Агенты «Аль-Каиды» - Сергей Москвин

Когда Адмирал вслед за Тигром ворвался на КПП, там все уже было кончено. Тигр стоял посредине крохотной комнатки и, оценивая результат, смотрел на застреленных им солдат. Адмирал подхватил со стола один автомат и, указав Тигру на второй, приказал:

– Подбери оружие, уходим! На судне могли услышать стрельбу.

В этот момент в дверях КПП появился Ахмед, преградив наемникам дорогу.

– Не только на судне, – произнес он в ответ на последнюю фразу Адмирала. – Выстрелы могли услышать и в порту. В этом случае сюда сейчас заявится вооруженная охрана.

– Он прав, – заметил Тигр, кивнув головой в сторону заказчика.

– И что ты предлагаешь? – нахмурился Адмирал.

Наконец-то! Ахмед с трудом сдержал свою радость, вызванную прозвучавшим вопросом, к которому он так умело подвел наемника.

– Я останусь здесь и задержу охрану, пока вы не возьмете судно под свой контроль.

– Гм, смело, – Адмирал ухмыльнулся и, не сказав больше Ахмеду ни слова, вышел из КПП. Остановившись у заднего борта грузовика, он распахнул двери фургона и крикнул в дверной проем: – Сиплый, Мохнач, к машине!

Из фургона на бетонное покрытие причала выпрыгнули двое боевиков с угрюмыми лицами.

– Останетесь здесь с Ахмедом! Прикроете нас, пока мы будем брать судно! Когда закончим, подниметесь на борт, – объявил Адмирал своим боевикам.

– А как мы узнаем, что вы закончили? – спросил боец с гнусавым голосом, за который и получил свое прозвище.

– У меня есть телефон, – опередив Адмирала, ответил Ахмед.

– Остальным приготовиться к бою! – распорядился Адмирал и захлопнул двери фургона.

Но прежде чем он это сделал, в дверном проеме возник Омар. Боевик «Аль-Каиды» встретился взглядом со своим вожаком, и его лицо озарилось радостной улыбкой. Перехватив взгляд Омара, Ахмед утвердительно прикрыл глаза. Но занятые мыслями о предстоящей схватке наемники не заметили этот знак.

Центр специального назначения ФСБ РФ, Балашиха, Московская область, 15 марта, 08.50

Начальник оперативного отдела «Вымпела» положил на аппарат телефонную трубку и тревожным взглядом уставился на телефон. В его голове все еще звучал голос старшего диспетчера мурманского военного аэродрома: «Ан-18» из Шкотова? Приземлился четыре часа назад».

Боевики Шаргаева в Мурманске! Они в городе уже четыре часа! Два десятка вооруженных людей в течение четырех часов находятся в городе, и никто не обратил на них внимания – как такое возможно? Точно так же, как на них не обратили внимания ни на шкотовском, ни на мурманском аэродромах. Никому нет дела, куда и зачем направляются двадцать вооруженных людей на двух машинах. Действительно, куда? Ясно, что цель террористов находится в Мурманске или по крайней мере в пределах Мурманской области. Но что это за цель? Ультиматум Ахмеда аль Рубеи выглядит, как угроза применения ядерного оружия… Бондарев развернулся к своему компьютеру и вызвал на экран секретную карту Мурманской области с отмеченными на ней объектами повышенной опасности. Аналогичные карты всех регионов России имелись в МЧС и Министерстве обороны. Идею создания такой электронной оперативно обновляемой карты высказывали многие, но реальное воплощение она получила благодаря стараниям и личному участию министра по чрезвычайным ситуациям, за что полковник Бондарев был ему очень благодарен…

В Мурманской области сосредоточено больше половины всех ядерных боеприпасов Северного военного округа – боеголовки баллистических и крылатых ракет наземного и морского базирования. Но все они, за исключением тех, что установлены на стоящих на боевом дежурстве ракетах, складированы в специальном хранилище на Североморской военно-морской базе и, хочется верить, надежно охраняются. Предположение о том, что два десятка, пусть даже отлично вооруженных, террористов способны проникнуть в ядерное хранилище, на наземную стартовую позицию баллистических ракет или подводный ракетоносец с ядерными ракетами на борту и захватить боеголовку, выглядит просто нелепым. Да и боевики Шаргаева не фанатики-самоубийцы, чтобы за пять или даже десять миллионов долларов идти на верную смерть, подставляясь под пули. Какой еще объект может заинтересовать террористов?

Бондарев пробежался взглядом по компьютерной карте, пока не наткнулся на условное обозначение атомной электростанции. В нижней части экрана имелась соответствующая сноска. «Кольская АЭС в поселке Полярные Зори. Мощность 1760 МВт (4 реактора по 440 МВт)», – прочитал полковник с экрана… Чтобы устроить ядерный взрыв, необязательно взрывать боеголовку. Достаточно вывести ядерный реактор в режим цепной реакции. И Кольская АЭС для этого вполне подходящий объект. Там тоже имеется охрана, но все же это не та охрана, что на стратегических военных объектах. Так, неужели Кольская АЭС – цель террористов?! Выдвинув верхний ящик своего письменного стола, Бондарев достал оттуда пачку сигарет. Руки заметно дрожали. Повертев пачку в руках, полковник убрал ее обратно в стол. Что-то мешало ему согласиться с собственным предположением… Почему именно эта АЭС? Почему вообще Мурманская область? Зачем террористы летели через всю страну, хотя могли атаковать любую из дальневосточных атомных электростанций в Приморском или Хабаровском крае? Ахмеду и направляющим его американским спецслужбам нужен теракт, который вызовет максимальный международный резонанс. Дальний Восток как место осуществления такого теракта, конечно, не годится. Чтобы достичь своих целей, Ахмеду и его заказчикам выгоднее всего взорвать атомную станцию, расположенную как можно ближе к Западной Европе. Значит, все-таки Кольская АЭС?

И вновь что-то удержало его от принятия окончательного решения. Бондарев понимал: стоит ему ошибиться в выборе намеченной террористами цели, и их уже не остановить. Он вновь вернулся к компьютеру и, увеличив масштаб карты, вызвал на экран план Мурманска и его окрестностей. Среди указанных на плане потенциально опасных объектов выделялся знак радиационной опасности, которым был помечен мурманский морской порт. На лбу Бондарева выступил холодный пот… Мурманск – база советского, а теперь российского ледокольного флота! Во всем мире лишь несколько гражданских судов с ядерной силовой установкой – это российские атомные ледоколы. И все они приписаны к мурманскому порту! Только, в отличие от военных атомоходов, их охраняет безоружная судовая команда да малочисленный пост портовой охраны!

Бондарев схватил со стола служебный телефонный справочник и, отыскав нужную страницу, набрал номер начальника отдела по борьбе с терроризмом УФСБ Мурманской области. Ответом ему стали длинные непрекращающиеся гудки. Бондарев перезвонил оперативному дежурному по управлению. На этот раз трубку сняли практически сразу.

– Ответственный дежурный майор Симаков, – четко представился снявший трубку человек.

По телефону ВЧ мог звонить только кто-то из начальства, поэтому дежурный постарался представиться по всей форме.

– Полковник Бондарев, отряд «Вымпел»! – произнес Бондарев легендарное название, известное каждому офицеру ФСБ. – Мне нужен начальник антитеррористического отдела! Где он?!