ужаснулась: сколько же ей надо зарабатывать, чтобыобеспечить им жизнь? Мысль о том, что молодая девушка вряд ли может с первогомесяца работы получать достаточно, чтобы прокормить, кроме себя, своего мужа иего родственников, не пришла ей в голову.

Седа предложила сэкономить на еде и покупатьбыстрорастворимые супы и каши, но Катя покачала головой: тогда спустя короткоевремя к их тратам добавится дополнительная – на врача. К тому же Артур –мужчина, ему нужно мясо. А еще они должны платить за электричество, купить ей,Кате, обувь, приобрести проездной… Как же люди выживают на такую зарплату?

– Тебе нужно найти другую работу. – Седа решалапроблему просто. – И не транжирить деньги на орехи. Мы, в отличие от тебя,изюм с курагой не едим!

Катя потеряла дар речи. Дело было в том, что ей пришлосьпридумать, чем перекусывать на работе, чтобы к концу дня не терять сознание отусталости и голода. Обед в кафе по понятным причинам отпадал. Пару раз онапыталась покупать беляши у торговок, но после того, как ее чуть не стошнило от мерзкогозапаха и вкуса жирного теста, с которого на пальцы стекало масло, отказалась отэтой затеи. В конце концов Катя приспособилась: купила на развес орешки исухофрукты, разделила на семь порций, разложила по пакетикам. Один пакетик, изкоторого она таскала свои беличьи припасы в течение дня, позволял ей нечувствовать себя голодной. Катя очень радовалась своей идее и пару дней назадрассказала об этом мужу. Получается, Седа слышала их разговор.

– И чем же ты мне предлагаешь обедать? – спросиланаконец Катя.

– Ты можешь брать с собой суп. Купи термос, вот и все.

Стряпню Седы Катя терпеть не могла, а перспектива самойварить суп, придя с работы, ее не прельщала. Представив же себя, сидящей намокрой скамейке и хлебающей пластиковой ложкой суп из термоса, она засмеялась.Сестра мужа вскочила и быстро вышла из комнаты, хлопнув дверью.

Утром Катя брела к метро, размышляя, где еще можнозаработать денег. При ее графике работы получалось, что больше негде.

– Антуанетта, не ходи туда, малышка, – услышалаона и обернулась. – Там грязно, девочка моя.

В трех шагах от Кати бегала малюсенькая собачка, похожая наожившую игрушку. Тельце ее укутывал малиновый комбинезон, волосики на головебыли собраны в хвостик и перехвачены малиновой же резинкой. Лапки у собачонкидрожали, она нервно водила мордочкой и принюхивалась.

– Ах ты маленькая! – восхитилась Катя, присев накорточки возле игрушечного зверька. – Замерзла?

К собачке семенил такой же маленький и аккуратный старичок.Голова у него была вытянутая, как яйцо, и совершенно лысая. «И не холодно емубез шапки в такую погоду?» – подумала Катя.

– Антуанетта! – строго сказал он. – Ты опятьнападаешь на людей?

– Что вы, она не нападает! – Катя не сдержалась ифыркнула, представив существо в малиновом комбинезоне нападающим на нее.

Собачонка ткнулась Кате в ладонь мокрым носом.

– Надо же, – удивился ее хозяин. –Здоровается! Вообще-то она у меня строптивая особа.

– А что это за порода?

– Йоркширский терьер. Подарили мне ее, и теперь незнаю, что делать. Требует прогулок два раза в сутки, мелочь эдакая! Хоть ималенькая, а все ж собака, тем более – терьерчик! Вечером я с ней гуляю, и дажене без удовольствия, но вот утром… – Старик поежился, сдержал зевок. –Хочется сидеть дома. Пить кофе, греть старые кости, а не ловить эту мадемуазельпо всем дворам.

Собачка забавно сморщила нос и чихнула.

– Будьте здоровы, Антуанетта, – улыбнувшись,сказала Катя и встала, собираясь уходить.

– А еще все эти стрижки, тримминги, – продолжалворчать старик. – Мастер для того, мастер для этого… Кормить ее, видители, надо особенным кормом! Витамины покупать и поводок не абы какой, а удобный!Но все бы ничего, если бы не прогулки.

– До свидания, – вежливо сказала Катя старику икивнула собачке. – Может быть, еще увидимся.

– А вы где-то неподалеку живете?

– Вот в этом доме, в первом подъезде, – показалаКатя и сразу испугалась, не сказала ли чего лишнего.

Тем более что старик наклонил голову и смотрел на нее слюбопытством.

– Неужели? Отчего же я вас раньше не видел?

– Я только недавно переехала, – пробормоталадевушка. – А не видели, наверное, потому, что я работаю. Утром рано выхожуиз дома.

– И во сколько же вы выходите?

– Около восьми. – Голос Кати прозвучал сдержанно,потому что расспросы и вовсе перестали ей нравиться.

Старик помолчал, провел рукой в черной замшевой перчатке посвоей лысине.

– А что вы скажете, если я предложу вам прогуливатьАнтуанетту? – неожиданно спросил он. – Найму вас, так сказать, наработу? А?

Опешившая Катя посмотрела на него. Хозяин собачонки нешутил.

– Будете забирать ее из моей квартиры, скажем, бездвадцати восемь, и к восьми возвращаться. Но обязательно каждый день, и ввыходные тоже!

– А… а сколько вы хотите платить? – осторожноспросила Катя.