Воющие псы одиночества - Александра Маринина

Александр Каменский считал, что такого быть не может,поэтому немедленно достал телефон и позвонил сестре в Москву. Вот, собственно,и все.

- Ничего себе, однако, - протянула Настя. - Дашкадалеко?

- Рядом стоит.

- Дай-ка мне ее. Дашуня, опиши мне спокойно и подробно,как выглядела та девушка, которую ты приняла за Лилю, и в чем была одета.

- Прическа точь-в-точь, как была у Лильки, когда я еевидела перед Новым годом, только волосы немножко длиннее, сантиметра на четырепримерно, куртка розовая фирмы «Шакок», на шее платочек от Фенди, серый стемно-розовым, на два тона темнее цвета куртки, на голове солнечные очки отГуччи.

- Как это - на голове? - не поняла Настя. - Ты хочешьсказать, на лице?

- Да нет же, Настя, на голове. Ну, знаешь, как многиеженщины делают: носят на улице темные очки, а когда входят в помещение, то неснимают их, а поднимают высоко на темя, и они держат прическу как обруч.Поняла?

- Поняла. А все эти названия фирм откуда?

- Ну Настя, - обиделась Даша, - я стилист или кто? Уж вшмотках-то я как-нибудь разбираюсь. И не забывай, я в дорогом магазине одеждойторговала.

- Хорошо, Дашенька, ты раньше времени не волнуйся, язавтра все узнаю. Может быть, ты и в самом деле ошиблась. А может быть, и неошиблась, но есть какое-то совсем простое объяснение. Ты у самой Лозинцевой неспрашивала?

- Нет, я сначала очень испугалась, потом мне сталонеудобно, что Санька в чужой компьютер залез. А потом я вспомнила, чему ты менякогда-то учила, и решила сначала Саше сказать.

- Вот и молодец. Ни о чем не беспокойся, я завтра вампозвоню.

Настя вылезла из-под одеяла, нашарила в темноте ногамитапочки и прошаркала на кухню. Выпила залпом стакан едва теплой воды изчайника, поморщилась, взяла сигарету. Что за чертовщина с этой фотографией?

Дашка не могла ошибиться, у нее глаз фотографический, онаникогда не ошибается в том, что видит. Настя помнила, как началось когда-то еезнакомство с Дашей. Почти десять лет назад… да, осенью будет десять лет. Онаработала продавщицей в магазине дорогой одежды, и ей казалось, что за нейследят. Настя тогда поразилась точности и детальности ее зрительноговосприятия: Дашка умела видеть все и сразу, до мельчайшей подробности, и всеэто держать в голове, и все это потом не забывать и не путать. Если уж ейпоказалось, что девушка на той фотографии похожа на Лилю Стасову, то можно бытьуверенной, что либо это действительно Лиля, либо ее полный двойник, а не просто«кто-то приблизительно похожий». Надо прямо с утра звонить Короткову, он сЛилей виделся совсем недавно, и поспрашивать его насчет одежды. Хотя что Юркапонимает в фирменных шмотках? Цвет и форму назвать сможет, а вот изготовителя -вряд ли. А Максим Заточный? Он - представитель нового поколения, долженразбираться в дорогой одежде, но, опять же, в мужской, а не в женской. Но всеравно надо попробовать. В конце концов, Максим опер, а Коротков клялся, чтоЛиля ему нравится и он готов начать за ней ухаживать. Интересно, как на языкесовременной молодежи называется процесс, который в Настиной юности именовался«ухаживанием»?

- Ася, мы спим или у нас рабочий день начался? -раздался из комнаты недовольный голос Чистякова.

- Спим, солнышко, спим, сейчас иду.

Она нырнула под теплое одеяло, свернулась клубочком иуткнулась носом в Лешино плечо.

- Что там стряслось у Сашки? - шепотом спросил он. -Чего ему не отдыхается спокойно?

- Даше показалось, что она видела в неположенном местефотографию нашей Лильки. Вот она и беспокоится.

- А что, оснований для беспокойства нет? Фотография тамдолжна быть?

- Не знаю, Лешик. Я ничего не знаю. Завтра утром всевыясним. Давай спать.

Но советовать было легче, чем делать. Уснуть Насте неудавалось еще долго. Она пыталась выстроить версии, от самых сложных иневероятных до простейших бытовых, которые объясняли бы появление Лилинойфотографии в компьютере, находящемся в Германии. И у кого? У женщины!

Было бы понятно, если бы этим компьютером пользовалсямужчина, тогда можно предположить, что это - результат знакомства по переписке,когда сначала пишут письма, потом обмениваются фотографиями. Но не станет жеВера Лозинцева, сорокалетняя мать троих детей, выдавать себя за мужчину иискать подружек через Интернет! Или станет? Тоже версия…

Утро не наступало очень долго, и Настя с раздражением думалао дурацком природном феномене, при котором когда ты ничего не успеваешь, товремя буквально утекает сквозь пальцы, а когда чего-то ждешь, то оно застываетна месте и не двигается.

А вместе с утром наступил май. И как только Настя об этомвспомнила, то расстроилась еще больше. Апрель закончился. Целый месяц исчез,как корова его слизнула.

Максиму Заточному она позвонила в восемь часов, решив, чтоуже прилично. Пусть и выходной день, даже праздничный, но не шесть же утра!Максим удивился ее вопросам, но подтвердил, что куртка у Лили действительнорозовая и действительно от «Шакок».

- Я помогал ей раздеться в ресторане и обратил вниманиена бирку, - объяснил он. - Я еще тогда подумал, что легко спутать с «КокоШанель», буквы одинаковые.

Ах вот как, стало быть, уже и до ресторана дело дошло.Быстро все у них происходит. Коротков, поди, даже не догадывается, с усмешкойподумала Настя.

- А очки? Не заметил?

- Заметил. Лиля их сняла и положила на столик, а япримерил. Она сказала, что мне такой фасон не идет, он женский. Очки от Гуччи,я посмотрел, мы еще о цене поговорили.

- А платочек на шее?

- Вот на платочек внимания не обратил. То есть я видел,что он в полосочку и что там было что-то темно-розовое, но фирму, конечно, неназову.

- Максим, нужно как можно быстрее связаться с Лилей ипод любым предлогом узнать, кто ее фотографировал в таком виде? Кто и зачем?Пригласи ее погулять, возьми с собой фотоаппарат, начни фотографировать ираскручивай на разговоры, раскручивай, пока она все не скажет. В крайнемслучае, объясни ей, в чем дело. Но только в самом крайнем случае, чтобыпонапрасну не испугать девочку. Сможешь?

- Постараюсь, - очень серьезно ответил Заточный.

И Настя начала маяться. Она умом понимала, что вряд лиМаксим прямо сейчас, в восемь утра, станет звонить девушке и приглашать ее напрогулку. Это может случиться не раньше десяти. Даже если она согласится,встретятся они часов в двенадцать, потом два-три часа на раскрутку и разговоры…Максим вряд ли что-то сможет сообщить раньше трех, а то и четырех часов. А еслиЛиля не захочет идти на свидание к Максиму? У нее другие планы, или мать увезлаее на дачу, или вообще Максим ей не нравится и она не собирается с нимвстречаться? Остается надеяться на то, что Макс - опер, и уж он придумает, каквытащить Лилю из дому. На худой конец, сможет напроситься к ней в гости, еслиона дома или на даче.