Спасатель. Жди меня, и я вернусь - Андрей Воронин

– Толку от вас, – проворчал Соколкин. – Заладил, как попугай: лотерея, лотерея… Сами-то вы что врать станете?

– Кому?

– Читателям, – сказал Женька. – Интернет-сообществу.

Андрей почесал в затылке. Такого вопроса он не ждал и над ответом на него пока не успел подумать. А подумать следовало, и Женька очень своевременно ему об этом напомнил.

– Если написать правду, – сказал он наконец, – нас с тобой посадят на всю оставшуюся жизнь, а остров наводнят искатели сокровищ с аквалангами. Найти они наверняка ничего не найдут, зато гибнуть будут пачками – там ведь настоящий лабиринт, уцелевшая часть которого держится буквально на честном слове. Поэтому предлагаю такой вариант: мне удалось напасть на след полковника Прохорова, который вывез золото из Москвы. Но взять у него интервью я не успел: бывший полковник МВД Прохоров умер от острой сердечной недостаточности в подмосковном пансионате для алкоголиков и наркоманов. Так что, дорогие читатели, вопрос о золоте партии остается открытым – очевидно, надолго, если не навсегда… Вот так примерно это будет звучать. Нормально?

– Так себе, – пожав плечами, заявил Женька. – Фантазия у вас бедновата, недаром вы журналист, а не писатель.

– А ты – прободная язва, – огрызнулся Андрей. – Придумай сперва, что матери насчет новой московской квартиры скажешь, а потом уже критикуй, литературовед.

– А купить поможете? – неожиданно сменил тему Соколкин.

– Что купить? – не понял Андрей.

– Да квартиру же! Мне ведь всего шестнадцать, мне не продадут…

– Ах, это! Да нет проблем. Но – с одним условием.

– Комиссионные? – хитро прищурился Женька.

– Вроде того. Хочу как-нибудь напроситься к вам на чай.

На успевшей покрыться загаром физиономии Женьки Соколкина расцвела понимающая ухмылка.

– Только на чай? – ехидно осведомился он.

– Заноза ты, братец, – вздохнул Андрей. – Нет в тебе ни белизны, ни пушистости.

– Может, со временем появится, – предположил Женька.

– Сомневаюсь, – с улыбкой сказал Андрей. – Поживем – увидим.

– Вот и насчет чая то же самое, – сказал Соколкин. – Поживем – увидим. По вашему поведению.

– Румб держи, шантажист малолетний, – сказал ему Липский и вышел на мостик, чтобы там, на свежем воздухе, не нанося вреда здоровью малолетнего шантажиста, без спешки выкурить сигарету и поразмыслить насчет мифического золота партии, чая и других вещей – порой приятных, а местами не очень.