Через ее труп - Сьюзен Уолтер

Тем вечером я страшно нервничала. Не потому, что потеряла собаку, не потому, что в меня стреляли или из-за того, что семь лет пыталась держаться от этого странного дома подальше и вдруг оказалась внутри. И даже не из-за того, что предложила себя мужчине, которому от меня нужна лишь половина арендной платы. Нет, я нервничала из-за него.

– Тетя Луиза живет здесь уже тридцать лет, – начал мужчина, когда мы пошли по коридору со стенами из красного бархата. – Но дом построили в 1950-е. Когда тетя с дядей его купили, он был весьма потрепанным.

Он болтал что-то об архитекторе, поэтажном плане, мебели. Его голос растекался по моей коже, как теплая патока, согревая в тех местах, которые уже долгое время были холодными. Я не из тех, кто падает в обморок от мужчины только потому, что он красив. Я каждый день встречала красивых мужчин благодаря своей (желаемой) профессии – среди актеров Лос-Анджелеса их было полно. Но этот мужчина, с неровной улыбкой и такими глубокими ямочками, что из них можно пить виски, был как будто из другого мира. Слушать его – все равно что скользить на лыжах по свежему снегу – так легко и волнующе, до мурашек.

– Вы, видимо, живете поблизости? – спросил он, включая свет в идеальной маленькой ванной с раковиной на ножке и унитазом, который смывают, дернув за цепочку.

А потом встретился со мной взглядом, и на мгновение у меня перехватило дыхание. Сердце бешено колотилось, я чувствовала такую легкость, будто вот-вот взлечу.

– Разумеется, – ответила я по-джейностиновски. – Прямо за углом.

Он улыбнулся, и я почувствовала, как заалели мои щеки. Он знает, как на меня действует? Если б я была хорошей актрисой, то могла бы это скрыть, но талант снова меня подвел.

– Здесь чудесный район, – произнес он.

Я не доверяла своему языку и предпочла просто кивнуть. Я и раньше влюблялась в ведущих певцов, кинозвезд и даже в пару партнеров по сцене, но мои чувства при первом же взгляде на Нейтана были как из поэмы Уолта Уитмена (Незнакомый прохожий! ты и не знаешь, как жадно я смотрю на тебя…)[4]. Я снова и снова мысленно повторяла его имя. Нейтан, Нейтан, Нейта-а-а-ан. Я никогда раньше не встречала Нейтана. Мне пришло в голову, что отныне это имя навсегда будет ассоциироваться с невыносимо идеальным мужчиной. Интересно, а как называют его друзья? Нейт? Быть может, однажды так назову его и я… Я всегда думала, что любовь с первого взгляда – это миф, но в этот вечер уверовала в нее.

Пока заряженные ионы, исходящие от современного мистера Дарси, щекотали мне кожу, я думала о том, что побудило меня всего несколько минут назад фактически сделать Джордану предложение. Я знала, что у людей бывает навязчивое желание завести детей – большинство моих друзей этим страдают. Может, у меня просто навязчивое желание выйти замуж? Неужели я такого плохого о себе мнения, что не считаю себя достойной большой любви? Я не знала, почему пыталась заставить Джордана жениться на мне, просто радовалась, что он не сказал «да».

Мужчина моей мечты провел меня через роскошную столовую с аляповатой кованой люстрой в музыкальную комнату со сверкающим роялем из красного дерева.

– Сын и дочь Луизы играли на фортепиано, – пояснил он. – Мы слушали в этой комнате много концертов.

– Как чудесно! – воскликнула я.

– Если честно, это было ужасно, – прошептал он. – Они оба играли отвратительно.

Нейтан заговорщицки улыбнулся, и мое сердце заколотилось так, что отдавалось в ушах. Я пошла за ним мимо полок с нотами через стеклянные двери в уютную библиотеку, обрамленную шкафами с книгами. Она была настолько старомодна – с тяжелыми шторами в цветочек и стеклами с фаской, – что я как будто попала в детективную игру. Я почти ожидала увидеть у окна доктора Ватсона и Шерлока Холмса с трубкой в зубах.

Мы свернули в очередной коридор, прошли мимо «тайной» лестницы и остановились у двойных дверей.

– И наконец, кабинет Луизы.

Он толкнул двери, и мы оказались в комнате странной формы, со скошенным потолком и сиденьем на подоконнике. По центру дальней стены стоял антикварный письменный стол с лампой от Тиффани, разноцветной и головокружительной, как калейдоскоп. Над столом висел коллаж из фотографий в рамке: кадры со съемок, снимки с красной дорожки и фотографии актеров 80-х и 90-х годов с автографами.

– Боже мой, – пробормотала я, остановив взгляд на двух потрясающих блондинках в черных платьях и туфлях на шпильках. – Это ваша тетя и Барбара Стрейзанд?

– Ага. «Золотой глобус», кажется. Тетя когда-то была большой шишкой.

Это уж точно. За несколько лет я сделала пару селфи с «тем парнем из сериала», но ни разу с такой знаменитостью, как Барбара Стрейзанд. И я вдруг задумалась, кто из них интригует больше – мой сексуальный гид или хозяйка дома, которая на короткой ноге со знаменитостями.

Я решила, что мы вернемся тем же путем, каким пришли, но в голубых глазах Нейтана внезапно вспыхнул огонек.

– Хотите увидеть тайный проход к кухне?

Я кивнула, поскольку согласилась бы на любое его предложение, и он повел меня к узкому книжному шкафу у дальней стены.

– Нажмите на Библию, – попросил он, я подчинилась, и через секунду стена открылась, а за ней показалась крутая и узкая лестница. Через пять коротких ступеней мы оказались в кладовке, в окружении консервов и солений.

– Ух ты! – восхитилась я. – Такого я не ожидала!

– Этот дом полон сюрпризов.

Нейтан подмигнул, снова вызвав у меня мурашки, и повел меня через кухню со сверкающими деревянными полами и шкафчиками обратно в гостиную, где ждали Луиза и Брандо.

– Ну вот, мы и вернулись туда, откуда начали, – объявил Нейтан.

Он улыбнулся, а мне пришлось уцепиться за пол пальцами ног, чтобы не упасть.

– Спасибо, что позволили посмотреть ваш чудесный дом, – обратилась я к хозяйке. – Из всех комнат мне больше всего понравилась библиотека.

Я почувствовала на себе взгляд Нейтана. Дыши, Эшли, дыши.

Луиза улыбнулась:

– Как и мне.

– Хотя кабинет тоже производит впечатление, – добавила я. – Вы с Барбарой похожи, как сестры!

Я не пыталась ей польстить. С ее высокими скулами и синими глазами она запросто могла бы быть седовласой сестрой-близнецом мисс Стрейзанд.

– Мы с ней часто веселились вместе.

– Она – мой кумир, – выпалила я. – Премия Пибоди, «Эмми», «Грэмми», «Оскар», «Тони» – всего три человека выиграли все, и она в их числе! Я