Сломанные крылья - Евгения Михайлова

В замке заскрипел ключ, и Оля быстро легла на свое место. Она сделала вид, что спит, но сквозь ресницы разглядывала его. Он чем-то взволнован или испуган. У него что-то случилось. Он походил по погребу, набрал полную кружку воды из бочки и жадно выпил. На старую тумбочку у ее доски он поставил пакет с едой. Может, сегодня не будет приставать? Но он притянул ее дрожащими руками, спрятал лицо в ее волосах. Она сделала вид, что проснулась. Потянулась, сказала уверенно:

– Подожди. Я есть хочу.

Он улыбнулся. Она выпила целый пакет молока, съела две булочки с ванилью. Затем заметила нарезку сыра и растягивала его как можно дольше. Но еда кончилась.

– Я хочу горячего, – сказала Оля.

– Завтра принесу, – с готовностью ответил он, уже раздеваясь.

Она ни разу не открыла глаза, но и оттолкнуть его не пыталась. Когда все кончилось, небрежно спросила:

– А как тебя на самом деле зовут?

– Виктор, – ответил он не сразу. – А почему ты спросила?

– Вася тебе не подходит, – сказала Оля, повернулась на бок и очень ровно задышала. Она становилась актрисой.

Утром Лену окликнула соседка.

– Знаешь, что Вера Михайловна исчезла?

– Как это?

– Да вот дома не ночевала. Пошла вечером вроде в магазин, перед сном, как обычно делала, мне не позвонила. А у меня ключ от ее квартиры. Я зашла утром с консьержкой, а там – никого. Постель не разобрана.

– А вы в милицию заявили?

– Да заявили! Там приколист такой сидит. Говорит, может, у вас инопланетяне всех похищают. Но ты не знаешь самого страшного. Мальчика из этого дома, Петю Соколова, убили прямо возле школы. Вот тебе и инопланетяне!

– Убили?!

– Да. Чем-то по голове ударили, он от потери крови скончался. Врачи так сказали.

– Господи боже мой! Что же делать?

– Родители Пети милицию осаждают, мы больницы обзваниваем. Может, Вере Михайловне просто плохо на улице стало. У нее сердце-то больное.

По дороге к Никите Лена судорожно соображала и решила все-таки ничего сыну не рассказывать. Он сам-то еще не выкарабкался, а тут такое. И все после того, как Оленька пропала. Никита, конечно, решит, что тут банда орудует или маньяк. Сделать ничего не сможет. Только хуже ему будет. Но если действительно банда? Маньяк? В страшном сне не привидится.

– Мама, – сразу спросил Никита, – скажи наконец, Олю ищут?

– Конечно, сынок, а как же! Заявление приняли. Все как полагается.

– Но они хоть что-то обнаружили? След? Улику?

– Может, и обнаружили. Ты же знаешь: у них тайна следствия. Неужели всем рассказывать будут?

– Я тебя прошу, сходи к Олиной маме. Может, ей что-то сказали.

– Схожу обязательно. А вот и Наденька к тебе пришла.

– Вижу.

– А я вот особой радости не вижу, – заметила Надя. – Но неважно. Не воспринимай, как претензию. Сейчас будем есть вкусные вещи, которые к тому же набиты витаминами.

– Я не хочу, – раздраженно сказал Никита. – Я уже весь набит этими вкусными вещами.

– Деточка, – вмешалась Лена, – зачем ты так разговариваешь? Надя ведь как лучше хочет, чтоб ты скорее выздоровел.

– Я знаю, – сухо проговорил Никита. – Извини, Надя. Тяжело все время, как бревно, лежать и чувствовать себя ни на что не способным.

– Очень правильная мысль. Сейчас к тебе придет лучший специалист по лечебной физкультуре. У него все бревна очень быстро начинают бегать и прыгать.

– Вот видишь… – растерянно проговорила Лена.

* * *

Олег позвонил по мобильному телефону Сергею:

– Это Волохов говорит. Слушай, Сережа, у нас такие дела…

– Что-то еще случилось?

– Не то слово. Одну пенсионерку из дома Оли нашли с пробитой головой, и мальчик, пятый класс, Петя Соколов, убит прямо у школы. Все они жили в том доме, что и Оля.

– Какие травмы у мальчика?

– Проломлен череп. Умер до «Скорой» от потери крови.

– Кого-то ограбили?

– Да не было у них ничего. Правда, у пенсионерки ни документов, ни ключей не оказалось. Запасные ключи были у соседки, в квартиру заходили – никаких изменений. Соседка почти ежедневно там бывала.

– Жива пенсионерка-то?

– Да. Чуть-чуть. После операции еще в себя не пришла.

– Ничего себе…

– Сережа, может, это банда какая-то? И Оля тоже у них?

– Если банда, то странная. Одно дело – красивая девушка, другое – старушка и ребенок. Банды грабят богатых. Какой мотив?

– Может, это обкурившиеся подростки?

– Это да. Понимаешь, предположить сейчас можно все, что угодно. Главное, чтобы профессионалы квалифицировали почерк нападавшего. Олю не нашли. На бабушку и на мальчика напали разные люди? Или есть что-то похожее? По удару это несложно определить.

– Ты знаешь, следователь у нас, по-моему, «не Копенгаген». К тому же служебного рвения не заметно. Со мной вообще не хочет общаться. Считает, что я от нечего делать интересуюсь разными преступлениями. Ты не мог бы как-то…

– Я бы как-то мог. Просто я сейчас в Новосибирске. Дело сложное, не на пару дней.

– Вот уж точно говорят: пришла беда – открывай ворота. Нашелся приличный человек, так ему в Новосибирск понадобилось.

– Работа, Олег. Я этим делом занимался до того, как ты ко мне обратился. Но не отчаивайся, я тебя прошу. Нет пока никаких оснований считать, что специалист по проламыванию черепов имеет отношение к исчезновению Оли. Мне даже страшно тебе говорить, но мне нужно еще недели две-три.

– Ты что?!

– Олег, я приеду и сразу найду человека, который по-настоящему начнет искать информацию. Продержись. Как там парень, который так спешил сбежать от земных трагедий?

– Ничего. Занимается лечебной физкультурой.

Когда настроение поднимается, говорит, что землю перевернет в поисках Оли.

– Может, землю даже и не понадобиться. Но спрашивать у каждого: что видел – что слышал – необходимо. Теперь нужно собирать информацию и по другим жертвам.

– Ты все-таки считаешь, что эти события связаны?

– Я считаю, что нужно искать.

* * *

Бабу Валю, как называли соседи мать Виктора, все считали придурковатой. Она сама подыгрывала им, прикидываясь глухой, слепой, хотя хорошо видела, слышала и многое замечала. Она знала про погреб сына. Она следила за ним, когда он выносил в белой простыне то, что могло быть только человеком. Мертвым человеком. В это утро она поднесла к окну куртку Виктора, в которой он всегда ходил на работу. Сегодня он почему-то надел старый плащ. Да, куртку пора бы постирать. Воротник, манжеты залоснились. А это что за бурое пятно? И еще одно? И еще?