Иллюзия греха - Александра Маринина

- Простите, вас зовут Ирой? - спросила она, подходя кней.

- Ну, Ирой, - не особенно вежливо ответила девушка. -Что надо?

- Поговорить.

- О чем?

- О вас. И обо мне. И о Валерии Васильевиче Волохове.Лицо Иры моментально изменилось, выражение настороженной агрессивности исчезло,уступив место сочувствию.

- Вы его жена, да?

- Нет. Давайте отойдем куда-нибудь, здесь очень людно.

- Пошли, - скомандовала Ира, ловко пробираясь сквозьтолпу, которая все еще была достаточно плотной. - Здесь есть одно место, гдеможно посидеть.

Она привела Зою на железнодорожную платформу. Здесьдействительно было много скамеек, но все они были заняты людьми с сумками ирюкзаками, ожидающими электричку.

- Вы не смотрите, что народу много, сейчас поездподойдет, и они все уедут. Поезда часто ходят, каждые десять-пятнадцать минут.

И в самом деле, из-за поворота железной дороги сначалапослышался гудок, потом показалась электричка. Народ на платформе оживился,похватал свои сумки и котомки и ринулся в раздвинувшиеся двери. Скамейкиопустели, теперь можно было выбирать любую.

- Пойдемте вон туда, там тень, - сказала Ира, показываяна скамейку, рядом с которой росло дерево. На самом деле росло оно внизу, заплатформой, но было таким высоким и кривым, что его ветки действительнонависали над скамейкой, укрывая ее от палящего солнца.

Они сели, но Зоя вдруг утратила всю решимость и теперь незнала, как начать разговор и нужен ли он вообще. Что она может сказать этойдевочке и о чем ее спрашивать? Но Ира первая прервала неловкое молчание.

- Вы уже все знаете про Волохова?

- Да, - коротко ответила Зоя.

- И знаете, что он мой отец?

- Да, мне сказали. Ира...

- Что?

- Вам очень трудно живется?

- Очень. Но ничего, нормально. Я справляюсь. А почемувы спросили?

- Сама не знаю. Вы меня простите, я, наверное, кажусьвам глупой. Дело в том, что я жду ребенка.

- От него?

- Да. И я не знаю, что мне делать.

Ира повернулась к ней, удивленно взглянула.

- А что же можно сделать? Рожать.

- Но как же... Я ведь теперь знаю правду. И я боюсь.

- Боитесь? Чего? Ах, да, понятно, вы такая же, как моямама, тоже думаете, что его дети - чудовища. Никогда ее не прощу за то, что онасделала. Вам рассказывали о нас?

- Да, я все знаю.

- И ваш ребенок не простит, если вы его убьете, - оченьсерьезно сказала Ира. - Не берите грех на душу. Вас как зовут?

- Зоя.

- Вы давно... с ним?

- Меньше года.

- Бедная вы, бедная.

Ира осторожно взяла ее за руку и неловко погладила.

- Не бойтесь ничего, Зоя. Рожайте. А я вам помогу.

- Чем же вы мне поможете? - горько усмехнулась Зоя. -Вы сами нуждаетесь в помощи.

- Ни в чем я не нуждаюсь, - внезапно огрызнуласьдевушка. - Мне никто не нужен, я сама справлюсь. А если вам будет трудно смаленьким, я помогу. Может, у него будут те же болезни, что и у меня и моихмладших, так я вам подскажу, что и как. Вы на меня не смотрите, я такаястрашная и необразованная, но ваш ребенок будет другим. Вы бы видели мою Натку!Она такая красавица, прямо кинозвезда. И умница, очень талантливая. Вы тожесможете гордиться своим ребенком. И не думайте ни о чем плохом.

- Зачем вы меня уговариваете? - устало спросила Зоя. -Что вам с этого?

- Пожалуйста, - Ира умоляюще заглянула ей в лицо, -пусть ваш ребенок родится. У меня ведь совсем никого нет... Внезапно Зоя понялаее. Эта девочка так одинока, и она, пусть неловко, пытается создать хотя бывидимость семьи. Потому и предлагает Зое свою помощь. У Иры и будущего ребенкаобщий отец, значит, они, хоть и наполовину, но все-таки родные. И Зоя - матьэтого ребенка, тоже почти родственница. Ире так хочется, чтобы ее семьясостояла не только из беспомощных инвалидов, о которых надо постояннозаботиться. Ей хочется нормальной жизни, хочется, чтобы ей звонили по телефонуи приходили в гости и чтобы ей тоже было куда прийти в праздник или в деньрождения. Прийти не в больницу, а в обычный дом, подарить подарок и сесть запразднично накрытый стол. Ташков рассказывал, что его коллега, решая какие-тосвои задачи, познакомился с Ирой, поманил ее иллюзией теплых человеческихотношений, потом погиб. Но даже если бы не погиб, у них все равно ничего невышло бы, потому что для него это была только работа. Связь, вызваннаяслужебной необходимостью. Бедная девочка.

Зоя решительно поднялась со скамейки.

- Спасибо вам, Ира.

- За что?

- За утешение, за то, что помощь предложили. Вы оченьславный человек. Пусть у вас все будет хорошо.

- Значит, вы не передумали насчет ребенка? Не будетерожать?

- Не знаю. Я ничего не знаю. Простите меня. Досвидания. Она повернулась и быстро пошла к выходу с платформы.

Аякс любил устраивать свое жилище со вкусом и комфортом. Онуже давно понял, что нет смысла злиться и раздражаться оттого, что тебе что-тоне нравится или что-то не устраивает, если есть такая замечательная вещь, какденьги. Деньги могут решить любую проблему и устранить любое неудобство.Поэтому свою московскую квартиру он обустраивал терпеливо и любовно, делая всепо собственному вкусу, а потом принялся за дачу. Сейчас и квартира, и дачаполностью отвечали его высоким требованиям, и Аякс с комфортом проводил времякак в Москве, так и за городом. Он был прекрасным семьянином, нежно любил женуи сына и обожал свою мать, которая постоянно жила как раз на теплойблагоустроенной даче и к которой он с огромным удовольствием ездил. Матьникогда не была в курсе того, чем занимались ее покойный муж и единственныйсын, а достаток воспринимала как доказательство того, что ее мальчик смогуспешно адаптироваться в новых экономических условиях.

Если оставить в стороне происламский криминальный промыселАякса, то в целом он был человеком приятным во всех отношениях, имел множестводрузей-приятелей, а также людей, которым делал разные одолжения и которыесчитали себя обязанными ему. Глядя на его улыбчивое лицо и веселые глаза,никому и в голову не пришло бы, что этот человек хладнокровно отдает приказы обубийствах, а двух молодых девушек, наделенных необычайными способностями,цинично рассматривает всего лишь как товар, который нужно "хорошопоказать", чтобы выгодно продать.

Отправив жену с сыном на три недели во Францию, на Лазурныйберег, Аякс все это время приезжал каждый день к матери на дачу, где его ждалгорячий вкусный ужин, длинный теплый вечер с неспешными разговорами на открытойверанде и чай с неизменным вишневым вареньем, которое Аякс любил с самогодетства. Сегодня он тоже был здесь, и они с матерью уже приступили ктрадиционному чаепитию, когда огромная овчарка, до того смирно лежавшая у ногхозяина, вдруг поднялась и нервно зашевелила ушами.