Штрафной удар - Фридрих Незнанский

Когда спустя пару часов обеспокоенный синьор Кандолини послал людей на поиски, Комаров был найден без сознания, с открытыми переломами обеих ног.

У природы навалом плохой погоды, особенно в большом индустриальном городе, особенно на излете зимы, особенно когда гололед и бурая снежная каша под ногами мучает всех — и пешеходов, и тех, кто за рулем. И тем наверху, которые всем заправляют, совершенно плевать, что по календарю весна уже должна быть в разгаре. Одно только может радовать в это время сердце настоящего мужчины — начало весны неизбежно знаменует собой и начало очередного футбольного чемпионата. Кстати, как утверждают знатоки спорта, в день, когда лет семьдесят назад в Москву впервые приехала иностранная футбольная команда и весь город сошел с ума и понесся в «Лужники», случился тот самый уникальный в истории автомобильного транспорта случай, когда пешеходы задавили машину.

Спустя пару недель после описываемых выше событий, когда агентство «Глория» в очередной раз проживало последние деньги в ожидании стоящей работы или хотя бы хорошо оплачиваемой халтуры, когда бесконечная череда потеплений и похолоданий вконец доконала Филины «Жигули», он поехал на работу на общественном транспорте. Немного отвыкшего Филю граждане потолкали от души, сперва в автобусе, потом и в метро.

В автобусе, впрочем, ему даже понравилось. В какой-то момент освободилось место и удалось сесть. Рядом ехала студенческая, по преимуществу девчоночья, стайка. Придерживались они кто где и чирикали в свое удовольствие. Перед очередным перекрестком автобус резко затормозил, и ближайшая к Филе барышня, по инерции обогнув стойку, за которую цеплялась, спикировала прямо ему на колени. Покраснела и соскочила. «Водитель! — немедленно закричал Филя. — Повторите!» У метро он разжился ее телефончиком, но оказалось, что, увы, дальше им в разные стороны.

А вот уже в метро Филя взмок и проклял все на свете. Надо было с самого начала брать такси прямо от дома; на здоровье и настроении экономить нельзя. Чтобы отвлечься от этого подзабытого уже кошмара — метро в час пик, — Филя философствовал.

Ничего, нужно слиться со средой и ощутить себя ее частью. Тогда, кстати, на многое откроются глаза. Человек может постигать общность природы и мира во всех их проявлениях. Знакомый сыщик рассказывал Филе, что, путешествуя по Африке, видел, как следопыт-бедуин по нескольким птичкам определял, что через двадцать километров на северо-запад едет автобус. Вот так-то…

Ступив наконец на эскалатор, поднимающий его к выходу со станции «Охотный ряд», Филя, уже отдышавшийся и вовсе не ожидавший никаких нападений, получил вдруг еще один ощутимый тычок в спину.

Филя повернулся и узнал президента фанклуба «Буревестника», в миру стоматолога и обладателя охотничьей таксы.

— Ах ты гад! — завопил Гарринча. — Ты зачем фотографии спер?!

Филя, недолго думая, понесся вверх по эскалатору.

— Держи его, — вопил сзади Гарринча, — лови Офсайда!