Мастер-снайпер - Стивен Хантер

— Гензель и Гретель, — сказал Феликс, — как в сказке.

— Да, милые, — согласился Репп.

— Можно присесть?

Репп холодно кивнул.

— О, извините мою рассеянность. Вы получили подпись в Тутлингене?

— Без всякого труда.

— Великолепно. — Феликс улыбнулся, а потом признался: — Глупая игра, правда? Как в романе. В Берлине думают, что очень важно действовать таким образом. — В его невозмутимых глазах можно было прочитать веселое любопытство. Но его легкомысленное отношение к делу беспокоило Реппа. — И как прошла поездка?

— Не без трудностей.

— И все же вы уложились во времени.

— При расчете времени учитывались максимальные его потери. Я обошелся минимальными.

— А что с женщиной?

— Все прекрасно, — ответил он.

— Ну да, могу поспорить, что вы с ней приятно провели время. Мне ее однажды показывали. Вы, асы, всегда получаете все по первому классу, да?

— Машина? — спросил Репп.

— Господи, да вы как на пожар торопитесь. Все играете в штандартенфюрера, да? Вон там.

Реппу вовсе не понравилось, что его собеседник так непринужденно воспользовался словом «штандартенфюрер», но в пределах слышимости никого не было. Он встал вместе с Феликсом и вытащил из кармана какие-то деньги, не имея понятия, сколько оставить на столике.

— Двух франков будет вполне достаточно, господин Петерс, — подсказал Феликс.

Репп тупо уставился на незнакомые монеты, лежащие у него на ладони. Черт бы их побрал. Он выбрал две самые большие, бросил их на стол и последовал за Феликсом.

— Вы оставили этому парню приличные чаевые, господин Петерс, — сказал Феликс — На эти деньги он сможет послать сына в кадетский корпус.

Они пересекли улицу, прошли мимо нескольких витрин и затем свернули на маленькую улочку. Черный довоенный «опель» при виде их запустил двигатель. Когда они подошли, водитель обернулся.

Репп сел на заднее сиденье.

— Господин Петерс, это мой помощник господин Шульц. Помощником был молодой человек с живыми глазами и открытой улыбкой, ему едва перевалило за двадцать.

— Добрый день, добрый день, — поздоровался Репп.

— До того как меня ранили, я был в СС «Викинг» в России. Мы все там о вас много слышали.

— Спасибо, — ответил Репп. — Как далеко до Аппенцеля?

— Три часа. У нас еще уйма времени. Советую попробовать расслабиться и отдохнуть.

Машина отъехала от тротуара, и через несколько минут Шульц уже вывез и из города. Они поехали на юг по шоссе номер 13, следуя вдоль берега Боденского озера. Оно сияло с левой стороны, его горизонт терялся в дымке. Справа, на склонах холмов вдали от дороги, располагались аккуратные фермы. Время от времени Репп видел виноградники или ухоженные фруктовые сады. Вскоре они начали проезжать маленькие прибрежные городки: Мюнстерлинген с его бенедиктинским монастырем; Романсхорн, более крупный городок с ярмаркой и лодочной мастерской, за которым открывался прекрасный вид на вздымавшиеся вверх голубые Аппенцельские Альпы; а потом Арбон, гордящийся своим замком и красивой старинной церквушкой…

— Швейцарцы могли бы сделать и автобан, — заметил Феликс.

— Что? — переспросил Репп, замигав.

— Я говорю, могли бы сделать и автобан. Эти дороги слишком узкие. Очень забавно: швейцарцы не истратят и сантима, пока это не станет необходимостью. Никаких больших общественных зданий. Совершенно не интересуются политикой или философией.

— Я видел, как они танцевали на улицах, — ответил Репп, — праздновали окончание войны.

— Скорее потому, — возразил Феликс, — что скоро откроются рынки и Швейцария снова станет центром услуг для всех наций Они не верят ни во что, кроме франков. Они не такие идеалисты, как мы.

— Смею предположить, что обо всех деталях уже позаботились, иначе мы не могли бы вот так вот болтать, словно сидим на приеме в ожидании фортепианного концерта, — сказал Репп.

— Конечно, господин Петерс, — заверил Феликс.

— Оружие…

— Все в том же ящике. Не открывалось. Как сказано в инструкции.

— Британская или американская разведка про вас ничего не знает?

— О, я известен. В Швейцарии все друг друга знают. Но после тридцатого апреля я им уже не интересен. Они ожидают, что я вежливо пущу себе пулю в лоб. Сейчас они больше уделяют внимания своим новым врагам, русским. Вот куда теперь переместилась вся активность. Я — свободный человек.

— Но вы тем не менее проявили осторожность в приготовлениях?

— Господин оберштурмбанфюрер, неосторожный человек при моей профессии, равно как и при вашей, долго не живет. А я работаю с тридцать пятого года. Здесь, в Лиссабоне, в Мадриде во время гражданской войны, некоторое время в Дублине. В Буэнос-Айресе. Я достаточно профессионален. Вы хотите детали? Ничто при подготовке нашей части операции не проходило по нашим обычным каналам; все делалось по переходящим из рук в руки инструкциям, особыми курьерами, особыми маршрутами. Последнее время я не доверяю шифровальным машинам. И в прошлую субботу я взял билет из Цюриха в Буэнос-Айрес. По которому и выехал. Я доехал до Лиссабона, где мое место занял другой агент. А я вернулся на самолете в Италию, а затем на поезде проехал через перевал Бреннер. Меня не было в Цюрихе около недели. Я остановился в отеле «Гельвеция» в Кройцлингене по такому же швейцарскому паспорту, как у вас. Все в порядке?

— Примите мои извинения, — кивнул Репп.

Он зажег сигарету и тут заметил, что они повернули и теперь удаляются от озера. Воды уже не было видно, а впереди за лобовым стеклом величественно поднялись Альпы, которые казались намного ближе, чем тогда, когда они увидели их в первый раз.

— Последний город был Роршах, господин Петерс, — сказал молодой шофер. — Теперь мы направляемся к Санкт-Галлену, а оттуда в Аппенцель.

— Понятно, — кивнул Репп.

— Горы прекрасны, правда? — спросил Феликс.

— Да. Хотя я с равнинной территории. Я предпочитаю леса. Сколько еще по времени? — спросил Репп.

— Часа два, — ответил шофер.

Репп увидел в зеркале его теплые глаза, когда молодой человек взглянул на него.

— Думаю, мне следует немного поспать. Сегодняшняя ночь будет долгой.

— Хорошая идея, — согласился Феликс.

Но Репп уже погрузился в чуткий сон без сновидений.

— Господин оберштурмбанфюрер, господин оберштурмбанфюрер.

Он резко проснулся. Шофер тряс его за плечо. Репп заметил, что машина находится в каком-то помещении.

— Мы уже приехали. Мы приехали.

Репп окончательно проснулся. Теперь он чувствовал себя намного лучше.